Глен Кук – Жар сумрачной стали. Злобные чугунные небеса (страница 15)

Клянусь, он замерцал! Мне показалось, еще чуть-чуть – и он растворится в воздухе. Неужто опять какие-нибудь боги? Что за свинство!

Краем глаза я уловил движение: тип с вилами, похоже, слегка опомнился. Бац! – и он вырубился надолго, а я повернулся к третьему.

Тот заскочил в стойло, облокотился на загородку и скривил губы в улыбочке:

– Впечатляет.

– Угу. Ты тоже не стоять должен, а в навозе отдыхать. Кто ты такой? И что вам от меня нужно?

– Аргх! – возопил со стропила Попка-Дурак.

– Можно сказать, я никто. Просто посланец.

Я закатил глаза.

– Расплодилось вас, нахлебников. Да будь ты хоть трижды посланец, ноги я тебе все равно переломаю.

– Придержи язык.

– Чья бы мычала! – Я пнул того охламона, который мечтал взять меня на вилы. На долю секунды он тоже замерцал.

– Мое дело передать, остальное меня не касается.

– Неужели? – Я задумчиво взвесил в руке дубинку. – Давай поглядим, ты замерцаешь или нет.

– А передать мне велели вот что. Держись подальше от пивоварни Вейдера. Мы знаем, где ты живешь.

– Шутить изволите? – осведомился я, указывая на груду тел на полу. – Между прочим, и мне известно, где я живу. Заходите в гости, милости просим.

На какой-то миг он утратил самообладание.

– Ты меня слышал. Отвали. Не вмешивайся.

– И кто это говорит? Слушай меня внимательно и запоминай. Это вы поберегите свои задницы и не суйтесь к папаше Вейдеру. Еще раз встречу – все кости переломаю.

Тип ухмыльнулся. Тогда я уронил дубинку ему на пальцы правой руки, которой он держался за загородку. Он отшатнулся, и я пинком распахнул калитку. Его отбросило к дальней стене, да и сам я, к несчастью, не удержался на ногах и плюхнулся на пол, выстеленный соломой. Надо признать, эта солома изрядно пованивала.

Попка-Дурак утробно заухал, а потом изрек:

– Настал твой день!

Тип резво вскочил, ухватился за стоявшие у стенки грабли, сделал угрожающее движение. Он больше не улыбался.

– Ну держись, паскуда, – прорычал он. – Теперь я рассердился. И никто меня не просил оставить тебя целым и невредимым.

Встречаются на свете люди, которым не хватает ума сообразить, что на всякий лом рано или поздно найдется другой. А среди них попадаются тупицы, которых даже тумаки ничему не учат. Похоже, этот тип был как раз из таковских.

Попка-Дурак захлопал крыльями.

Я метнулся к дубинке, которую выронил, когда упал. Зацепился ногой за поверженное тело, снова рухнул на солому – и, сам того не желая, заехал локтем в живот парню, угодившему мне под ноги. Он застонал…

– Что здесь происходит? – прогремел начальственный голос.

Я схватил дубинку и лишь после этого рискнул обернуться. У соседнего стойла стояла инвалидная коляска, в которой восседал Тай Вейдер собственной персоной, а за спиной Тая выстроились плечом к плечу его помощник Ланселин Мак и двое конюхов.

Мой противник тоже отвлекся, и его замешательство подарило мне шанс, упускать который не следовало ни в коем случае. Не вставая, я замахнулся и врезал ему дубинкой по колену. Он завопил, запрыгал на одной ноге. Я поспешно откатился в сторону.

– Ланс, Айк, проверьте, что там такое, – велел Тай.

– Это я, Гаррет, – сообщил я, вставая. – Я шел со склада в управление, когда на меня напали.

Тип, скакавший по стойлу, оказался в непосредственной близости, и я врезал ему кулаком по физиономии, а потом пинком отправил в навозную кучу в углу.

Тут подбежали Ланс и Айк.

– Узнаете кого-нибудь? – спросил я, обводя рукой тела на полу.

Вместо ответа мои спасители уставились на Вейдера, тоже подкатившего к стойлу. Тот поморщился.

– Посадите их, чтобы лица были видны.

Мы с Айком выполнили распоряжение, а Ланс только наблюдал, как мы пыжимся. Ему явно не хотелось марать руки.

Я всегда подозревал, что он из породы бездельников. Высокий, светловолосый, преисполненный самомнения – глупые женщины от таких просто млеют. Мы с ним никогда не ладили; впрочем, от нас этого и не требовалось, даже по долгу службы. Я подчинялся одному папаше Вейдеру, и больше никому.

– Лихо ты с ними разделался, – заметил Тай.

– Врасплох застал, – скромно признался я.

– Это уж точно, – согласился Вейдер-младший.

И то сказать: когда бы этих ребят просветили насчет того, кто такой Гаррет и с чем его едят, они бы наверняка подготовились к встрече.

– Ланс, вон те рожи мне знакомы, – проговорил Тай, указывая пальцем. – Гаррет, а ты что делаешь?

– Карманы проверяю, – честно ответил я, стукнув дубинкой по голове парня, который решил пошевелиться. – Вдруг найду что интересное.

– Может, тут личные счеты? Ты ничью сестру не обесчестил?

– Вроде как нет. И потом, они претензий не предъявляли. Вон тот, – ткнул я пальцем, – сказал, им велено мне передать, чтобы я держался подальше от пивоварни. Он единственный говорил, все остальные помалкивали.

– Ты его знаешь?

– Нет.

– И я не знаю. Ланс? Айк? Очень интересно…

– Я вон того знаю, – сообщил Айк. – Вотил Ханбе его зовут. Он стойла чистит. А этот, – указал он на второго парня, – на складе вкалывает. Забыл, как его…

– Кессел, – подсказал Ланс, – Мило Кессел. Племянник Скиббера Кессела. Его взял на работу мистер Клиз – Скиббер просил. Как раз при мне разговор был.

– С ними мы еще потолкуем, – сказал Тай. – Не трогай их, Гаррет. А как с остальными поступить?

– Как обычно поступаете со всякими воришками, – отозвался я.

– Повесить! – гаркнул Попка-Дурак.

– Отдубасить как следует, – продолжал я, – и бросить в канал. Погоди-ка…

– Что?

– У всех у них, оказывается, повязки. – Я показал одну, черно-красно-синей расцветки, типичной для всех человеколюбцев; на повязке был изображен двуглавый дракон. – Впервые такое вижу.

Все присутствующие согласно закивали. Потом Тай сказал:

– Ланс, убери их отсюда по-быстрому. Айк, Мейс, помогите Лансу.

– Интересно, кому из этих чокнутых помешал Гаррет? – спросил я сам себя. – Кому не хочется, чтобы он болтался по пивоварне?

– Кто-нибудь знал, что ты идешь сюда? – Старина Тай всегда предпочитал конкретные вопросы риторическим.

– Никто.

Разумеется, я лукавил. Вполне возможно, Тай еще не беседовал со своей суженой. Вряд ли Никс стала скрывать от своего жениха, что они с Аликс затеяли, даже если бы Аликс на том настаивала. Или стала бы?

– Но я пробыл тут достаточно долго, и некто мог запросто вызвать подмогу. Вопрос в том, чего испугались эти придурки. Что такое я могу здесь отыскать?

– Гаррет, эти придурки, как ты изволил выразиться, – в большинстве своем нищие ветераны. А чтобы сколотить политическую группу, нужны деньги. Может, опять воровать начали?