Глеб Финн – Клан Патрика Том 1 (страница 8)

— Понимаете, многие аристо, чтобы не светиться, изымают свои номера из системы. То есть они есть, но наша система никогда не покажет, кому они принадлежат. Такая услуга стоит как минимум десять тысяч евро.

— Ого, вот ведь живут богатеи, — завистливо протянул я.

— Погодите, — перебил он меня, продолжая щёлкать мышкой. — Ха, этот номер имеет золотой статус.

— А это ещё что за зверь такой?

— А это называется эксклюзив, всего за сто тысяч евро и ваше имя также исчезает из системы. Вы похоже захотели номер как у принцессы Катарины, — захохотал он.

« О, а это идея, а если мы сейчас проверим номер принцессы? Нет, не стоит», — решил я. Лишнее внимание сейчас ненужно. Скорее всего у принцессы тоже номер с золотым статусом. Поэтому вежливо попрощавшись, я перешёл ко второму этапу своего плана.

****

Изя Лейбович, потомственный гробовщик, грустно взирал на входную дверь. Изя был гробовщиком в пятом поколении и одновременно являлся главой похоронного бюро «Бизнес классом в последний путь». И пусть название похоронного бюро выглядело несколько шокирующим для окружающих, однако недостатка в клиентах оно никогда не испытывало. До тех пор, пока не пошла мода на кремацию. Зачем заранее платить бешеные деньги, приобретая черте где участки на кладбищах, когда можно переместить пепел в урну, и твоим близким не надо тащиться часами на кладбище и ухаживать за могилой. Поставил урну в салоне на самое видное место и все родственники довольны. Кремация фактически убила традиционные похороны и, скорее всего, деятельность «Бизнес классом в последний путь» закончится именно на Изе Лейбовиче. Сыновей у него не было, дочерей он успел пристроить, а семейный бизнес умрёт вместе с ним. Он даже гроб приготовил для себя любимого. Звякнувший колокольчик над входной дверью отвлёк старого еврея от грустных мыслей. В помещение вошёл широкоплечий ирландец и сразу в помещении стало очень тесно. Изя поёжился, — неужели началось? В детстве его родители всегда стращали погромами, и вот, наконец, они пришли за ним?

— Молодой человек, вы ошиблись, ювелирный магазин напротив, — пожевав губами, произнёс старый еврей. — Тут грабить нечего.

— Грабить? — удивился я.

— Погромы же. Меня грабить, а мою жену, царство ей небесное, ссильничать. Хотя, скажу вам по секрету, она бы вам не понравилась, уж больно широка в кости была Софочка при жизни.

Дедуля походу тронулся, но надо попробовать ещё раз.

— Я не собираюсь вас грабить. Я к вам по делу. А дело в том, что моя тётушка Ида посоветовала обратиться к вам, как к лучшему мастеру.

— Ида? Это которая из Левковичей? — спросил старик.

— Из Берковичей, — огрызнулся я. — Так я по адресу зашёл или как?

— Что вы мне бейцы вертите, молодой человек, фамилия вашей тётушки О'Брайен или, в крайнем случае, Маккена, но никак не Беркович.

Похоже, я тут надолго. Старику явно не с кем поговорить. Надо форсировать события, я не намерен торчать тут целый день.

— Уважаемый, я так понимаю, товара у вас подходящего нет, ну тогда я пойду к Кацу, — и я повернулся, чтобы уйти.

— Подождите, молодой человек, ну какой Кац, он же гробы не лакирует, покойник будет весь в занозах! — запричитал старик.

Как бы его кондратий не хватил, подумал я.

— Так как здоровье тётушки Иды? — залюбезничал он.

— Померла тётушка, поэтому я и пришёл, ну так как, есть у вас подходящий ящик для тётушки?

— Не богохульствуйте, у нас не ящики, а гробы. И все наши гробы класса люкс, — возмутился старик.

— Отрадно слышать, но мне нужен срочный заказ. На завтрашнее утро гроб должен быть готовым.

— Ммм, мы можем использовать демомодель? — спросил старик.

— Можем, а каков пробег? — не удержался от шутки я.

Но старик, кажется, не услышал мою шутку. Он скрылся в подсобке и через пару минут выкатил довольно красивый лакированный гроб.

— Для себя держал, но для тётушки Иды ничего не жалко. Тысяча евро!

— Скооолько? — от удивления я чуть не поперхнулся.

— Срочность — раз, эксклюзив — два. Я ещё сегодня бархатом внутри отделаю и похороним тётушку, как императрицу, долгих ей лет здоровья.

— Значит так: 850, плачу кэшем, — не дав ему возразить, сказал я. — Двести сейчас, остальное по факту работы.

— Это грабёж.

— Ничего не грабёж, — сердито одёрнул я его. — Гроб уже готов, отделка бархатом — это сотня максимум. В понедельник в 9 утра позвоните по этому телефону, за гробом приедут и заберут. Звонок будут ждать, не советую опаздывать.

****

В понедельник Альберт не поехал на еженедельный доклад к Императору. Патрик не был найден, а без него лучше не показываться на глаза его Величеству. Вместо этого Альберт устроил общее совещание, на котором присутствовали оперативный и аналитический отделы.

