Глеб Жарков – Рассказы о погоде и других неприятностях (страница 4)

– Вот где прохлада! – Густо ринулась в туман, смеясь. Вихри разорвали пелену на клочья. Мисти вскрикнула, рассыпаясь на части.

– Ой, что это было? – Густо замерла, пытаясь собрать клочья тумана руками. – Эй, прости, я не хотела!

Мисти материализовалась в стороне, дрожа. Её полупрозрачные глаза блестели от обиды:

– Я… я почти собрала росу… а ты…

– Росу? – подошёл Дриззл, заинтересованно. – Это же моя работа!

– Н-нет… – Мисти сжалась. – Ночью, когда ты спишь, я играю с парами… охлаждаю их, и они становятся каплями…

Сонни, наконец заметив её, приглушил свет:

– Ты… часть команды? Как мы раньше тебя не видели?

– Я… стеснялась. Вы такие яркие, а я… – она растворилась, оставив лишь шепот: – …просто туман.

Ирис появилась внезапно, её радуга заиграла сквозь остатки тумана:

– Мисти права. Рождаться роса может только в тишине, где встречаются тёплый пар и холодное дыхание ночи. – Она коснулся руки Мисти, и та обрела форму. – Ты дополняешь их, как тишина дополняет музыку.

Густо, виновато крутя шарф, предложила:

– Давай попробуем вместе! Я аккуратно подую, ты направь туман, а Дриззл добавит влаги.

Сонни, как дирижёр, координировал:

– Я подсвечу снизу, чтобы не перегреть.

Ночью они начали. Мисти, дрожа, выпустила туман – он стелился по земле, как живой. Густо, сдерживая порывы, направляла его к полям. Дриззл брызнул сверху каплями, которые, встречаясь с холодным туманом, превращались в росу. Сонни мягко подсвечивал процесс, чтобы капли блестели, как алмазы.

К утру сад преобразился. Каждая травинка сверкала росинками, цветы расправили лепестки, впитывая влагу. Ирис, появившись в первых лучах, протянула руки – её радуга обрела новый, серебристый оттенок.

– Это цвет росы, – прошептала Мисти, впервые улыбнувшись. – Он родился из нашей совместной песни.

Густо, обычно неугомонная, осторожно обняла Мисти:

– Прости ещё раз. Ты – как тихий ветерок, который все успокаивает.

С тех пор Мисти стала частью команды. Её туман укрывал цветы от палящего солнца, а с Дриззлом они устраивали ночные «росные» балеты. Даже Густо научилась ценить тишину, ведь иногда именно в ней рождается самое прекрасное – как роса, что появляется на рассвете, чтобы напомнить: даже невидимое может изменить мир.

Рассказ 7. – «Бланка и Тайна Вечной Зимы»

В Облачном городке стояла непривычная тишина. Воздух дрожал от зноя, хотя Сонни уже неделю старался светить сквозь дымку, а Дриззл поливал землю прохладными ливнями. Но капли испарялись, не достигнув почвы, оставляя после себя лишь пар, который душил цветы и заставлял зверюшек прятаться в норах. Даже Густо, чьи вихри обычно веселили всех, теперь лениво перекатывала облака, словно ватные шары.

– Опять я перегрел? – Сонни снял очки, протирая линзы, которые запотели от влажности. Его лучи, обычно золотые, казались блеклыми, как выгоревшая ткань.

– Нет, это я недолил! – Дриззл швырнул зонт на землю, но тот лишь хлюпнул, не выпуская ни капли. – Вся вода уходит в пар! Как в бане!

Электра, сидя на грозовой туче, щёлкнула пальцами, и слабая молния рассекла небо.

– Может, устроим грозу? Охладим всё разом!

– Ты сожжёшь последние листья! – Мисти вынырнула из тумана, её серый плащ сливался с пеленой. – Нужна тишина, а не гром…

Ирис, появившись на миг, коснулась радугой горизонта:

– Гармония нарушена. Ищите того, кто вернёт баланс.

