Глеб Кондратюк – Последний из Братства. Старый Новый Бог (страница 10)
Он двигался не спеша, внимательно осматривая и прощупывая почву перед собой на наличие ловушек. Спустя почти полчаса исследования приграничной к лагерю полосы, не найдя никаких признаков оборонительных или предупредительных средств, Тарас решил подойти к лагерю поближе. Отсутствию нормальной охраны можно было не удивляться: вряд ли кто-то из них мог предположить вторжение, учитывая расположение лагеря.
Аккуратно подкравшись к границам темноты, куда не доходил свет пары маленьких костров, парень осмотрелся. Лагерь неизвестных раскинулся на небольшом, достаточно ровном участке, шагов пятьдесят в диаметре. В дальней стороне лагеря стояла хорошо сделанная палатка, массивная, из плотной, чёрной ткани. В правом углу, ближе всего к ручью стояла более скромная, из простой парусины, с парой пятен и дыр. Куда больше озаботились укрытием, стоявшим рядом с палаткой столом, защищённым крепким навесом с трёх сторон и сверху. Тарас чувствовал, как с той стороны тянуло чем-то достаточно странным, чтобы можно было сделать предположение о неестественной природе запаха. Подойдя по ближе удалось разглядеть на столе приспособления, ближайшим назначением которых могло служить то, что в игре называли алхимией. Профессия, не пользовавшаяся в мире Дастриуса большим спросом по одной простой причине.
Магия.
Волшебство было проще освоить при должном старании, оно было понятнее и, зачастую, безопаснее. Изучение магии — древняя наука, имеющее корни далеко в прошлом. Алхимия — направление новое, неизведанное и пока далеко не такое эффективное. Очень немногие вкладывали деньги в предприятия такого рода. В большинстве случаев всё ограничивалось одним единственным мастером, нанятым богатым аристократом или организацией, занимавшимся в основном производством уже известных вещей, с четким, тщательно выверенным рецептом. На исследования не оставалось много времени и средств. Продукция получалась довольно дорогая и эффект от неё, по мнению многих, не окупал затраты. Поэтому большая часть алхимиков, не имевших покровителей, так сказать, крутилась как могла. Зачастую это приводило их на тёмную дорожку. Чтобы заработать денег на исследования они начинали создавать яды или дурманы, а иногда продукт обладал обоими свойствами. За ними быстро закрепилась плохая репутация, только способствовавшая продолжению тенденции.
Кажется, человечество даже в игре не могло побороть самый простой способ избавиться от отходов: слить их в воду.
Остальной лагерь состоял из совсем грубых, тесных палаток и самодельных шалашей, абсолютно дилетантских, по мнению Тараса. Тем не менее, не смотря на убогий вид лагеря, он стоит здесь довольно давно. Не трудно определить долго ли в каком-то месте живут люди.
Вольный приблизился, прикрываемый тенью палатки, к одному из костерков. Было их всего три. Расположись все подальше от чёрной палатки и стола алхимика.
— … не долго осталось, а, Гурст? Скоро свалим из этой дыры, — процедил один из троицы сидящих у костерка людей.
— Ага, — согласился второй, — жрец сказал не долго осталось. Пара недель, может месяц и духу конец.
— Или столько ждать не придется, — подхватил третий, перешедший на шепот, — Марос сказал отправил бессмертных за духом.
— Думаешь кучка детей справиться с той тварью?
Худощавый мужчина пожал плечами.
— Может смогут его ранить.
— И что? Пойдешь добьешь его да, Агот?
Сидящий напротив названного Агота захихикали.
— Я — нет. А вот Зотан уже несколько дней бормочет про испытания своих творений.
Вся троица повернулась в сторону потрепанной палатки рядом с алхимическим столом.
— Надеюсь нас там не будет, — сказал один из них и плюнул в маленький костерок, ответивший на такой жест коротким шипением.
Глава 49
Тарас изучал лагерь еще около получаса. Часть сидящих за костром людей разошлась по своим жилищам, если так можно было назвать драные палатки и шалаши. По его прикидкам всего в лагере находилось от двух до трёх десятков противников.
Все подслушанные им разговоры были общением самых заурядных головорезов. Банальные разговоры о том, как бы вернуться в город, напиться, обкуриться, заглянуть в дом удовольствий и всё в таком духе, разбавленные парочкой историй о грабеже, насилии и издевательствах. Те крохи информации в их разговорах, касающихся местных дел, мало ему дали. Заправлял тут всем жрец, которого бандиты опасались почти также, как алхимика, изготавливающего здесь дурь для продажи и свои собственные приблуды.
Какой жрец? Откуда? И почему тот связался с такой шайкой разбойников?
