Гиорги Квернадзе – Ученый в средневековье. Том 7 (страница 34)

— Ох, так гораздо проще, спасибо, Сицилл, — поблагодарил епископа Зен, а после добавил: — Кстати, будь любезен, осмотри своей магией Виктора и Эвелин. Раз от врагов мы пока что избавились, самое время зализать раны. Начни с девушки. Она уже синеет, в отличие от нашего Бога Молний. Надеюсь, ты не против, Виктор? Сейчас лето, твоя рука может два часа подождать.

— Нет, что вы, господин. Я могу обойтись даже без помощи магии света. Эта рана скоро сама затянется, — подал довольно бодрый голос дворецкий.

— Я всё сказал, — отрезал учёный.

— Как прикажете, — для Бога Молний приказ господина неоспорим.

— Зен, а что значит твоё «пока что»? — задал Сицилл довольно сильно волнующий его вопрос, подходя к ученице Арчибальда и активируя свой режим благословления света.

— То и значит. Ты же не думаешь, что во всей этой пустоши всего четверо таких тварей? Скорее всего, рядом находится какая-то пещера, иначе, где бы они укрывались днём от солнечного света и просто, чтобы поспать и зализать раны, если такие есть. А рядом она потому, что они должны были за треть ночи добраться до сюда. Они, скорее всего, не знали о нас и наткнулись, осматривая периметр в поисках добычи. А это значит, что двигались они не с максимально возможной скоростью, которую они использовали во время сражения и охоты на нас. Если у них есть хоть какой-то интеллект, то вскоре их сородичи обнаружат пропажу и уже большим составом отправятся по наши души, — высказал мысль император Вавилона.

— Яд я вывел. Он блокировал мою ману, из-за чего обследование проводить не получалось, так что я пропустил через неё истинный свет, который и уничтожил всю заразу. Сейчас закончил обследование. У неё множество разрывов мышц и сухожилий. Удивительно, как она не потеряла сознание ещё во время сражения. Самые лёгкие раны я залечил, а у больших ускорил регенерацию. Через часов шесть она уже сможет двигаться и даже кое-как сражаться, но до идеальной формы ещё далеко, — отчитался Сицилл через три минуты после того, как Зен закончил свой монолог. — Приступаю к осмотру Виктора.

— Хорошо. Дизеля у нас ещё предостаточно, конечно, но времени не столько, сколько хотелось бы, — мрачно прокомментировал ситуацию учёный.

— Сколько его у нас примерно? — поинтересовался епископ, подходя к Богу Молний.

— Если твари очень умные, то уже через пару часов нас навестят её сородичи, — ответил Зен, пнув тело монстра, которого убил из револьвера, а после добавил: — А если не настолько, или они охотятся с утра до ночи, что более вероятно, то у нас времени примерно до следующей ночи. А после сюда нагрянет всё гнездо или стая. Смотря по тому, чьей сущности в них больше: летучей мыши или волка.

— Надеюсь на второй вариант. Тогда все будут в более-менее хорошем состоянии, — высказался епископ.

— Сицилл, если можешь, просто убери яд и сними жгут, а дальше я уже сам смогу прижечь рану и запустить процесс быстрой регенерации, — попросил дворецкий, когда служитель церкви света уже начал процедуру лечения.

— Ну хорошо, если Зен, конечно, не против, — покосился в сторону учёного епископ.

— Не против. Я не сомневаюсь в силах Виктора, — ответил на немой вопрос император Вавилона.

— Хорошо, — пожал плечами Сицилл и пропустил истинный свет через тело Бога Молний, избавив того от яда, который блокирует возможность манипуляции маной, а после снял жгут с руки «пациента». — Я всё.

— Хорошо, — кивнул дворецкий и покрылся небольшими искрами молний. Порезы довольно быстро затянулись коркой, благодаря чему кровь остановилась. А после Виктор запустил быструю регенерацию за счёт ускорения работы организма при помощи маны и позволил себе немного расслабиться. — Всё, жить буду.

— Это хорошо. Предлагаю всем доспать эту ночь. Я, если что, вас разбужу. И это не обсуждается, — неожиданно предложил учёный.

— Я с тобой. После такой «весёлой» ночки мне точно не удастся уснуть.

— Тогда решено, — отрезал Зен, не давая Сициллу вставить даже слова.

Глава 496. На утро после бойни

Утро встретило Эвелин приятными лучами солнца. Будто ночью не было никакой кровавой бойни. Вот выйдешь сейчас из палатки и увидишь приветливые лица путешественников, поваров и всех, кто тоже поехал в эту экспедицию.

Однако реальность, как и обычно, далека от мечт и желаний. Эвелин осмотрелась и обнаружила себя внутри порванного в нескольких местах шатра-лаборатории Зена. На столах лежали части тел тех тварей, что атаковали ночью лагерь и устроили себе настоящий пир. Девушка даже ввязалась в бой с одной из них и смогла победить, но дальше воспоминания были довольно размытые. Как бы ни старалась ученица Арчибальда, вспомнить следующие события она не смогла.

