Глеб Финн – Девонширский Мясник Том1 «Павлинный Трон» (страница 14)

— Если бы я не знала тебя, я бы решила, что тебя воспитывали в джунглях.

Честно? Я обиделся и засопел. Бетти только рассмеялась и, видя моё выражение лица, решила объяснить мне всё «на пальцах»:

— Вот смотри…

Она начертила на земле одну понятную ей руну и влила в неё энергию. Руна засветилась фиолетовым цветом.

— Это руна поиска, — объяснила она. — Она будет действовать, пока в ней есть энергия, а затем разрушится. А вот руны, нанесённые на тело, действуют всегда. Они не разрушаются, и энергия постоянно подпитывает их.

— Это что, я должен разукрасить Сариту татуировками? — удивился я, представив красивую девочку, покрытую татуировками, как гангстер из Сальвадора.

— Такой умный, а такой дурак, — покачала головой Бетти.

— Ну вот, приехали! В чём я не прав? — возмутился я.

— Давай рассмотрим её Оберег — единственную руну, которая у неё есть. Это руна уровня мастера. До тех пор, пока между вами не установилась связь, она не могла полноценно напитать её энергией. Максимум, что у неё получалось, — это какие-то ящерицы. Но ты дал ей ту силу, которой ей не хватало. Не ошибусь, если предположу, что ты мастера спокойно победишь?

— Ну, насчёт «спокойно» не знаю. С Саймоном у нас ничья: из десяти спаррингов пять побеждаю я. Но Саймон — сильный соперник. А так, да, обычного мастера, возможно, побеждаю. Вот Гроссмастера — пока не могу.

— Руны тоже имеют свою градацию? — спросил я, поняв, о чём говорит Бетти.

— Да, и Оберег у Сариты — уровня мастер. Теперь скажи, сколько времени у одарённого занимает построить мастерский конструкт? — уточнила она.

— Ммм… у опытного где-то секунд десять.

— Вот. А у Сариты Оберег вызывается мгновенно, — улыбнулась мне Бетти.

— Это какой-то чит, — пробормотал я.

— Да, но ограниченный её телом. Она сможет управлять только рунами на её теле. Поэтому думай, какую татуировку ей нанести, — улыбнулась она. — Но ладно, мне пора, я уверена, ты разберёшься.

«Разберусь? Конечно, разберусь. Вот бы раскормить Сариту до размеров «Большой Мамочки», наставить ей татуировок и таскать за собой сестрёнку? Эх, мечты, мечты…»

Не знаю, до чего бы я додумался в своих мечтах, но через два дня приплыл Мендель. Помня, что я хотел сделать, я забрал Сариту и устроил встречу со своим поверенным.

— Мендель, друг мой, возникли определённые трудности. Мне нужно сменить фамилию, а ещё оформить опекунство над этим нетронутым цветком душистых прерий, — я кивнул в сторону Сариты.

Если Мендель и удивился, то нисколько не показал этого — он уже привык к моим закидонам. Он лишь невозмутимо спросил:

— На какую фамилию будете менять?

— Бутчер («Butcher»), Марк Бутчер и его младшая сестра Сарита Бутчер. Сможете сделать, уважаемый Мендель? — спросил я.

Мендель нервно сглотнул, но справился и с этим, лишь спросил:

— Это точно то, чего вы хотите? — осторожно спросил он.

— Абсолютно. Мне надоело принимать на себя обязательства семьи, когда сама семья не признаёт меня, — заверил я его.

Была, конечно, ещё одна причина: то, что я собирался сделать, так или иначе свяжут с Домом Кавендиш, а я не хотел, чтобы все подумали, что я под ними. Я хотел показать и Исаи, и всем остальным, что я — самостоятельная единица, и если наши интересы с Великим Домом совпадают, то только потому, что мне так выгодно. Так себе отмазка, но лучшей у меня нет. Менять фамилию надо было гораздо раньше.

Мендель кивнул и пообещал заняться этим, но честно предупредил, что процесс небыстрый и может затянуться на долгие месяцы. Меня это устраивало — главное, показать всем, что процесс запущен. Попрощавшись с Менделем, я направился на поиски Харона. Мне хотелось узнать, как артефакт-кольцо, которое он получил от моего дяди, усилило его иллюзии.

Харона я нашёл на бойне — он руководил установкой огромной коптильни, которую доставил Мендель по его просьбе. Теперь у нас и бойня, и коптильня будут в одном месте. Знающие люди говорили, что копчёный хобот слона — ещё тот деликатес. Вот скоро и попробуем, разнообразим наш рацион, так сказать.

— Харон, можно тебя на минуту? — спросил я, подходя к нему.

— Да, конечно, Марк, — он крикнул какому-то бойцу, чтобы продолжали без него, и повернулся ко мне.

— Пройдёмся, — предложил я.

— А давай.

