Глеб Финн – Поцелуй «Чёрной Вдовы» (страница 21)
— Ооо, госпожа, я пришёл пожелать вам удачи в судействе, — ухмыльнулся тот и, не дожидаясь ответа, встал и направился к выходу.
— Это что сейчас было? — спросил я, когда странная парочка исчезла в проёме.
— Это был Абу Юсуф, — задумчиво ответила Вдова и, обратившись к Ван Хельсингу, добавила: — Глаз с Патрика не спускай, чую печёнкой, эта мерзкая мумия что-то задумала.
****
— Это Абу-Салах, пятый по значимости в местной иерархии, — шепнула мне Вдова, глядя на приближающуюся к нам пару. — И сотри эту дебильную улыбку с своего лица. Ещё подумают, что ты идиот.
Это мы сейчас знакомимся со всеми участниками на приёме. Местный король, Аль Халифа, открыл приём долгой и витиеватой речью, где поздравил всех с открытием праздника. Затем он сообщил, что хаоситы оказали большую честь и прислали на праздник судей. Удивлённый шёпот прошёлся по рядам местной знати, ведь хаоситы так редко соглашаются принимать участие в роли судей. И вот, после вступительной речи волны шейхов накатывали на нас одна за другой. Все мечтали познакомиться с нами и заодно прощупать на предмет подкупа.
— Я несказанно удивлён, что сама Чёрная Вдова оказала нам честь на нашем скромном празднике, — молвил Аль Салах, после того как мы познакомились. — Есть что-то, что я бы мог бы для вас сделать, господа хаоситы?
— Мы стремимся к миру, как странник в пустыне мечтает о зелёном оазисе. Пусть наша общая цель — мирное сосуществование и взаимное процветание — станет таким же оазисом для нашего поколения и всех последующих. Мы зажигаем факел надежды, который осветит наш путь к взаимопониманию, как яркая луна освещает ночную пустыню, — вмешался я в разговор.
Глаза Аль Салаха округлились, и он удивлённо уставился на меня. Меня же изнутри раздирал смех, хотелось покуролесить, ну хотя бы чуть-чуть.
— Прошу простить моего проводника, — извиняющим тоном начала Вдова.
— Нет, нет, было сказано очень красиво, — усмехнулся шейх. — Надо же, «факел надежды».
И, покачав головой, он двинулся дальше.
— Ты что творишь? — прошипела Вдова.
— А что, мне понравилось, — заступился за меня Ван Хельсинг.
Вдова ещё что-то собиралась мне сказать, как к нам подошёл местный король, Аль Халифа.
— Приветствую вас, Аль Халифа, — первым ориентировался я. — Пусть каждый шаг вашей жизни освещается светом благословений Всевышнего, как звёзды освещают небо в безлунную ночь. Поздравляю вас с этим великим праздником!
— Браво, браво, молодой человек, — захлопал в ладоши Аль-Халифа. — Я с вами ещё не знаком, но уже сейчас готов отдать вам должность придворного дипломата.
— Он у нас ещё молодой, — прошипела Вдова. — Прошу простить его, Ваше Величество.
— Не будьте такой строгой, сегодня мы веселимся, и красивые слова согревают наши души. Но я, собственно, пришёл пригласить вас на фейерверк, который должен начаться с минуты на минуту. Окажите честь старику, присоединяйтесь ко мне в мою ложу.
— Кстати, познакомьтесь: мой новый глава службы безопасности, Хашими, — Аль Халифа указал на сопровождавшего его человека.
— А где же Фарух? — вырвалось у Ван Хельсинга.
Глаза Аль Халифы недобро сузились. Чёрт, надо спасать недотёпу. Кто же такие вопросы задаёт.
— В этом совершенном мире, где каждая звезда на небесах и каждая песчинка в пустыне имеют своё место и назначение, мы иногда сталкиваемся с теми, кто выбирает путь скорпиона в песке, скрытно готовящего своё жало.
