Глеб Серов – Игры Демиургов. Тайник бога 2 (страница 6)
– Да, Карна. Ритуал. И теперь они знают всё, что знаю я.
– Сссса-а-а-а… Значит, им осталось только разделать тебя для куклы?
Зло оскалившись, я усмехнулся.
– О, нет! Эти выродки сейчас сделают всё, чтобы я и не попал в куклу, и не рассказал их дорогому дедушке, чем они тут занимались!
Ни Деррек, ни Скуод точно не расскажут магистру о том, что увидели в моей памяти. Во-первых, это будет означать приговор для них – лично пользоваться магией и алхимией в среде культистов запрещалось под страхом отлучения от веры и казни. Объяснить же, откуда у них мои знания у братьев не получится при всём желании. А это значит, что сейчас братья готовят способ убить меня так, чтобы у остальных культистов не было даже возможности получить моё сердце, чтобы узнать хоть какую-то информацию. Во-вторых – братья Рихт провели ритуал не из соображений верности учению и магистру, их вела намного более корыстная цель. Оба парня, по меркам верных последователей учения, носили в себе чудовищно еретические стремления – добиться высокого статуса не для служения королю и родному острову, а для получения собственного острова, на котором станут безраздельными правителями. Деррек видит себя личностью ничуть не уступающей королю Чарвету, и сейчас всеми силами карабкается вверх по карьерной лестнице, а вот Скуод… Скуод не хочет ограничивать себя правилами скульпторов. Семья Рихт уже много поколений ищет возможности для приумножения своего влияния и богатства, и нашла эту возможность в преодолении запретов веры. Вспомнив разработки лабораторий семьи Рихт, я мысленно содрогнулся. Больные твари!
В моей памяти братья искали те знания, которые помогут им достичь желаемого. И нашли.
Из злых мыслей меня вырвал взволнованный голос Карны:
– Значит, сейчас они попытаются тебя убить?!
– Они уже кусают локти из-за того, что не убили меня этой ночью. Они надеялись, что меня кинут на алтарь, когда подумают, что я умираю. А сейчас им сделать это будет намного сложнее. Но, да – они непременно попытаются меня убить. Возможно, даже этой ночью.
* * *
Ночью братья не приходили. Причиной тому был тюремщик, каждый час проверяющий моё состояние. Высокий старик с лицом профессионального убийцы распахивал крышку пленителя и медленно проводил надо мной костяным кадилом, из которого плавно опускался белый дым. Зверьки ведьмы выпрыгивали в окошко темницы, едва слышали в коридоре медленные уверенные шаги старика. Из памяти братьев я знал, что старика зовут Сархан Хурим, и боятся его не только мелкие твари, но даже самые матёрые Мстители. Сначала я подумал рассказать ему о братьях, для собственной безопасности, и чтобы вывести их из игры, но задумавшись, отказался от этой идеи.
Если они признают свою вину, то расскажут Мстителям всё, а этого нельзя допустить ни при каких обстоятельствах.
Утром из тревожной дремоты меня вырвал поток ледяной воды, обрушившийся через крышку пленителя. Бездна! От сна не осталось и следа, а беспристрастные костяные атлеты в костюмах инквизиторов уже привычным движением подхватили меня под руки, вынесли из камеры, и быстрыми движениями набросили серый балахон.
Шагая по коридорам форта, я с затаённой тревогой прислушивался к непривычной тишине форта. Что-то не так… Слишком малолюдно.
* * *
Старик сидел за рабочим столом, и медленно передвигал на расстеленной на нём огромной карте небольшие фигурки, словно играл сам с собой в какую-то игру. Невольно прикипев взглядом к карте, я постарался впечатать в мозг открывшееся изображение, но через несколько секунд поймал на себе смеющийся взгляд старика.
– Что, Видящий, интересно?
– Простите, мастер Урхадук, – я кротко опустил голову.
– Нет-нет, Видящий, ты зря извиняешься! Скоро эта информация тебе понадобится. Но сейчас я хочу поговорить с тобой о другом. Скажи, что произошло с тобой ночью, после нашей последней беседы?
Я мысленно ухмыльнулся. Так вот, значит, как вы называете допросы? Несколько секунд я справлялся с вихрем чуждых реакций. Лесть, готовность служить, испуг, отрицание… Стоять! Это всё не моё! Выдохнул, и спокойно взглянул на старика, решения которого наполнили не одно озеро кровью разумных. Что же, я готов снова рассказать тебе увлекательную сказку, старая тварь в белом! Я расскажу тебе, как поймал видение, где в будущем твои внуки погрузились в ересь и готовятся отречься от веры ради власти более большей, чем та, которую можешь дать им ты. Я набрал воздуха в грудь, чтобы начать рассказ, как лёгкий скрип распахнувшейся двери заставил резко дёрнуться в сторону, развернувшись ко входу.
Братья Рихт вошли, сверкая улыбками, и коротко поклонившись магистру, остановились у входа. Парадные одежды жрецов ничем не отличались от тех, что я видел в нерождённом мире. Белые плащи, перчатки, костяные обеты с отпечатком ладони Посланника. В руках Скуод держал небольшой деревянный короб, и широко улыбающийся Деррек, прижав одну руку к пластине у сердца, а второй указывая на брата, заговорил:
– Простите за опоздание, магистр! Брат только что закончил ваять образы, которые Костяной Владыка послал ему этой ночью. Позвольте принести их вам в дар!
