Глория Мур – Последняя королева Лемурии (страница 18)
Юма выпорхнула из дворца. Влажная лемурийская ночь – теплая и звездная – обняла королеву. Крылышко ночного мотылька коснулось лица. От дуновения ветра лепестки цветущих деревьев посыпались сверху. Выйдя на поляну, освещенную луной, Юма остановилась и огляделась.
– Так долго? Ну ладно, – он провел пальцем по ее шее, – я подожду. Хочешь полюбить меня как лемурийца? Я могу и без любви, дорогая! Ладно. Но ни днем больше, Гурия, ты меня поняла?
– Перестань! – прошептала Юма.
Она села за столик и принялась расписывать плюсы ситуации.
Юма отодвинулась и, посмотрев прямо в глаза, сказала:
– Алеур, мне кажется, скоро произойдет что-то плохое… У меня на душе неспокойно.
– Я тоже люблю тебя, Алеур! Я никогда еще не любила. Я счастлива, что нашла тебя. Я бы хотела быть с тобой всегда, всю жизнь, до самой смерти… – тут она осеклась. «А вдруг мы расстанемся… Я вернусь в свое время. И исчезнет все – и Лемурия, и моя неземная красота, и… он!» – Я не смогу жить без тебя, Алеур! – она всхлипнула.
– Погоди, Грино. Не сейчас.
– Ну что вы, ваше величество! Вам не подобает носить обеды. Прикажите мне, – возразила Тина.
Тихонько напевая, Юма пробиралась сквозь тропический лес в сторону моря. Полуденное солнце сильно припекало, ветки хлестали по щекам. Счастливая Юма ничего не замечала. Ее сердце пело. Все вокруг казалось прекрасным. Конечно, жаль, что ей запрещено пользоваться виманой. На ней было бы гораздо быстрее. Хотя и в пешей прогулке своя прелесть. Можно полюбоваться природой. Королева на секунду остановилась, прислушавшись к перекличке лесных пичуг. Вдруг почудилось, что мелодичные трели сливаются с далекими человеческими голосами. Она сделала несколько шагов в сторону. Действительно слышались голоса. Странно! Кто мог быть в лесу в этот час? Ведь все лемурийцы на работах довольно далеко отсюда. Юма шагнула в сторону от тропы. Голоса стали отчетливее. Приблизившись к небольшой поляне, она выглянула из зарослей и увидела… Алеура! Он лежал на траве, обнаженный, а рядом расположилась красивая, смуглая незнакомка. Юма, оцепенев, прислонилась к огромному стволу дерева.
– Я люблю ее всем сердцем! – крикнул Алеур. Юма закрыла глаза и захотела сию минуту умереть.
– Я знаю, тебе не хочется говорить о ней, тебя мучает совесть. Мой благородный честный великан! – засмеялась Гурия.
Алеур застонал.
– Юма! Сестричка! Что с тобой? Что случилось? Кто обидел тебя?
– Неужели! – хмыкнула Гурия. – Что же ты делаешь здесь? Да ты просто живешь вчерашним днем. Ты любил ее когда-то…
– Хорошо, – в глазах Грино загорелась ненависть, – я сейчас же пойду к отцу и расскажу, что задумала его любимая дочь, – он повернулся, чтобы выйти.
– Не думай, что сможешь водить меня за нос, ведьма!
Что я сейчас чувствую? Обиду и гнев…
– Алеур, неужели Юма так уж хороша? – спросила незнакомка.
– Ты о наводнении? Не думай о нем! Может быть, Шонит-Ла просто ошибся в переводе древних книг, и никакого потопа не будет. Но даже если и будет – мы ведь построили ковчег.
– Как он смог! Я хотел называть его братом после вашей свадьбы! Пойдем, расскажем Шониту-Ла! Совет сошлет его на рудники в Груа! – Доро сжал кулаки.
– А у тебя их много? – поднял брови принц. – Я знаю самую главную. Да не ту, что ты подумала. То, с кем ты спишь, – твое личное дело. Я знаю другое. Государственную тайну, – Грино сделал многозначительную паузу. – План государственного переворота. Ты ведь именно это готовишь, да, Гурия? Хочешь заменить нашего папочку на троне Груа! Получить корону и Лемурию! Ни больше, ни меньше! – Грино замолчал, с наслаждением наблюдая за реакцией Гурии.
– Стой!
– Гурия, я прошу тебя! – ответил Алеур, и от его голоса у Юмы ослабли колени. Она медленно сползла на землю.
– Моя королева! – услышала она знакомый голос. Алеур вышел из зарослей.
Королева сладко потянулась в постели и, повернувшись, увидела на столике завтрак. Поднявшись, она принялась за обе щеки уплетать фрукты и орехи, запивая их соком. В дверь тихонько постучали.
Алеур опустил глаза. Слава Великому Духу, в саду темно! А не то Юма сразу бы поняла, что он что-то скрывает. Он держался из последних сил.
– Нет, ваше величество. Уже двенадцать часов. Вы сегодня спали очень долго.
– Что ты сказал?
Королева просидела на полу долго, так, что у нее затекли ноги, а онемевшие руки так и не выпустили узелка с обедом. Юма словно окаменела, забыв о том, кто она и где находится. В чувство ее привел стук в дверь.
Что я сейчас чувствую? Обиду и гнев.
– Кто? Кто сделал тебе больно, Юма? Скажи мне! – в глазах Доро появились слезы.
– Алеур, – с трудом выговорила имя Юма. – Он… встречается с другой женщиной.