— А у тебя талант, — гнев на лице Аль Халифы сменился улыбкой. — Ладно, пойдёмте, все уже собрались и ждут только нас.
И мы прошли в специально уготовленное для нас ложе. Всё уже было готово к фейерверку: все зрители расселись на своих местах, а обслуживающий персонал лишь ждал сигнала. Аль Халифа встал и приветственно помахал рукой, на что зрители ответили оглушительными овациями. Помахав всем рукой и подождав, пока все успокоятся, Аль Халифа потянулся к микрофону, намереваясь отдать команду, но тишину разорвал душераздирающий крик, а за ним ещё один. Охрана ловко взяла короля под руки и быстро вывела его в безопасное место.
— Слушай, а есть места, куда ты попадаешь, и ничего не происходит? — задумчиво спросила Вдова.
Я мысленно послал Вдову в игнор и начал смотреть, что же там происходит. А происходило следующее: у вольеров с верблюдами начала собираться толпа.
— Там, — я указал хаоситам рукой и предложил: — пойдём посмотрим.
Пробравшись через толпу местных аборигенов, мы подошли к вольеру, где нам предстала удручающая картина. Прямо посреди вольера с перерезанным горлом лежала старушка Ниаз. «Господи, кому понадобилось убивать верблюдицу, да ещё таким варварским методом?» — мелькнула в моей голове мысль. Я ещё раз окинул преступление: «Что-то тут не так». Но что именно не так, я не успел понять, так как в нашу сторону были направлены два внимательных взгляда. Я чуть наклонил голову и незаметно проследил, кому мы так интересны. Сбоку, чуть поодаль, стояли Абу Юсуф и глава безопасности Хашими. При этом Абу Юсуф что-то выговаривал Хашими, показывая руками в нашу сторону.
«Хм, папаша здесь, а где же сам Юсуф? Вот это мне совершенно не нравится». Я сделал шаг назад, потом ещё один и ещё, незаметно растворяясь в толпе. Отойдя от толпы, я быстрым шагом направился к нашему шатру. Плохое предчувствие гнало меня именно туда.
«Это не предчувствие, это я», — проснулась моя Альфа.
«Оу, медитация закончилась?» — язвительно спросил я.
«Так ты не даёшь спокойно помедитировать, вечно находишь приключения на свою пятую точку. Вот, гляди, это он?» , — спросила она.
Я успел вовремя. Из нашего шатра осторожно оглядываясь вышел Юсуф и тихо растворился во тьме.
«Что стоишь? Пойдём посмотрим, во что тебя втравили на этот раз», — проворчала Альфа.
Я вздохнул и чувствуя, что ничего хорошего я не увижу, направился к шатру.
Пропала принцесса
****
— Ты где шлялся? — зло прошипела мне на ухо Вдова.
— Да так, осматривал местные достопримечательности, — не вдаваясь в подробности, ответил я и уточнил: — Что-то случилось?
— Случилось, — Вдова явно была не в духе, — у нас обыск случился.
«Ага, это я ловко успел всё провернуть», — усмехнулся я про себя.
Едва заметив выходящего из нашего шатра Юсуфа, я сразу понял — дело пахнет керосином. Выждав полминуты, я осторожно проник в наше жилище. Беглый осмотр не принёс никаких результатов.
