Глеб Серов – Игры Демиургов. Тайник бога 2 (страница 2)

– Ну что, мы уже рядом с целью! Остаётся выполнить заказ, и можно будет идти за благословением Владыки Ночного Неба! Я уже знаю, куда направлюсь после получения его даров! А вы?

Глава первая.

– То есть, ты спокойно похоронил двух других Видящих и оставил им глаза? И в вашем клане нет ни одной инструкции, что делать при смерти товарища?

Не знаю в который раз я слышал одни и те же вопросы, и раз за разом давал на них однотипные ответы. Пока я ещё ни разу не отошел от своей новой легенды. Сидящие напротив меня оперативники из ордена Мстителей поначалу хотели просто выпытать из меня все нужные им сведения, но, когда чёрный туман Вабрасэта не причинил мне ни малейшего вреда, пришли в замешательство. Чуть позже, под протестующие крики однорукого Гарлима магистр ордена – старый мститель Урхадук, решил вначале допросить меня лично, что и стало моим шансом на спасение. Легенда, которую я рассказал старику, сильно заинтересовала его, и вот уже две недели я перемещаюсь между костяным гробом и залом допросов. То, что я Видящий уже не было тайной, и на каждый допрос культисты приносили артефакты – иногда магические, иногда Междумирные, а иногда и созданные самими культистами. Каждый раз культисты пытались узнать, как я вижу в навигаторском зрении эти предметы, и каждый раз я старался описывать всё, что вижу, максимально упрощённо, не раскрывая все карты.

– Да, мастер Урхадук. Похоронил вместе с глазами. Правила есть. После таких случаев мы сообщаем совету клана, где находятся тела. После этого за телами выдвигаются братья для последнего обряда.

Скрипучий монотонный голос старика вводил в транс, но я был знаком с таким приёмом. После потери бдительности резкий вопрос вполне способен ошеломить и заставить ответить моментально, не обдуманно. Поэтому, стоило больших усилий не терять концентрацию, и быть всегда готовым к атаке.

– Нужно быть безумными, чтобы растрачивать такие ресурсы на стоящие крохи заказы! Ты думаешь, что мы поверим в эту чушь, богоборец?! Мастер, прошу, дайте его мне, и уже к вечеру он расскажет всё, что нам нужно!

Это уже Гарлим. Однорукий мститель выглядел неважно – бледное лицо, синие мешки под глазами, пропитанные кровью бинты на культе плеча. Насколько я знал, культисты Вабрасэта могут легко выращивать новые конечности своим подопечным, однако то, что за две недели ему не только не вырастили руку, но и не смогли заживить рану, говорило о многом. Гарлим присутствовал на каждом допросе, и сверля меня ненавидящим взглядом, казалось, был готов в любой момент броситься вперёд и разорвать оставшейся рукой и зубами. Мстителю было за что меня ненавидеть – он потерял почти весь отряд, с которым выдвинулся на охоту за мной, но самое страшное для него – потерял дарованного ему самим Вабрасэтом демона. Культисты, конечно, считают их посланниками бога, а не демонами, но мне без разницы. Эта потеря наверняка сильно пошатнула его репутацию в ордене.

– Помолчи, Гарлим! Всё, что мог, ты уже сделал! Если хочешь присутствовать – молчи и слушай! Возможно, твой бывший наставник ещё не до конца выжил из ума, и ты сможешь научиться ещё хоть чему-то! – недовольно прикрикнул на Гарлима магистр, и перевёл взгляд на двух братьев, которые сидели на лавке у стены, одинаково уперев правую ногу в деревянное сиденье. – Деррек, Скуод, вы хотите спросить что-то ещё?

Эти братья стали моей головной болью с первого же допроса. Начать хотя бы с того, что они не были Мстителями. Эти культисты были жрецами, и крутились возле главы ордена как посланники храма города-острова Горт. А заодно и дальние внуки магистра. Несмотря на разные пути, по которым шли братья, и на абсолютно разные характеры, и того и другого все, даже склочный магистр считали одарёнными самим Вабрасэтом. Деррек – старший из двойни, шел по пути храмового жреца, и я не сомневался, что где-то в центральном храме острова своего будущего настоятеля уже ждёт пригретое роднёй место. И в том же центральном храме свои двери настежь распахнула мастерская лучших скульпторов острова для младшего брата – Скуода.

– Да, магистр! – сразу же вскинулся молодой черноволосый щёголь. Вскочив, он расправил плечи и, красуясь, оправил белоснежный плащ. Обойдя меня, Деррек, стараясь выглядеть величественно, остановился, и бросив взгляд сверху вниз, задал вопрос:

– Что ведёт тебя вперёд и заставляет делать то, что ты делаешь?

Я снисходительно улыбнулся уголками губ и заговорил ровным голосом, стараясь придать ему небольшую безуминку фанатично уверенного в своей правоте верующего.