Могу ли я отпустить ее прямо сейчас? Ни за что!
– Что, крошка Гурия, боишься, что я прочту твои мысли? – в голосе Грино сквозило превосходство. Он откровенно наслаждался замешательством сестры. – Думаешь, я выдам твою страшную тайну?
– Ты… Ты шпионил за мной! Мерзкий маг!
– О какой тайне ты говоришь? – Гурия старалась говорить спокойно.
Гурия сжала зубы так, что они скрипнули.
– Все бы на свете отдала за то, чтобы сейчас на меня наслали этот самый аведук! – прошептала Юма. – Только бы все забыть! Только бы забыть. Все – Лемурию, Шамбалу, а главное, его!
– Чего ты хочешь?
– Только сердцем? – в голосе Гурии послышались томные нотки. – Ты ведь спал с ней. Ты спал с ней, Алеур? Признайся! Впрочем, можешь не признаваться, я и так знаю. Ну и что, кто из нас лучше? Снова скажешь, что она совершенство? А твое совершенство умеет делать вот так? А так? А вот так?
– А о чем? Что ты придумала? Мы скоро поженимся и будем жить с тобой долго и счастливо. Что печалит тебя, любимая? – спросил он.
Быстро умывшись и на ходу доедая завтрак, Юма облачилась в простое зеленое платье с вышивкой, кое-как нарисовала на груди голубой треугольник – королевскую защиту от магов – и, прихватив принесенный Тиной узелок, выбежала из дворца.
– Да, милая, я просто проследил, куда ты ходишь, и нашел твои книги.
– Нет, Доро. Я не пойду жаловаться в Совет. Я все-таки королева, – Юма улыбнулась брату, встала и вытерла слезы. – Мне в голову пришла другая мысль. Пойдем, Доро.
– Ну наа-а-до же! Как распалилась! Из-за какого-то лемурийца!
– Уходите! Уходите все! – крикнула Юма.
Гурия отшвырнула кристалл. Сжала кулаки так, что ногти больно вонзились в ладони. Проклятый лемуриец! Он изменил ей! Изменил со своей королевой-верзилой! Черт! Черт! Черт! Принцесса в ярости сбросила со стола стеклянную чашку. Упав на мягкий ковер, чашка осталась цела. Рассвирепев, Гурия стала топтать ее, пока не превратила в труху. Оглядела комнату в поисках чего-нибудь еще. Не найдя ничего хрупкого, принцесса стала разбрасывать вещи, крушить об стены и топтать ногами. Серебряная и золотая посуда летали по комнате. Книги разлетались на кусочки. Одежда и постельное белье были истоптаны. Куски пирога раздавлены об пол. Подняв серебряный кувшин, Гурия вознамерилась с его помощью довершить погром, метясь в большую люстру из хрусталя. В этот момент дверь комнаты без стука распахнулась.
– Я не о смерти.
– Как ты узнал? – принцесса старалась говорить спокойно. Сейчас главное – выиграть время, чтобы собраться с мыслями. – Ведь я ставила защитный круг! Ты не мог видеть меня в волшебном кристалле! – щеки ее загорелись лихорадочным румянцем, голос предательски дрожал.
– Убери здесь, – приказала она служанке. – Я немного прогуляюсь. И не вздумай ябедничать, что я выходила ночью. Убью.
Юма проснулась в прекрасном настроении. Прошедшая ночь была самой волшебной ночью в ее жизни. Алеур был так нежен, ласков, им было так хорошо вместе, что все ее страхи и сомнения отступили. Королева Юма отбросила теперь уже кажущуюся такой далекой и незнакомой Милану Астахову в самый дальний уголок памяти, чтобы та не отравляла прекрасных минут. Сколько бы этих минут ни осталось. Бог с ними – с Шамбалой, с путешествием во времени, с реинкарнацией. Даже мысли о Марго редко посещали ее. Наверняка все ее попутчики тоже были здесь, в Лемурии. Ведь они тоже держали предметы этой эпохи. Но как их узнать? Скорее всего, в планы Совета не входило их знакомство в Лемурии. А что входило? Да какая разница! Она здесь. Она счастлива и не хочет думать ни о чем другом!
– Ха-ха. А что, есть такие заклинания?
Гурия попыталась взять себя в руки. Мерзкий Грино! Сколько он знает? Пронюхал только об Алеуре или… Принцесса скрестила руки за спиной. «Он не должен прочесть мои мысли».
– Доро! Доро! Милый, я так несчастна! – прошептала королева.
– Алеур! – осипшим вдруг голосом произнесла она. Они обнялись и долго стояли молча. Затем он отстранился, оглядел ее и тихо рассмеялся:
«1. Я получила очень ценный жизненный опыт и повзрослела. 2. Я узнала о предательстве до замужества, а не после. Могло быть намного хуже. 3. Теперь я смогу выполнить свой королевский долг и выйти за принца Груа, и меня перестанут считать легкомысленным ребенком. 4. Я смогу побывать в Груа, как знать, возможно, мои друзья там, раз их нет в Лемурии, и возможно, мы найдем способ вернуться домой».
Гурия, сморщившись, вытерла губы и сжала голову руками. Надо было срочно что-то делать! Она не могла, просто не могла позволить, чтобы этот прыщавый тип снова дотронулся до нее! Но он знал о Камне! Если он проговорится отцу… даже страшно представить, во что выльется гнев Горра. Что же делать? Принцесса села в кресло и задумалась.