Глиссуар – Невеста лорда. Книга 1 (страница 32)

«Мир сходит с ума, — решил Кристов Элейт. — Во всяком случае, южная его половина, если южные торговцы согласны четыре раза в год ездить туда, куда не каждый северянин отважится сунуться».

— Клянусь Неизвестным, лорд Вильморт!.. — воскликнул он. — Если в ваших лесах теперь можно безбоязненно гулять и охотиться, да еще и южные караваны прибывают каждый сезон, то, верно, Север меняется на наших глазах!

— Север не меняется, — откликнулся лорд Кейремфорда, отпивая из своего кубка теплое сладкое вино. — Меняются наши отношения с ним.

После ужина с гостем лорд Фержингард, взяв у служанки поднос с едой, поднялся в покои жены. Леди Альда сидела в специально изготовленном для нее широком кресле в россыпи подушек.

— Как вы, моя дорогая? — первым делом осведомился лорд Вильморт у супруги, но заметив, что в комнате довольно прохладно, разозлился: — Проклятье, почему камин не затоплен? Я точно отрежу Хильде что-нибудь еще, если она еще хоть раз забудет…

Он поставил поднос с едой на колени леди Альде и сам завозился с камином.

— Ну же, съешьте немного горячего супа, это именно то, что вам нужно, — ему пришлось самому вложить серебряную ложку в руку женщины. — Приезжали торговцы с побережья, привезли соль, это делает пищу намного вкуснее, согласитесь… Ну что же, прикажете мне кормить вас, как ребенка? Попробуйте хотя бы. Вот… вот так.

Кое-как заставив жену съесть суп и немного вареных бобов, лорд удовлетворенно улыбнулся, поставил поднос с остатками пищи на пол.

— Ребенку внутри вас нужно, чтобы вы питались хорошо, — спокойно и вкрадчиво, уже в который раз, начал объяснять Фержингард. — Это необходимо, с этим пока что ничего не сделать.

Леди кивнула.

— Будете теперь отдыхать? — полуутвердительно осведомился лорд. — Помочь вам раздеться?

Ему показалось, что женщина пытается ответить, и он склонился над ней, будто стараясь что-то расслышать.

— Что? Вы хотите что-то сказать?

Леди Альда так и не произнесла ни звука, но муж ее понял.

— Что, прямо сейчас? Это совершенно не обязательно — я уверен, они в полном порядке. Может быть, хотя бы подождете немного — в замке посторонние, но, я думаю, они не задержатся у нас дольше пары дней… Ну, если все-таки хотите — пойдемте.

***

Сира Кристова Элейта поместили в гостевых покоях, которые он по привычке уже считал своими. В комнате был камин, одно небольшое окно со скрипящими и хлопающими деревянными ставнями, которые Элейт, тем не менее, ненавидел оставлять закрытыми, канделябры с сальными свечами и несколько старых пыльных шкур на полу и на стенах. Одним словом — жаловаться было не на что.

Устав за день, Кристов сразу после ужина прошел в отведенные ему покои, поставил меч на вертикальную подставку возле изголовья кровати, закрыл камин чугунной заслонкой, разделся и лег спать. Уже почти засыпая под скрип покачивающихся ставен, он не услышал ни того, как отворилась дверь его покоев, ни шагов — тем более, что вошедший заранее снял сапоги. Резкое пробуждение было вызвано тем, что чье-то тяжелое тело навалилось сверху на Кристова, вжимая в набитый конским волосом тюфяк и перехватывая рефлекторно потянувшуюся к мечу правую руку. Элейт вскрикнул от неожиданности, отчаянно задергался, пытаясь освободиться, и услышал над ухом знакомый и очень довольный смех.

— Проклятье! Ратольд, пусти… — зашипел Элейт. — Я уже спал!

— Извини, не удержался, — усмехнулся тот, перекатываясь на бок и удобно устраиваясь рядом. — Почему не пришел ко мне после ужина?

Сир Кристов начал было что-то выговаривать недовольным тоном, но Ратольд привычно запустил руку ему под сорочку, и тот замолчал, жмурясь от удовольствия.

— Ты спросил его о том, что мы видели на тракте? — задал Ратольд интересующий его вопрос, ради которого, собственно, и решил подняться в гостевые покои.

— Ты видел, — поправил Кристов, — я не глядел в окошко.

— Так что он ответил?

— Сказал, что человек просто охотился.

— В этом лесу?! — воскликнул Ратольд с тем же изумлением, с каким воспринял объяснение Фержингарда сам Кристов.

— Я не расспрашивал дальше. Лорд Вильморт не хотел говорить об этом.

— А я бы расспросил его как следует… — протянул Ратольд.

В нем с раннего юношества играло какое-то несвойственное благоразумным людям любопытство, которое заставило бастарда из деревянного барака, стоящего на сваях посреди болот, забраться за полтысячи лиг от дома, на самый край обитаемого мира.

— Знаешь, я не думал, что на Севере есть место более неприятное, чем Старая Мочажина, но, похоже, теперь я его нашел, — со странной смесью мрачной задумчивости и иронии произнес Ратольд.