Но прежде чем герои успели спросить, куда идти, воздух резко охладился. С севера, где небо сливалось с землёй в молочной дымке, потянулись первые снежинки.

Снежинки кружились, словно танцуя танец, известный лишь им. За ними явилась она – Бланка. Её серебристая шубка переливалась, как иней под луной, а сосулька-посох звенела при каждом шаге, рассыпая снежную пыль. Пушистый шарф из снега обвивал её шею, а глаза, холодные и глубокие, как зимнее озеро, изучали Облачный городок.

– Кто это? – прошептал Дриззл, подбирая снежинку на ладонь. Она не таяла.

– Зима пришла, – ответила Бланка. Её голос звучал как скрип снега под ногами – мягко, но с лёгкой грустью. – Вы звали прохладу?

Сонни выкатился вперёд, его лучи дрогнули:

– Нам не нужен снег! Здесь должно быть лето!

Бланка наклонила голову, сосулька-посох воткнулась в облачный пол, и вокруг расцвели ледяные узоры:

– Лето без зимы – как солнце без ночи. Вы утомили землю.

Густо, заинтригованная, подлетела ближе, создавая вихрь из снежинок:

– Ой, как красиво! Ты можешь лепить снежки?

– Могу больше, – Бланка взмахнула рукой, и метель закружилась над садом. Жара отступила, уступая место хрустальной свежести.

Сонни сжался, его лучи потускнели:

– Прекрати! Ты всё заморозишь!

– А ты всё сожжёшь, – парировала Бланка, но в её голосе не было злости. Лишь усталость. – Мы должны сосуществовать.

Электра, наблюдая, как снег гасит её молнии, нахмурилась:

– И как это работает? Ты просто приходишь и покрываешь всё льдом?

– Не лёд. Покой, – Бланка коснулась засохшего дерева. Снег окутал его, как одеяло, и почки набухли под белой шубой. – Земля спит, чтобы проснуться вновь.

Мисти, обычно молчаливая, подошла ближе, её туман смешался со снежной пеленой:

– Ты… как я. Любишь тишину.

Бланка кивнула, и между ними пробежало понимание.

Густо, не в силах усидеть на месте, закружилась вокруг Бланки:

– Давай сделаем метель! Ты – снег, я – ветер! Вместе мы…

– …создадим буран, – закончила Бланка, и в её глазах блеснула искорка. Она ударила посохом, и снежная буря взметнулась к небесам. Густо, смеясь, направляла вихри, превращая их в танцующие снежные спирали.

Сонни, видя, как зверюшки выбегают играть в снегу, сдался:

– Ладно, попробуем. Но только чуть-чуть!

Дриззл, прыгая по сугробам, брызгал талой водой, создавая ледяные горки:

– Это лучше, чем пар!

Когда метель утихла, сад предстал преображённым: снег сверкал алмазами под лучами Сонни, а ручьи, рождённые от тепла и льда, звенели, как колокольчики. Ирис появилась на фоне бело-голубого неба, её радуга обрела новые оттенки – серебристый и лазурный.

– Баланс восстановлен, – улыбнулась она. – Зима и лето – две ноты одной песни.

Бланка, впервые улыбнувшись, коснулась руки Сонни. Её снежинки не таяли, а сливались с его лучами, рождая иней:

– Холод – не враг. Он… пауза, чтобы цвести ярче.

Сонни вздохнул, его лучи смягчились:

– Ладно, снежок. Но весной ты уступишь, да?

– Обязательно, – кивнула Бланка, и в её глазах отразилось обещание.

В Облачном городке теперь сверкал новый дом – ледяной замок Бланки с башнями из сосулек. Герои часто собирались там, слушая её истории о северных сияниях и звёздных снегах. Даже Сонни признал, что после метели цветы пахнут слаще.