Также она увидела несколько новых приборов, которых вчера там точно не было, если судить по воспоминаниям о том, как она заходила туда, чтобы проведать своего учителя и одновременно возлюбленного. Как же крепко она спала, что не проснулась от шума, который наверняка был немалым при проведении экспериментов. Вот что делают с людьми, точнее, с эльфами, многочисленные раны, огромная усталость и магическое истощение.

Его девушка ощутила сразу после сражения с той тварью. Хотя и никаких способностей или магических артефактов не использовала, но её внутренний запас маны был почти на нуле. Отчасти из-за этого вчера ученица Арчибальда чувствовала себя так плохо и даже потеряла сознание. Всё-таки эти существа очень опасны.

Попытавшись встать, Эвелин упала на землю. Мышцы казались дубовыми и плохо слушались. Однако особой боли не чувствовалось.

Она была, и одновременно её не было, как если бы ты месяц не выходил из своей комнаты, где только и делал, что просто сидел, а после вышел на улицу и побесился от души. Примерно так ощущала своё тело девушка.

Следующая попытка встать увенчалась успехом, правда, Эвелин воспользовалась своим мечом как опорой. Выйдя из шатра-лаборатории и оглядевшись, она заметила Зена и Арчибальда, которые о чём-то оживлённо беседовали. Сицилл и Виктор обнаружились неподалёку. Они перетаскивали то, что осталось от бывших подчинённых императора Вавилона, в одну кучу. Скорее всего, собирались сжечь, ведь иначе можно было подхватить какую-нибудь заразу. Да и трупный запах был не особо приятен.

Заметив девушку, Арчибальд подозвал её к компании из двух человек. Когда она подошла, первым, к удивлению ученицы Эльфа, заговорил именно Зен, а не её учитель.

— Доброе утро, а если быть точнее, день, Эвелин. Как себя чувствуешь? Как спалось? Надеюсь, наши с Арчибальдом ночные исследования тебя не сильно потревожили? — поинтересовался учёный.

— А, доброе… Добрый… Да вроде нормально, правда, тело всё какое-то закостенелое. Нет, я даже ничего не слышала во сне. Спасибо за заботу, — чуть рассеянно ответила девушка.

— Ещё не полностью пришла в себя? — на сей раз заговорил Арчибальд.

— Наверное… — смутившись, ответила своему учителю Эвелин.

— Иди умойся, у лаборатории есть ведро с водой. А на завтрак у нас не испорченные тварями продукты, — поставил точку в разговоре император Вавилона.

— А… Хорошо… 

Тем временем Сицилл и Виктор закончили стаскивать тела людей или то, что от них осталось, в яму, о чём первый и пошёл уведомлять учёного.

— Зен, мы закончили, — «отчитался» епископ.

— Хорошо, — задумчиво ответил Зен.

— Сжигаем? — для усиления эффекта Сицилл даже склонил голову набок.

— Что? А, нет-нет. Я хочу подготовить небольшой сюрприз для наших будущих гостей, — наконец-то Император Вавилона вышел из раздумий и немного прояснил ситуацию для служителя церкви.

— То есть нам до вечера терпеть этот запах? — с явным недовольством поинтересовался Сицилл.

— Увы, да, — с наигранной досадой ответил учёный. Дело в том, что для него этот запах не был особой помехой. Ещё в прошлой жизни, когда его звали Грегором, и жил мужчина в двадцать третьем веке на планете Земля, он привык к разным резким и неприятным запахам из-за постоянных экспериментов с различными химикатами.

— Может, хоть посвятишь нас в свои планы? — вставил слово в разговор и Арчибальд.

— Да без проблем. Сейчас, только Виктор подойдёт и Эвелин, — ответил на вопрос Зен, а после добавил, но уже своему дворецкому: — Виктор! Подойди сюда, пожалуйста!

— Эвелин, у нас тут что-то вроде общего сбора. Не могла бы ты подойти? — позвал свою ученицу эльф.

Первым приблизился Бог Молний, так как он находился неподалёку, да и просто был физически быстрее, а уже потом девушка. Сицилл кратко сказал, почему их позвали. И уже через полминуты на учёного вопросительно смотрели четыре пары глаз.

— Ну, раз все в сборе, самое время рассказать, в чём заключается моя задумка, — начал император Вавилона и даже сделал небольшую паузу, чтобы ещё сильнее подогреть интерес своих спутников. И это сработало.

— Ну? — раздражённо спросил епископ. Он по-настоящему не понимал, зачем начинать говорить, а после остановиться и ждать. Это его очень раздражало, так как становилось очень и очень интересно, что же собирались сказать. И этот случай не был исключением.

— Так вот, как бы ужасно это ни звучало, но я хочу использовать эти тела или, точнее, остатки в виде приманки, — продолжил свою мысль Зен.

— Приманки? — недоумённо спросили Сицилл и Арчибальд почти одновременно.

— Да, приманки, — кивнул учёный.