Глеб Лютаев – Параллельный фарватер. Отклонение от курса. Книга 1 (страница 22)

Иванов был лучшим снайпером в бригаде. Постоянно принимал участие в окружных и флотских соревнованиях по стрельбе и всегда занимал там призовые места. Ему не раз пытались доказать, что СВД – это плохая снайперская винтовка. Но все доводы оппонентов он разбивал в пух и прах. Любимым способом для этого у него была, конечно, стрельба. Он попадал в десятирублёвую монету с первого раза на ста метрах, с первого раза на двухстах метрах и максимум со второго раза на трёхстах. Проделывал это за очень короткий промежуток времени, пользуясь штатным прицелом ПСО-1, который в отличие от СВД, по его мнению, был как раз таки плохим. После снайпер в своей манере невозмутимо просил проверить результат. Многие пытались спорить. Офицеры, незнакомые с ним, лично ходили ставить эти монеты, а потом лично убеждались в его профессионализме. Едва увидев монеты, в которые не просто попадал Иванов, а делал отверстие чуть ли не посередине, споры прекращались, и на смену им приходило уважение.

К врождённому таланту Вася обладал ещё и сумасшедшей любовью к снайперскому делу. Стрелял при этом хорошо не только с СВД, но и с других видов оружия. Ему неоднократно приходилось лежать в кустах на полигоне и стрелять по мишеням с Винтореза, когда в часть приезжали важные проверяющие и инспектирующие представители Министерства обороны. Когда проверку по боевой подготовке сдавало подразделение, по мнению командования бригады, к ней не готовое, Васю просили лечь в поле и бесшумно поражать мишени, в то время как военнослужащие выполняли упражнение. Он ни разу не подвёл.

Его дважды звали в силы специальных операций, и он дважды отказывался. Он находился на личном контроле представителей ФСБ и, зная об этом, совершенно не переживал. Он мечтал воевать, но войны не искал, ждал, когда война сама найдёт его. Он не хотел менять чёрный берет ни на что другое и продолжал служить. Ему прощали редкие нарушения дисциплины и часто дававшие о себе знать вредные привычки. Таким вот был сержант Вася Иванов.

***

Сейчас он, конечно, шутил, но говорил это с таким спокойным видом, что все в каюте невольно улыбнулись, даже Умаров.

– Да, не забываем про требования безопасности. А то мало ли, ещё покалечитесь вдруг. В общем, по завтрашнему дню всё понятно?

– Так точно, – громко ответил Ворон.

Умаров оглядел каждого из группы. Их лица «тупых кретинов, кем-то выпущенных из детсада» сменились вполне понимающими взрослыми взглядами. Это вполне удовлетворило командира группы, и он молча покинул каюту.

2

– Слышите, вы представляете, завтра что-то будет… – Денис проговорил это, постепенно повышая тональность голоса и делая его писклявым. Он перелёг головой на другую сторону кровати, развернулся и улёгся на живот. Подложив руку под подушку, посмотрел на Ворона и Васю и обращался к ним.

Ворон, поняв, что поспать ему всё равно пока не дадут, уселся на кровати и, глядя вверх на Поршнева, ответил:

– А мне кажется, что ничего не будет. Фигня это всё. Какие там могут быть пираты? Так, пугают просто, для профилактики.

Денис задумчиво смотрел на него.

– Ну не знаю. Помнишь, в самом начале боевой корабелы говорили, что в прошлый раз морпехи стреляли? Они же просто так рассказывать это не будут.

– Ну так-то да, – ответил Ворон с сомнением. – Но мне просто кажется, что с нами интересного ничего не произойдёт. Так и будем тухнуть здесь все эти месяцы в этой грёбаной жаре.

– Да, жара капец, не зря я свою девочку в серый цвет перекрасил. А то бы она мне дала прикурить при такой жаре. – Вася был, как всегда, спокоен и этим заставил всех рассмеяться. – Главное, и это, поверьте, действительно главное, чтобы на вахте завтра в это время не Володя стоял. А то беда, нас от «Чёрной жемчужины» уже ничто не спасёт.

– О! – Ворон посмотрел на окружающих. – А кто завтра стоять будет?

– Я стою, – без эмоций ответил Денис.

– Ну всё… – теперь Вася говорил с наигранным огорчением. – С этим вахтёром Джек Воробей нас и без «Жемчужины» сделает. Думаю, если Денчик будет на вахте, то пираты справятся даже на той лодке, что у Воробья в первой части фильма была, когда он к берегу подошёл, а она потонула.

Все вновь засмеялись, в том числе и Денчик. Над ним много подшучивали, но совсем не так, как над Володей. Просто любили посмеяться. Он был молодой и относился к людям, которые любят погулять по ночным клубам, поснимать девочек, веселиться и развлекаться круглосуточно. Человек он был общительный и находил общий язык практически со всеми. Особенно это удавалось ему с противоположным полом. В общем, необидчивый был парень.

– Да не-е-е… Нормально всё будет. Поверьте мне, от младшего сержанта Поршнева ещё никто не уходил. – Договорив, сам он засмеялся и ожидал той же реакции от остальных. Но кроме него, никто даже не улыбнулся, а наоборот, посмотрели на него суровым взглядом.