«Зачем тут был Юсуф, что он искал у нас? И искал ли?», — моя интуиция кричала, что приход Юсуфа как-то связан с убийством верблюдицы. Так и пребывая в раздумьях, я решил внимательно осмотреть наши спальни. И начал я со спальни Вдовы. Она, конечно же, взбесится, если узнает, что я рыскал в её личных вещах, но бежать и искать её не было времени. Что-то мне подсказывает, что вскоре события понесутся вскачь. И, конечно же, я угадал — прямо на столе стоял тот самый ларец, с которым Абу Юсуф припёрся к нам в самый первый день нашего пребывания на этом конкурсе красоты. Стараясь не оставить своих отпечатков, я обернул руку тряпкой и приподнял крышку ларца. Внутри лежал какой-то ритуальный нож, покрытый изумрудами. Но не драгоценные камни привлекли моё внимание, а лезвие этого ножа. Оно было покрыто запёкшейся кровью, и я, кажется, догадываюсь, чья это была кровь. Замотав ларец в тряпку, я осторожно вышел из шатра и, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, направился вон из лагеря. Найдя более-менее подходящее место, я стал руками копать яму. Песок был податлив, и на всю операцию ушло минут семь, не больше. Закопав ларец, я как мог привёл себя в порядок и вернулся в лагерь. А вот дома меня ждал сюрприз. Вредный старикашка Абу Юсуф нажаловался главе службы безопасности Хашими, и тот заявился к нам с обыском. Всё это я пропустил, и Чёрная Вдова мне всё детально обрисовала, попутно пеняя мне на то, что я совсем отбился от рук, и ещё чуть-чуть, и она начнёт применять ко мне физические наказания. Слушал я её в полуха, стараясь разгадать это совершенно бессмысленное убийство. Они зарезали собственную верблюдицу, чтобы подставить нас? Но почему? Возможно, у них личная неприязнь к моим спутникам? Я покосился на хаоситов. Но зачем для этого резать своего верблюда? Чушь, какая-то. Мне явно не хватает вводных, чтобы решить эту задачку. И ещё что-то привлекло моё внимание с места преступления. Я дал команду восстановить картинку в верблюжьем загоне и стал внимательно её изучать.
«Ага, вот оно», — обрадовался я, найдя нестыковку в картине убийства.
— Ты меня совсем не слушаешь, — кулак Вдовы чувствительно вонзился в мои рёбра.
«Ах, что бы тебя, совсем уже ошалела от своей вседозволенности, надо бы её ремнём отходить.»
Я поднял глаза и посмотрел на Ван Хельсинга, делая ему знак рукой, что нас могут тут слушать. Тот кивнул, достал металлический цилиндр, нажал на нём какую-то кнопку. Из цилиндра вылезли длинные металлические шипы.
— Глушилка, — коротко пояснил он. — Теперь можешь говорить свободно.
Кратко пересказав, где я был и как спасал наши задницы, заодно сообщил, кто нам подкинул подлянку. Попросил посидеть и подумать, за что уважаемый Абу Юсуф так невзлюбил нас, я откланялся, сообщив напоследок, что мне надо проверить одну теорию. И пока Вдова не пришла в себя, выскочил из шатра. На место преступления я пробирался окольными путями. Во-первых, не хотел, чтобы меня кто-то заметил, а во-вторых, хотел убедиться, что за нами не установлена слежка. Но всё прошло гладко: если кто и заметил меня, то не обратил никакого внимания. Во всяком случае, я ничего такого не почувствовал. Правда, когда я добрался до места, где была убита верблюдица, уже порядочно стемнело, и мне пришлось «включать» своё ночное видение. Зайдя в вольер, я присел на корточки. Верблюдицу уже давно унесли, но лично меня интересовала только земля. Накинув на себя усиление чувств, я начал обшаривать землю, затем, зачерпнув рукой ком земли, я поднёс его к носу. Всё как я и думал: количество крови в земле было минимальное, а бедолаге, на минуточку, перерезали горло. И хоть я оказался прав в своих догадках, вопросов лишь прибавилось. Что же получается? Ниазу перерезали горло, а кровь куда-то сцедили. Ладно, допустим, они тут все алхимики, и кровь, как я понимаю, важный ингредиент для их опытов. Но, вроде как, верблюды в этом мире священные животные и убивать их нельзя, значит, и кровь для опытов не подходит. Или подходит? Что-то я совсем запутался. И тут я почувствовал присутствие ещё одного человека. Ха, интересно, кому это ещё в голову пришло посетить место преступления?