Глеб Бах – По следам чайки Ливингстон (страница 2)
«Лия. Ваше поведение неприемлемо и порочит репутацию компании. В связи с грубейшим нарушением корпоративной этики Ваш контракт расторгнут с данного момента. Пропуск деактивирован. Вещи из офиса можете забрать в течение суток в присутствии охраны.»
Она перечитала сообщение три раза. Пьяный туман медленно рассеивался, открывая бездну абсолютной, леденящей пустоты.
Её уволили. У неё нет работы. Нет парня. Денег хватит на месяц, от силы на два…
Она осталась одна. Совершенно одна в этом гигантском, безразличном городе, который продолжал мигать неоновыми огнями, гудеть и жить своей жизнью, не замечая, что одна маленькая, никому не нужная шестерёнка выпала из его механизма.
Она расплатилась и вышла на улицу. Ночь была холодной. Она смотрела на спешащих куда-то людей, на ревущие машины, и её охватила животная, всепоглощающая тоска. Она была выброшена за борт. Она была никем.
Где-то далеко, Елена, сидя у костра, почувствовала острое, колющее чувство чужой боли. Она взглянула на восток, в сторону большого города, и увидела там крошечную, погасшую искру, тонущую в чёрной, вязкой пучине отчаяния.
Лия же просто шла по улице, не зная куда. Она достигла дна. В яме, которую копала годами своим страхом, соглашательством и молчанием. И теперь на этом дне не осталось абсолютно ничего. Кроме кромешной тоски.
Глава третья: Знак
Ночь втянула Лию в свои холодные, безразличные объятия. Она шла, не разбирая дороги, движимая лишь глухой, ноющей болью внутри. Город вокруг сиял и гудел – вечный праздник, на который её больше не звали. Смех из открытых дверей баров, переливы музыки, свист шин – всё это было чужим, отстранённым, как картинка на экране. Она была за стеклом. За стеклом своего одиночества.
Она вышла на набережную. Широкую, вымощенную гранитом, такую гордую и неприступную. Внизу плескалась темная вода, разрисованная отражениями рекламных огней. Жёлтые, синие, красные полосы колыхались и рвались на части в чёрной воде, словно пытаясь удержаться на поверхности и не уйти в тёмную, холодную глубину. Как и она.
Ноги сами понесли её на мост. Высоко над водой, где ветер был сильнее и слышался шум в ушах, она облокотилась на холодный парапет и смотрела вниз, на это месиво из света и тьмы.
Одиночество было физической болью. Оно сжимало горло, давило на виски. Она была песчинкой. Никому не нужной, выброшенной жизнью неудачницей. Сломавшийся механизм. Мысли о будущем вызывали панический, животный ужас. Завтра. Что она будет делать завтра?
И в этот момент она увидела её.
Белое пятно, мелькнувшее в темноте. Плавный, ни на что не похожий изгиб крыла. Она летела молча, разрезая сырой ночной воздух, не обращая внимания на бурлящий город под ней. Чайка.
Лия замерла. Мозг, затуманенный алкоголем и горем, попытался протестовать: «Не может быть. Чайки ночью спят. Они не летают в темноте. Так не бывает».
Но она была тут. Реальная. Совершенная. Она сделала широкий круг прямо над центром моста, и ей на мгновение показалось, что она смотрит на неё, проникающим взглядом, полным какого-то не птичьего, глубокого понимания.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.