— Ну как тебе артефакт? — спросил я, когда мы отошли на достаточное расстояние.

— Артефакт хорош, определённо усиливает иллюзию, — кивнул он. — Но до уровня Гросса, конечно, не дотягивает. Гросс работает по-другому.

— Хм, объясни, — попросил я.

— Давай я тебе лучше покажу, — предложил Харон.

— Давай, — кивнул я.

Он соорудил простенькую иллюзию — небольшую стену огня.

— Это моя иллюзия, иллюзия мастера без артефакта, — сказал он.

Я подошёл поближе, посмотрел, потрогал — действительно красивая иллюзия, но никаких эффектов нет.

— А вот эта иллюзия, усиленная артефактом, — сказал Харон, убирая первую иллюзию и создавая новую.

— Ого, жаром как повеяло, — восхитился я.

— Да, артефакт добавляет иллюзии дополнительные параметры, но это всё ещё иллюзия, — пояснил он.

— А у Гросса как выходит? — поинтересовался я.

— У Гроссов иллюзия материализуется. Если бы Гросс создал стену огня, она была бы настоящей стеной огня.

— Погоди, так чем он отличается от того же огневика? — удивился я.

— Ну, во-первых, огневик бы опустошил свой источник на треть, создавая стену огня, а у меня уходят крохи. Мне что стена огня, что камнепад — всё едино. И это вторая отличительная черта: огневик работает с огнём, воздушник с воздухом, а иллюзионист — со всем миром.

Я невольно поёжился. Встретить на своём пути Гросса-иллюзиониста мне совсем не хотелось. Хотя одного я вроде уже встретил. Харон молод и, вполне возможно, когда-нибудь возьмёт следующий уровень. Я осторожно покосился в его сторону.

— Да не боись, — усмехнулся он, прочитав мои мысли. — Гросса я не возьму.

— Почему? — осторожно спросил я.

Я ступал по тонкому льду. Одарённые не любят делиться своими секретами, особенно теми, которые указывают на их слабость.

— Догадайся с трёх раз, — горько усмехнулся он.

— Тебе не дадут, да? — понял я.

— Не дадут, а того, кто попытается взять, сразу всем миром уничтожат. Мы не такие уж и всесильные. Есть артефакты, которые могут развеять наши иллюзии. Да и ты без всяких артефактов меня переиграл.

Этот мир не перестаёт меня удивлять. Казалось, прожил здесь уже 20 лет, и всё равно находится очередная новость, которая переворачивает моё мировоззрение. Ограничения для возвышения одарённых — надо же. Интересно, а для ведьмаков тоже есть такие ограничения? Лишний раз убеждаюсь, что хорошо, что я не светил своими настоящими возможностями, и всячески поддерживал отношение окружающих ко мне как к слабаку. Слишком уж много в этом мире ограничений. Взять, например, вооружение: здесь запрещено автоматическое оружие и крупные калибры снарядов. За этим строго следят чиновники из «Лиги Наций». Смысл в этом, конечно, есть. Любая, даже потенциальная угроза сложившемуся укладу жизни, где одарённые правят миром, сразу устраняется. А то голодранцы настроят себе танков и пулемётов — и всё, власти одарённых наступит конец. Так что вы там лучше по старинке — на конях, а пушки только с клеймом проверки от «Лиги Наций». Всё это, конечно, замедляет технический прогресс, ведь всем известно, что большинство новых разработок было сделано как раз для армейских нужд.

— Босс, там странный корабль приплыл, — вырвал меня из раздумий Отвёртка.

— Корабли ходят, а не плавают, — машинально поправил я парня. — Ладно, пойдём посмотрим на этот корабль.

Втроём мы добрались до пристани и увидели новенький фрегат, который пришвартовался к причалу, а на главной мачте реял флаг «Лиги Наций».

«Вот вспомни про чёрта — сразу появится», — поморщился я.

Прибытие представителей «Лиги Наций» ничего хорошего нам не могло принести. Это могла быть обычная проверка, а может, и нота протеста. Короче, всё что угодно можно ожидать от этих нехороших людей, которые мешают доблестным воинам Его Королевского Величества продавать тушёнку… тьфу, какую тушёнку — конечно же, воевать.

— Знаешь что, Харон, — обратился я к иллюзионисту, — посиди пока на нашем корабле, а то у этих, — я кивнул в сторону фрегата, — могут возникнуть ненужные вопросы, почему у нас Мастер в рядовых ходит. Харон согласно кивнул и пошёл прятаться на корабле моего дяди.

— Ну а мы с тобой, Отвёртка, пойдём встретим «дорогих» гостей. Вон и полковник спешит их встретить, — я кивнул в сторону нашего лагеря. — Резво бежит, боится не успеть.

****

— Полковник Маковой, к вашим услугам, — первым представился полковник.

— Квартирмейстер Бутчер, — я слегка поклонился головой.