– Моя жизнь – это служение клану! Без клана она не имеет смысла и цели, и только в служении ему я имею право жить! Я не могу жить по-другому!

Кинув, будто услышав именно то, что хотел, Деррек перекинулся многозначительным взглядом с братом, и задал следующий вопрос.

– Ты сказал, что изучил дневники странствующих жрецов, а после передал их в дом вашего клана. Так?

– Да, – я ответил односложно, с удовлетворением увидев промелькнувший на лице молодого жреца гнев. Спустись на землю, выскочка. Пусть старик довольно скалится, глядя на гневно раздувающего ноздри парня, которому грязный еретик посмел ответить, как равному, без обращения «мастер». Мне только на пользу, пусть захочет натаскать щенят на странном еретике. Чем дольше меня допрашивают, тем дольше я жив.

А ещё я заметил, что во время моего ответа глаза жреца скользнули по стоящему за мной демону. Неудивительно. Эти демоны при обычных допросах играют роль детектора лжи, говоря своим хозяевам, истину или ложь отвечает допрашиваемый. Но вот со мной этот номер не прошел, как и номер с пыточным черным туманом. Поэтому культисты и решили допросить меня, чтобы выяснить в чём дело, и угодили в болото легенды о таинственном клане Видящих, предоставляющих свои услуги всем, кто заплатит деньги. Легенда звучала убедительно оттого сильнее, что я переплёл вымысел и правду, дав имя клана Видящих своему бывшему Великому Дому, и рассказывая его немного изменённую историю понятным примитивным культурам языком. История получилась интересная, и нравилась мне самому.

Молодой жрец помолчал несколько секунд, опустился на корточки, и взглянул на меня уже снизу-вверх.

– Тогда скажи мне, Хагид – почему ты вначале изучил записи сам, и только после этого отдал их клану?

Стрик нахмурился. Наверное, он посчитал вопрос чушью. Но вот я напрягся. Я мог только догадываться, куда клонит жрец, и просчитать, куда выведет мой ответ не мог.

– Потому что я – часть клана. Я должен оттачивать свой разум и свои умения, чтобы быть его надёжным инструментом.

Молодой жрец растянул губы в ироничной улыбке, и перекинулся взглядом со своим братом. Его голос наполнился властностью, и Деррек с нажимом произнёс:

– Ты показываешь себя прилежным исполнителем, который, не задумываясь, следует правилам авторитетов, но своё познание ты поставил выше правил иерархии. Исполнительному фанатику не нужны знания. У тебя есть амбиции, Хагид. И ты можешь отбросить ложное служение и принять свет истины! Ты можешь служить единственному Истинному Богу, и твои таланты будут оценены по достоинству! Поэтому, я повторю свой вопрос – что ведёт тебя вперёд и заставляет делать то, что ты делаешь?

– Меня ведёт мой долг перед кланом, жрец костяного бога, – ответил я бесцветным голосом, равнодушно глядя в черные глаза парня.

– До этого мы не применяли пытки, еретик. Но наша благосклонность может испариться, как утренний туман, Владыка моим словам свидетель! Поэтому, не испытывай наше терпение!

Ну да, ну да, не применяли… Лежать нагим сутками в костяном гробу – это, значит, не пытка. Когда тебя раз в сутки, прямо через крышку гроба, обливают ледяной водой, которая, по замыслу тюремщиков, должна и утолить жажду еретика, и омыть его, смывая нечистоты через сливы в бортах… Я убью вас всех, твари, если выберусь отсюда!

– Ты не такой, как тот костяной великан. В тебе нет того безумия…

– Про кого ты говоришь? – нетерпеливо перебил меня Деррек, а вот Гарлим яростно сузил глаза.

Я же, не обращая на его слова внимания, продолжил играть фанатичного слугу таинственного клана Видящих из Междумирья.

– В отличие от него ты рационален. Вы все здесь рациональны. И ваши амбиции вы ставите гораздо выше веры и прочих пафосных слов. Вы делаете то, что должны, ради собственных целей, а служение костяному богу – приятный бонус, который помогает вашим целям. А тот, кого называли харганом Дайвом, был безумным фанатиком. Сильным, но безумным. Он искренне верил, что его решения – это советы его бога. Он бросил ко мне в бойцовскую яму учеников своего ученика, за то, что те подвели его, и продолжал бросать, несмотря на то, что они умирали один за одним. Как ты думаешь, что вело его вперёд, и заставляло делать то, что он делает? Безумие, вера, или собственные амбиции?

В воцарившейся тишине я удовлетворённо смотрел на идущих красными пятнами близнецов, на сжимающиеся кулаки, а раздавшийся следом яростный рык Деррека заставил меня внутренне ухмыльнуться.

– Ты, грязь под ногами кодара! Ты смеешь оскорблять святого воина Вабрасэта?! Ты смеешь сравнивать себя с ним?! Ты лишишься не только рук, но и ног! Они не нужны тебе, чтобы говорить! Ты…