Глеб Кондратюк – Война (страница 4)

Мужчина зло махнул рукой, развеивая видение. Следующий глоток стал больше предыдущего.

— Не могу не заметить, что ты стал много пить, господин, — раздался над ухом голос орка.

— Есть такое, но поверь мне, Лод’хар. Это, — человек помахал рукой горлянкой перед своим лицом, — далеко не самое худшее, что я с собой делал. Или сделаю. Зависит от того, как дела пойдут дальше.

— И как выдумаете они пойдут?

— Так, что заставят меня вспомнить старые привычки я полагаю, — невесело ответил Элим.

Детишки наверняка скоро расскажут Анзору о том, как прошла наша встреча. Убью последние капли надежды на моё нормальное существование в сознании брата. Ну, в любом случае, мне не впервой. Я это знаю. Он это знает. Правда теперь всё немного иначе…

— Могу я задать тяжёлый вопрос, господин?

Слова орка прервали невесёлые размышления Элима.

— Тяжелый?

— Мне кажется это наиболее подходящее слово для него.

— Задай Лод’хар. И больше никогда не спрашивай разрешения. Вы имеете право говорить со мной обо всем.

— Почему вы больше не собираете души, как раньше? Уже столько… сражений прошло, а нас по-прежнему шестеро.

Да, Элим никого не пощадил. Никому не дал места в маленьком мире рядом со своей душой. В прошлой жизни он забирал души своих жертв и использовал в качестве топлива для подпитки своих сил. Теперь он не делает даже этого, не просто убивая, а ещё и разрушая души, перемалывая их в энергию. Малую её долю поглощают шесть помощников Элима и куда большую — он сам.

Его собственная душа ранена, и чтобы рана поскорее затянулась, человек использует духовную энергию уничтоженных душ. Жестоко, но необходимо. Об этом суровом методе ему поведал Иркан. Предшественник уделали особое внимание развитию и укреплению души, ибо это единственный путь, который позволит Элиму одолеть двух существ, для которых вся его жизнь равносильна паре минут. Чем раньше он исцелиться, тем раньше приступит к тренировкам своей души. К своим первым настоящим тренировкам души.

— Мне нужна их энергия чтобы исцелиться. И вам чтобы стать сильнее. На моей шее больше не весит источник с бесконечной маной, и я не могу позволить себе призывать армию. Лишь несколько воинов, поэтому они должны быть сильными. Если нам попадется кто-то достойный, его душу я оставлю. Судьба всех остальных, увы, незавидна Лод’хар. И как ты уже успел заметить, — Элим откупорил горлянку, — меня это тоже беспокоит.

— Ты изменился, господин, — сказал Лод’хар спустя какое-то время.

— Я многое узнал пока спал. Приятного мало, конечно, зато путь к моей цели нарисовался. Вполне отчетливый, пусть и трудный. Поэтому очень надеюсь вы будете тренироваться со всем усердием, чтобы помочь мне по нему пройти. А награда… ты ведь видел новое тело у Анзора?

Лод’хар резко остановился, не верящим взглядом смотря на Элима.

— Чего смотришь? Ты думал вечно у меня рядом с сердцем сидеть будешь? Вы заслужили прожить свою жизнь до самого конца в теле из плоти и крови. Это, конечно, будет не скоро, но будь уверен, как только у меня будет возможность, я это сделаю.

Ждать осталось не так долго, как я раньше думал. Иркан обладал знаниями куда более обширными, чем знания об одних лишь душах.

Изрядно повеселевший орк размашистыми шагами пошёл вперед по земляной дорого. Элим хмыкнув, глотнул какой-то ягодной настойки и двинулся следом.

Глава 393

— Почему именно нам нужно переться в эту чёртову глушь? — пожаловалась недовольный рекрут Да’сваас.

Молодая эльфийка, верхом на летучем змее, продолжала доставать своего командира в этой миссии. На кожаном нагруднике красовалась металлическая эмблема с извивающимся змеем — символом их империи. Эти крылатые твари обитали в море и на побережье их моря рядом со столицей. У каждого члена Да’сваас имелся свой собственный. Изящная рука в кожаной перчатке тёмно-зеленого цвета с нежностью погладила гребешок крылатой змеи. Длинные волосы эльфийки цвета слоновой кости были аккуратно собраны с помощью нескольких заколок-спиц. Чтобы волосы на вились на ветру. Ну а в крайнем случае юный рекрут могла использовать их в качестве оружия.

— Ты здесь потому, что твои способности соответствуют требованиям этого задания, Иримэ, — отозвался наставник.

Чуть впереди эльфийки летел её командир. Старый, матёрый летучий змей почти в три раза больший, чем у эльфийки нёс на себе ветерана Да’сваас. Мощный гуманоид с бычьей головой спокойно восседал на своём змее. Минотавры были немногочисленной расой в пределах Даэдхамийской Империи. За всю историю Да’сваас в их рядах был лишь один минотавр — Манс, летящий прямо сейчас на самую окраину империи. Уже больше столетия этот воин числился в самых элитных войсках империи.