После пятисекундной тишины в каюте раздался дружный хохот. Все переглядывались друг с другом и дико ржали, показывая на него пальцем. Денчик с недоумением смотрел на товарищей и, казалось, ничего не понимал.

– Смейтесь, смейтесь… Только жопы ваши завтра я буду прикрывать. А вам меньше двух минут, чтобы выбежать. И не забудьте мой гранатомёт прихватить.

– Насчёт гранатомёта, кстати, ты сходи к Володе и напомни ему. А то он затупит и не вынесет его.

Денчик посмотрел на Васю, давшего дельный совет.

– О-о-о… – ехидно протянул он. – Неужели хоть какая-то умная мысль была произнесена твоим вонючим ртом…

Ворон с Костей после этих слов переглянулись и засмеялись. Вася посмотрел на Денчика, убрал с живота ноутбук и отложил его в сторону.

– Что ты сказал? Ну всё, тебе конец!

Денчик взял подушку и прижал её к животу. Повернувшись спиной к стенке, он как можно ближе прижался к ней.

– Да ладно, Вася! Ты же знаешь, что я пошутил.

Вася спрыгнул с верхнего яруса и подошёл вплотную к Поршневу. Левой рукой он не давал ему защищаться, а правой пытался прицелиться и ударить в плечо. Денчик, Ворон и Костя смеялись.

– У кого, ты там сказал, вонючий рот? – Он ударил Дениса в плечо, но удар прошёл вскользь.

– Да это я про Козлова говорил, не про тебя! – оправдывался Поршнев.

Неожиданно по двери в каюту кто-то дважды сильно ударил, и она открылась. Все морпехи замерли и уставились на человека, распахнувшего дверь. Это был седовласый старик, один из прикомандированных водолазов.

– Мужики, можно быть тише? Время уже позднее, тут людям отдохнуть хочется, имейте совесть.

Денчик вынырнул лицом из-за угла кровати и проговорил виноватым тоном:

– Хорошо, извините. Мы что-то просто забылись.

Старик захлопнул дверь и вышел. Вася отпустил Поршнева, посмотрел на Антона и проговорил:

– Ворон, пойдём покурим.

– Пойдём, – ответил тот и накинул футболку с шортами.

После того как они вышли, Денис пару минут поразмышлял, лёжа на кровати, а затем, накинув тельняшку, тоже вышел из каюты.

3

Выйдя на ют, Поршнев немного постоял около стола, за которым сидели Ворон с Васей, а также курили пара моряков. Перекинувшись с ними несколькими словами, он отправился наверх. Поднимаясь по трапам, он обратил внимание, что судно почти не качает. Погода стояла тихая, и море было спокойное. Такая погода Дениса вполне устраивала.

Достигнув сигнального мостика, он увидел Кравцова. На нём были штаны, военные кроссовки и не было тельняшки. В темноте, под освещением звёзд и блестя от пота, Данила стоял перед «рыбиной» возле лафетного ствола и, не обращая внимания на Дениса, бешено разбирал автомат, лежащий на расстеленном каремате. Характерные металлические щелчки и его учащённое дыхание были отчётливо слышны на мостике. С лееров рядом свисал бронежилет с закреплённым на нём кевларовым шлемом. Как только Кравцов закончил, он схватил что-то в темноте и раздался едва слышный звук. Секундомер.

– Сколько? – поинтересовался Поршнев.

Данила только теперь увидел нежданного гостя и посмотрел в его сторону.

– Десять секунд.

– Отлично, даже для дня.

– Да, но я никак не могу улучшить. Десять, и точка.

– А сборка?

– Ещё хуже. Всего пятнадцать.

– Тебя это не устраивает? Для темноты отличный результат.

– Хочется быстрее.

– Никак не угомонишься? Надо бы как-нибудь нам посоревноваться. Возможно, конкуренция поможет? – с улыбкой спросил Денис.

– Может. Вот только ты мне не конкурент.

Они рассмеялись.

– Ты, как всегда, в своём репертуаре…

Стоя на вахте, не было необходимости всё обмундирование одевать на себя. К счастью военных, в море они были предоставлены сами себе и не приходилось опасаться, что придёт нудный проверяющий и объявит выговор за такой внешний вид на посту. Умаров не был против, что подчинённые снимали обмундирование, неся службу, потому что прекрасно понимал: стоять на горячем железе в сорокаградусную жару в полной экипировке практически самоубийственно. К тому же на сигнальном мостике не было места, где была бы хоть какая-нибудь тень. Днём морпехам приходилось находиться на палящем солнце по четыре часа.

Несмотря на всё это, и днём, и ночью к несению службы все подходили ответственно. В случае необходимости быстро накидывали средства бронезащиты, брали автомат и готовы были отражать нападение. На посту никто не спал. К этому делу подходили серьёзно, и на то было целых три причины.

Во-первых, личная сознательность каждого военнослужащего. Истории о захваченных сомалийскими пиратами кораблях слышали все без исключений, и едва ли кому-то из морских пехотинцев хотелось опозориться на весь мир или на всю страну, не говоря уже о своей части, славившейся немалыми заслугами за свою сорокалетнюю историю. Каждый понимал, что вовремя не увидев цель, можно легко оказаться в плену. И если это произойдёт, никто не смог бы простить себе такую оплошность.