«Парень считывает слежку на раз-два», — докладывал глава оперативного отдела. — «Мало того, он разгадал, что в метро мы не следим за ним, а определяем его местонахождение по геолокации мобильника».

В голосе главы оперативного отдела проскальзывали нотки восхищения парнем, не каков, а? Взял и уделал лучших ищеек Империи.

— Нам ещё повезло, что довольно быстро его мобильник подхватил какой-то бомж, а так бы мы полдня ждали, когда он накатается, - спросил Альберт.

— Да, мобильник чист, как слеза младенца.

— А что с... — начал Альберт, но тут его прервал звонок «срочного» телефона.

Этот номер знали единицы в Империи, и если этот телефон звонил, то это означало чрезвычайную ситуацию Имперского масштаба. Каково же было его удивление, когда на дисплее высветилось: Изя Лейбович - «Бизнес классом в последний путь».

— Слушаю, — ответил Альберт.

— Тётя Ида будет довольна, гроб готов, можете забирать.

Альберт ошарашенно уставился на телефон.

Глава 5

****

— Ха, я же тебе говорил, что это Альберт отжал гроб у иудеев, — произнёс Император, входя в приёмную, — а ты мне фейк ньюз, фейк ньюз.

И повернувшись к сыну, протянул руку:

— Гони десятку!

— Откуда ты понабрался таких слов, отец? — поморщился Виктор, но десять евро из кармана всё-таки достал.

— Да так, — туманно ответил Карл, подходя к гробу, — сходил на пару форумов, почитал, что про нас пишут.

Лакированный гроб находился прямо посредине приёмной, его крышка была откинута, и все могли лицезреть внутреннее убранство, обитое бордовым бархатом. Богато!

— «Тётя Ида, счастливого пути!» — прочитал Император на крышке гроба, — Хм, однако. Альберт, я и не знал, что у тебя имелась тётушка. Прими мои соболезнования. И кстати, откуда у тебя иудейские корни?

Альберт никак не реагировал. Он находился подле гроба, но его мысли витали где-то вдалеке, во всяком случае, на появление их величеств, он никак не среагировал.

— Альберт, может, расскажешь, что происходит? — спросил наследник, Виктор, — А то по радио передали, что имперская служба безопасности разогнала траурную процессию хасидов и конфисковала их гроб с покойником. Нам с отцом так стало интересно, что мы прямиком направились сюда посмотреть на этот пресловутый гроб. И где же тётушка Ида?

— Эх, если бы я знал, ваше Высочество, — очнулся Альберт и начал свой рассказ.

Из его рассказа выходило, что на телефон, который практически никто не знает в Империи, начал названивать какой-то сумашедший дед с требованием купить гроб. После пятого звонка, Альберт в конце концов озверел и поручил оперативникам проверить, о чём идёт речь, и вправить неугомонному деду мозги, чтобы тот впредь знал, куда и кому звонить. Оперативники бодро кинулись выполнять поручение начальника. После некоторых манипуляций, они сумели вычислить адрес похоронного бюро «Бизнес классом в последний путь» и, взяв дежурную машину, направились в еврейский квартал. Свою фатальную ошибку оперативники совершили, когда заняли личную парковку Цили Зильмерман. У Цили Зильмерман не было машины, но свою парковку она умудрялась сдавать в рент по часовой оплате. Выглянув в окно, Циля увидела, что на её законном месте припарковался незнакомый автомобиль, а деньги таки никто не спешит нести. Пожаловавшись самой себе на нелёгкую долю, она неспешно стала спускаться вниз.

Циля вообще никогда никуда не спешила, она была обладателем бюста седьмого размера, а объёму её лёгких позавидовал бы любой профессиональный пловец, поэтому мало кто отваживался вступать с Цилей в словесную перепалку или просто становиться у неё на пути. Выйдя на улицу и не найдя хозяев автомобиля, Циля заглянула к своему соседу Изе Лейбовичу. Двое нависших амбала, спортивной комплекции, над стариком евреем, не оставили никаких сомнений в воображении Цили Зильмерман и с криком: «Погромы!» Она выбежала на улицу. Слово «погромы» всколыхнуло, богом забытый, иудейский квартал. Любопытные мордашки детей высовывались из каждой щели и глядели на злополучную улицу, боясь пропустить эти самые погромы. Мамаши прятали драгоценности и наряжали дочерей в мужскую одежду. А вот мужики, побросав свои дела и вооружившись подручным оружием, толпой пошли к похоронному бюро «Бизнес классом в последний путь». Кто-то позвонил на радио и сообщил о погромах в еврейском квартале, репортёр местной радиостанции уже подсчитывал, за сколько он продаст экслюзив. Оперативники никак не ожидали такого поворота событий и совершили ещё одну ошибку. Вместо того, чтобы просто разобраться в инциденте, они зачем-то пригрозили налоговой, неуступчивому деду. При упоминании налоговой, тот посинел и грохнулся в обморок. Именно в этот момент в помещение ввалилась толпа мужиков.