На все эти вопросы у него ответов не имелось. Хотя, кое какие мысли для размышления у него появились. Эта группа была частью синдиката, выбитого Первым Орденом из Буркума. Тот успел разрастись достаточно, чтобы это событие стало сильным ударом для организации. Сильным, но не смертельным. Синдикат вырос быстро, и Тарас подозревал, что дело тут кроется в помощи извне. Он видел жреца или мага в искажении. Теперь он находит некого жреца с отрядом синдиката, да ещё и в кампании алхимика. Вряд ли это совпадение.
О способностях жреца его подчиненные имели очень смутные представления. Знали только он держит проклятье, медленно уничтожающее рощу. Выяснять насколько жрец силен никто не думал, особенно видя как Зотан, алхимик, ведет себя со жрецом. Вежливо и почтенно. На других тот шипит как змея, то и дело норовя плюнуть ядом в лицо. Пару гостинцев он уже подсыпал бандитам, когда был в особенно дурном настроении, вызванным не без их вмешательства, поэтому теперь приближаться к нему осмеливался только жрец.
Тарас вернулся обратно к Мрачному Клинку, нервно сжимавшему взведенный арбалет. Сохранять спокойствие в мёртвом лесу, посреди ночи, рядом с лагерем противника, было выше его сил.
— Тебя долго не было, — заворчал Женя, убирая вскинутый на звук арбалет.
— Ничего страшного, — коротко ответил на обвинение Вольный, — В худшем случае там три десятка, но я думаю около двадцати или около того. Нормальных дозоров у них нет. Только пара человек у крохотных костров. Наибольшую опасность представляют жрец и алхимик. Это они виновны в состоянии духа. Нападем под утро. Устраним дозор. Пойдём резать спящих.
Мрачный Клинок какое-то время переваривал информацию. Потом кивнул. Перспектива идти на отряд, превосходящий их по численности в десять раз уже не была для него такой пугающей. Вольный не раз объяснял ему, что при правильных обстоятельствах число совсем не так важно, как умение, подготовка и отношение к делу.
Убивать спящих бандитов им уже приходилось.
— Немного отдохнём и пойдём с тобой наблюдать за лагерем.
Слегка подкрепившись, ничем пряным или сильно пахнущим, они стали красться обратно к лагерю, который собирались вскоре атаковать. Тарас не спешил, давая своему ученику двигаться в том темпе в котором тот сможет двигаться максимально тихо. Умение подкрадываться, когда каждое твое движение уже неосознанно превращается в бесшумное, придет к нему ещё не скоро. Сейчас же любое действие было результатом обдумывания, что не добавляло им скорости.
Они остановились у западной части лагеря, подальше от ближайшего источника света. Мрачный Клинок окинул взглядом лагерь, изучая место, которое они намеривались атаковать. Ассасин замер после пары минут изучения, даже глаза перестали бегать по лагерю от одного предмета к другому.
Радужка его зеленых глаз засветилась. Парень снова прошёлся взглядом по лагерю, плавно, без резких переходов от одной точки интереса к другой. Свет глаз ассасина наверняка заметили бы, если бы бандиты не пялились ночью в костер или выставили несколько дозорных вне лагеря. Таковых не было — Тарас проверил, не нашел ни одного места со следами чего-то подобного.
Навык Жени назывался [Поисковое зрение]. На самом базовом уровне умение позволяло находить источники маны. Это могли быть предметы, заклятья и даже живые существа, при условии наличия внутри большого количества маны в сравнении с физическим телом. Именно этим навыком ассасин ещё в логове братства сумел отыскать единственный в помещении зачарованный предмет. Конечно так как это был навык первого круга у него имелась куча ограничений: долгая подготовка, малый срок и радиус действия, а также весьма слабая чувствительность, что значило скрыться от него довольно легко. Самой элементарной техники сокрытия хватит чтобы спрятать ловушку или себя самого.
Мрачный Клинок в темноте указал на обе палатки, потом приподнял ладонь с согнутыми пальцами, будто держащими в руке невидимый шар — жест обозначавший магию. На первых уровнях самым распространенным принципом для боевой магии было собрать в руке нужный элемент и швырнуть его во врага. Ещё несколькими жестами он описал, что не может сказать ничего конкретного. Просто пространство вокруг стоящих отдельно от остальных палаток источало магию, как и сами палатки.
Это была первая мысль, пришедшая Тарасу в голову. Лагерь не охранялся по причине уверенности группы в том, что на проклятую территорию никто не зайдет. А вот быть уверенными в кучке головорезов нельзя никогда. Особенно это касалось алхимика, явно не пользующегося популярностью у жителей лагеря. Да и жрец едва ли находился в лучшем положении. Угроза от алхимика была хотя бы понятной, а вот о талантах жреца никто ничего не знал. Оградить себя магической охраной было разумным шагом, особенно если хватало мозгов предположить, что кто-то посторонний все-таки может сюда заявиться.