– А, шалопаи… Ну-ка, ну-ка, удивите старика! Дивен и неисповедим наш Владыка, – улыбнулся старик, принимая резную шкатулку красного дерева из рук Скуода. Поставив шкатулку на стол, магистр распахнул её и поражённо застыл. – Святая Изария, какое великолепие! Воистину благословенный Вабрасэтом образ!
На рабочий стол встали две небольшие, высотой с крупное яблоко, белые скульптуры девушек. Безумно тонкая и детализированная работа. И действительно прекрасная.
– Скуод, мальчик мой, ты просто обязан изваять этих посланников Владыки для Вечного Острова! Они достойны взгляда самого Чарвета!
– Благодарю вас, магистр! Я обязательно сотворю их в нашей фамильной мастерской.
Старик ещё раз восхищённо покачал головой, и с сожалением перевёл взгляд на меня.
– Так что с тобой произошло?
– Я… Я не знаю точно, мастер. Возможно, это было проклятие, которое клан направил на меня, чтобы я не рассказал ничего лишнего, если нахожусь в плену… Или… это было что-то другое.
Слова с трудом выходили из глотки, а я всё никак не мог оторвать взгляд от созданных из кости фигурок. Бездна…
Фигурка Ярны стояла на цыпочках и задумчиво глядела куда-то вдаль, отведя руки за спину, а её платье развивалось от горного ветра. Я сразу узнал этот образ – картина очень хорошо запомнилась мне, когда мы стояли на обзорной площадке «Горных ключей». Строгий, но женственный костюм Талилы я тоже узнал моментально – именно в нём она была на поступлении в имперский университет.
Сигнал от братьев более чем говорящий. Мне остаётся только принять их правила игры. Молодые жрецы с любопытством смотрели на меня, довольно улыбаясь. Твари…
Старик равнодушно кивнул и заговорил:
– У меня нет времени допрашивать тебя, Хагид. Тем более уговаривать. Поэтому слушай, и запоминай. Сегодня мы едем к Наместнику. Ты и ведьма – гости наместника, которые
Братья удивлённо взглянули на старика, а я впервые не справился с новой личностью, и вопрос сам собой сорвался с губ:
– А вы не рано называете его наместником, мастер? Насколько я знаю, наместником становится тот, кто уже привёл мир под руку Вабрасэта.
Бездна! Так вольготно обращаются к магистру Урхадуку только его внуки! Нужно сдерживаться!
Старик вперился в меня острым взглядом и задумчиво сцепил пальцы. Через короткую паузу он ответил:
– Ты прав, Хагид. Статус Наместника Его Величества даётся только тому, кто уже привёл мир или страну к свету Истины Вабрасэта. Но у Легора это не статус, а позывной. Он стал советником короля Разара, и втянул того в войну с Землями Антара. А для победы Легор принудит короля принять покровительство Вабрасэта и верного служителя его Чарвета. Поэтому, это ещё и поклон вежливости будущему Наместнику.
Встав, магистр снял с пояса небольшой ромб костяной пластины, украшенной серыми камнями, и подойдя вплотную, прижал к моему предплечью. В ноздри ударил отвратительный запах мёртвой палёной плоти, и старик угрожающе прошелестел:
– Когда верные рядом будут молиться, я буду слышать всё, что происходит вокруг тебя. Не разочаруй меня, Хагид. Иначе ты очень внезапно можешь заболеть ломкостью костей, или твои хрящи начнут рассыпаться. Ты понял меня?
Что же, остаётся только проверить, действует твоя власть надо мной за пределами этого мира, старик.
– Да, магистр, – скрыть горечь из голоса я даже не старался.
* * *
Карета выехала из форта уже через час. Бронированная машина, иначе её было не назвать. Мощные широкие колёса, роскошно украшенный резьбой и картинами белый корпус, ничуть не уступающий размерами моему сгоревшему транспортнику, и крохотные окошки, больше напоминающие бойницы для стрельбы из арбалетов. Сами арбалетчики здесь тоже присутствовали, как и вся делегация к Наместнику. Магистр Урхадук, непривычно подавленный Гарлим, четыре Мстителя-оперативника, и, неожиданно, двое братьев Рихт. Культистов-воинов, напряженно застывших у бойниц, я даже не пытался запомнить. Обычная массовка, которую обладающие властью люди таскают с собой для пафоса. Куда больше моего внимания получил наш кортеж и запряженные в карету «скакуны». Управляемые погонщиками костяные конструкты, больше всего напоминающие смесь изящных драконов и винторогих лошадей, сопровождали карету с двух сторон, шагая неторопливо и величественно. А вот две куклы, запряженные в карету, вышагивали абсолютно равнодушно, и напоминали тягловых носорогов. Ну и завершали состав этой делегации два пленника, которых старый магистр захотел передать будущему Наместнику – я и Карна. Оба в торжественных серых балахонах, на спинах которых был изображен силуэт коленопреклонённого кающегося человека, мы сидели на диванчике у внутренней стены кареты, и, изредка переглядываясь, вслушивались в редкие диалоги культистов.