— Кейремфорд — один из самых больших, величественных и древних замков на Севере… — обиженно начал Элейт, преисполненный ревностным уважением к замку, на который собирался претендовать.

— Знаю-знаю, — нетерпеливо прервал Ратольд. — Что не отменяет того обстоятельства, что это довольно поганое место. И даже не только в лесах и округе дело. Тут почти все слуги немые. Твой дед им всем языки поотрезал. А дети? Ты заметил, что во всем этом проклятом замке нет ни одного ребенка? Что это за порядки, скажи мне?

— Лорд Вильморт любит тишину. А насчет детей — ты не думал, что леди Альде, может быть, неприятно видеть чужих детей?

— Вот, еще и хозяйка замка, которая все время болеет и лет пять никому не показывается, — продолжал Ратольд. — За столько лет без наследников твой дед мог бы уже раз десять развестись с ней, и Эстергары бы слова ему поперек не сказали.

Раньше Элейт и сам немало думал об этом, но заверения лорда Вильморта убедили его в том, что тот не собирается расторгать брак, несмотря на то, что этот союз, скорее всего, так и останется бездетным.

— Он заплатил за леди Альду выкуп больший, чем давали за любую знатную невесту на Севере. Я никогда не замечал у него ни наложниц, ни любовниц. Он до сих пор любит ее, даже прикованную к постели и неспособную родить здорового наследника, он продолжает заботиться о ней и оберегать ее честь. Это auterre, страсть, и не нам их судить.

Такого же мнения придерживались почти все, кто более-менее близко был знаком с историей женитьбы лорда Фержингарда. Лорд Ретруд был против этого брака, считая, что его сестра заслуживает лучшей партии, но сама леди Альда и слышать не хотела о других предложениях. Дошло до того, что леди Альда заявила, что пойдет к Фержингарду без выкупа, как безродная. Эстергар пришел в ярость, но единственное, что смог сделать, это запросить за невесту огромный выкуп, в надежде, что Фержингард откажется от своего намеренья.

— С чего ты решил, что она прикована к постели? — спросил Ратольд, пропустив мимо ушей все высокие рассуждения об auterre, которых все равно не понимал.

— Лорд Вильморт говорил мне, что леди не может выйти из своих покоев, так как чувствует себя плохо. Я думаю, это как-то связано с ее женскими болезнями…

— Она может выходить, — заявил Ратольд, резко садясь на постели. — Я ее только что видел.

— Где? — удивленно и вместе с тем недоверчиво спросил Элейт.

— В галерее первого этажа, когда шел к тебе, сюда.

— И что она сказала?

— Ничего, я не говорил с ней. Я только мельком увидел ее со спины, она шла впереди меня, а потом завернула за угол.

— И как ты ее узнал? — усомнился Кристов. — Ты же леди Альду никогда не видел. Тем более в темноте и со спины, как ты говоришь.

— Служанки, кажется, платьев с золотым шитьем не носят, — усмехнулся Ратольд. — Любовниц, как ты говоришь, у него нет.

Элейт задумался, несколько обеспокоенный этим сообщением. Пару часов назад леди Альда, по словам мужа, была не в состоянии выйти к гостю и сказать ему несколько учтивых слов, а в ночное время вдруг решила выйти из своих покоев по каким-то своим делам. Все это время сир Кристов пребывал в уверенности, что леди Фержингард страдает от телесного недомогания, так как каждая новая ее беременность оканчивается неблагоприятным исходом. Неужели все-таки правдивы разговоры о том, что леди Альда страдает от душевной болезни и поэтому ее муж скрывает ее от посторонних? Или все-таки Ратольд видел в коридоре другую женщину — знатную гостью, приезд которой по какой-то причине должен оставаться тайной, или же лорд Вильморт завел любовницу, которую одевает в дорогие одежды, словно она леди? Это последнее предположение не входило в планы семейства Элейтов — бастарды мужского пола, если доживут до двенадцати лет, могут стать серьезным препятствием. Пока сир Кристов размышлял над этим, Ратольд встал с постели и кинул ему штаны и перевязь.

— Идем.

— Куда?

— Убедишься, что я говорю правду. Давай, одевайся.

Элейту не нравилась идея бродить ночью по замку своего двоюродного дедушки, но у него никогда не получалось возражать Ратольду. Было уже около полуночи, даже слуги разошлись по своим каморкам. Обычная для этого места тишина казалась теперь особенно гнетущей. Молодые люди спустились в галерею на первом этаже, и Ратольд показал, куда шла женщина, которую он видел. Указанный поворот в конце галереи вел к маленькой деревянной лестнице вниз. Кристов сказал, что ни разу не был в этой части замка, да и бывать там незачем, потому что ничего интересного там быть не может, и леди Альде незачем было бы туда спускаться. Его друг на это ответил, что замок, на который собираешься претендовать, следует изучить досконально, а то вдруг придется вступать в права наследования посредством штурма.