— Вот как? А ты тогда почему летишь со мной, Чёрная Булава Манс?

— Проиграл в кости командиру, — вяло ответил минотавр.

Эльфийка фыркнула. Проиграл в кости. Ещё бы. Кто посмеет приказывать чёртовому герою Второй Имперской Войны? Подразделением Да’сваас на двенадцатом этаже руководил Кулак Генеб — жёсткий до умопомрачения орк, ревностно соблюдавший устав их элитного подразделения. Его подчиненные соответственно тоже. Все, кроме Манса. За два года службы женщина ни разу не видела, чтобы Генеб приказывал минотавру.

Странный он.

Иримэ наверное уже в тысячный раз приходила к этому выводу. Герои Второй Имперской Войны, когда само существование их государство стояло под вопросом, — национальные герои. Каждый из них совершил подвиг, отмеченный императором. Все носители этого титула сейчас являлись генералами крупных армий, главами Да’сваас, губернаторами провинций или непосредственными советниками императора.

Исключением стал Чёрная Булава Манс, который теперь служил сержантом в Да’сваас на двенадцатом этаже. Никто в подразделении не видел, чтобы минотавр тренировался или с кем-то спарринговался. Никто никогда не поверил бы, что этот ленивый минотавр и есть национальный герой, если бы не редкие визиты его более именитых товарищей.

— Манс?

Минотавр даже отвечать нормально не стал. Просто издал звук, дающий понять о привлечении его внимания.

— Почему ты здесь?

— Я же сказал. Проиграл в кости.

— Ты знаешь, я не об этом. Почему ты здесь на двенадцатом этаже?

Манс просто пожал плечами. Иримэ сильнее сжала поводья наткнувшись на такой ответ. И почему она решила, что в этот раз он ответит? В отряде даже делали ставки на причину такого положения Манса. Каких только теорий не придумывали. А деньги какие были на кону… Хватит на приличный домик в столице.

Дальше летели молча. Скоро показался Бирм — пункт их назначения. Клятая дыра по мнению эльфийки. Солдаты на стенах пришли в движение завидев подлетающих всадников на летающих змеях. В империи на них летали только знатные особы и воины Да’сваас. В любом случае об этом стоило доложить главам города.

Элим наблюдал за городом, спрятавшись в одной из трещин в потолке. Бирм оказался куда больше его предыдущей цели. С таким будет не управиться в одиночку. Тут жили почти три десятка Адептов. Не то чтобы кто-то из них представлял для него угрозу, но если они объединятся со всеми сотниками города, то даже ему станет тяжело выбраться из окружения.

Такие города как Бирм слишком большие для одиночной атаки. По крайне мере с нынешним запасом маны. Тем не менее у него всё ещё есть дела в этом городе. Уже несколько дней он ожидает появления важных гостей. Члены гвардии императора должны прибыть в город для оценки «открытки», отправленной Элимом после истребления приграничного города.

А вот и они.

Его взгляд устремился к востоку от города. Два наездника на летучих змеях быстро приближались к стенам. Оба Адепты. Женщина, кажется, эльфийка сильнее любого из здешних Адептов. Хотя гоблин-наместник смог бы дать ей достойный бой. А вот второй, минотавр, совсем другое дело.

Это… слишком сильно. У этого воина достаточно силы чтобы повторить моё недавнее «достижение». Умертвить целый город. Пожалуй, даже у меня есть риск откинуть копыта в битве с этим гвардейцем. Может глава местного отделения? Сомнительно. Вряд ли бы он пришёл в сопровождении одного рекрута. Один из командиров? Если так, то в столице их точно будет ждать Воитель. И не один. Совсем не хорошо.

Манс и Иримэ усадили своих змеев в просторном дворе крепости наместника. Жилистый гоблин уже вышел их встречать.

— Приветствую вас благородные воины Да’сваас, — поклонился наместник перед парой воинов.

— Где он? — Эльфийка не соизволила даже поприветствовать наместника.

— Прошу следуйте за мной госпожа…

— Иримэ. А это Манс, — женщина ткнула пальцем в сторону минотавра.

— Манс… — повторил гоблин и тут до него дошло, что ему известен лишь один минотавр Манс, — Манс Чёрная Булава!?

— Да, да. Герой войны, — саркастично высказалась Иримэ, — ближе к делу наместник. Ведите нас к пострадавшему.

Наместник и вся его свита, казалось, склонилась перед минотавром, стоило им понять кем именно тот является. К эльфийка они будто совсем потеряли интерес.

— Видите нас, наместник, — попросил минотавр.

— Конечно, господин Манс.

Гоблин ещё раз поклонился минотавру, возвышавшегося над ним, подобно крепостному валу и повел своих гостей внутрь. Местный мастер над животными пришёл в восторг, когда ему отдали поводья от летучих змеев. Эти животные считались чуть ли не священными в их государстве. На окраине их было не встретить. Для такого ценителя диковинных зверей забота об этих змеях манна небесная.