Гоблин MeXXanik – Юсупов. Серое Братство (страница 4)

— Речь не об этом. Как я понял, вы служите при Круглове?

— Именно так, — неуверенно улыбнулась Виктория.

— Неужто вас тащат в братство прямо со скамьи лицея? — притворно охнул Петр.

Виктория бросила на меня хмурый взгляд, скорее всего, надеясь на поддержку. Но я лишь развел руками. Пусть сама выясняет отношения с моим старший родственником. Если я ей помогу, то Петр посчитает девицу слабой и начнет шпынять ее при каждом удобном случае.

— Меня никто не тащил, Петр Феликсович. В Братство, — она подчеркнула последнее слово, — я вступила по своему желанию. И да, у меня имеется боевой опыт. В том числе диверсионно-разведывательная работа.

— И где вы служили? — тотчас поинтересовался Петр.

— Это скрытая информация, — Виктория тоже развела руки в стороны. — Я не могу разглашать подробности своего прошлого.

— Значит, само это прошлое у вас есть, — довольно заключил дядя. — И настоящее, стало быть, есть. А будущее? Кем вы себя видите… ну, скажем лет через пять?

Я сделал глоток чая, пытаясь скрыть усмешку. Видимо, дядя решил развлечения ради провести назначенному секретарю собеседование. Как обычно это делали в фильмах и сериалах.

— Если мне будет везти также как вашему племяннику, то вижу себя цельным живым человеком, — охотно подыграла ему Виктория, которая, как мне показалось, тоже раскусила этот фокус.

— Виктория Ильинична, вы чудо как хороши, — сдержанно похвалил ее дядька и я подумал, что девушка даже не догадывается, что вступила на тропу войны. Ближайшее будущее обещало быть интересным.

Я встал из-за стола.

— Куда собрался? — удивленно уточнил Пётр.

Я взглянул на наручные часы и с неохотой ответил:

— Сегодня вторник. А значит, пора ехать на собеседование в клинику фонда. Раз уж назначено.

Вынул из кармана телефон, собираясь было вызвать машину такси, но заметил, как секретарь с неохотой отставила чашку с недопитым чаем и произнесла.

— Я отвезу вас, Василий Михайлович.

Я удивленно поднял бровь, и девушка пояснила:

— У меня четкие инструкции сопровождать вас повсюду.

— И в моей комнате? — с притворным ужасом спросил я.

— Василий, — строго оборвал меня дядька. — Не хватало еще, чтобы наш секретарь решила, что попала в дом к дикарям, которые не обучены манерам. Я распоряжусь подготовить для Виктории Ильиничны одну из гостевых комнат. Где и будет жить наш секретарь.

— Вызовешь горничную? — уточнил я и пояснил гостье, — У нас приходящая прислуга.

— Зачем кого-то вызывать, если у нас в подвале еще работают люди? — удивился дядя.

— Ты решил разместить секретаря в подвале? — поразился я.

Петр вздохнул и закатил глаза к потолку, а потом обратился к гостье:

— Госпожа Муромцева, присмотрите, пожалуйста, сегодня за племянником повнимательнее. Он похоже вчера головой ударился, раз решил, что я задумал такую нелепицу. Боюсь, как бы он на собеседовании не опозорил семью.

Затем дядька обратился уже ко мне снисходительным тоном:

— Я там случайно повредил трубу, когда отбивался. Нам пообещали привести помещение в идеальное состояние. Вот я и подумал, что раз ребята так хорошо прибрались в гостиной, то им не будет сложно подготовить комнату для секретаря. Их я и попрошу об этой услуге.

Девушка благодарно улыбнулась. Но если Виктория решила, что проблем со стариком не будет, то я точно знал — он попортит девице кровь.

— Что ж, идемте, — позвал я ее за собой.

Девушка встала из-за стола и направилась к выходу. Я последовал за ней.

Глава 3

Собеседование

Машина Братства была припаркована за воротами. Автомобиль оказался не особенно примечательным, но и не машиной парней из рабочих районов. Это было авто из тех, которыми обычно пользовались аристократы из не самых богатых семей.

Девушка заняла водительское место, я же сел на заднее сиденье.

— Куда ехать? — хмуро поинтересовалась она, бросив на меня взгляд в зеркало заднего вида.

Я продиктовал адрес, который переписал с листовки, и Муромцева завела двигатель.

Машина выехала на дорогу, я же откинулся на спинку сиденья, прикрыл глаза. Мне не хотелось портить этот день пререканиями с Викторией. Казалось, что она должна проявить благоразумие и не углублять конфликт. Но я ошибался. Девушка побарабанила по рулю пальцами, а потом заявила:

— Я хотела, чтобы вы знали, Василий Михайлович. Я не вызывалась работать с вами. Скорее, это назначение было мне навязано.

— Неужели? — сделал я удивленное лицо. — Вы не выглядите недовольной. Поражаюсь вашей выдержке.

Девушка скривила губы в недоброй усмешке.

— Вы ведь узнали меня?

Я несколько мгновений помолчал. А затем с деланным удивлением уточнил:

— Разве мы раньше с вами виделись?

Девушка снова бросила на меня взгляд, и на мгновенье она показалась мне раздосадованной.

— Бросьте, мастер Юсупов. Вы не могли не узнать меня.

Я пожал плечами:

— Простите мне мою невнимательность. Иногда со мной такое случается. Мы не обедали с вами на прошлой неделе?

— Вы издеваетесь, — процедила девица и резко тронула машину с места. И я быстро пожалел о своем остроумии. Миролюбиво предложил:

— Раз вас так раздражает моя рассеянность, то подскажите, где мы с вами пересекались.

— Поверить не могу, что меня вынудили охранять вас, словно…

Я позволил себе менторскую улыбку.

— Продолжайте.

— Прекратите использовать со мной эти ваши душеправские штучки, — фыркнула Муромцева.

— Отчего же? Или вы не доверяете лекарям? Расскажите, у вас был болезненный опыт с душеправами?

— Что вы знаете о болезненном опыте? — девушка ухмыльнулась.

Я сложил ладони домиком и устроил на кончиках пальцев подбородок.

— Продолжайте, Виктория Ильинична. Прошу вас. Дорога дальняя, так что мы может быть даже успеем провести сеанс.

— Знаю я таких, белоручек, — фыркнула в ответ девушка. — Не понимаю, с чего Круглов решил, что вы впишетесь в команду и что мы нуждаемся в вас.

— Так вы из братства! — я покачал головой.

— Откуда же еще, — нахмурилась девушка.

— Из агентства по набору персонала, — невинно предположил я.

Секретарь резко надавила на педаль тормоза и меня бросило вперед. К своему счастью, я пристегнулся в начале поездки.

— Что? Вы решили, что я наемная секретарша?

— И водительница, — невозмутимо подтвердил я. — И телохранительница.

— Вы в своем уме?