Гиорги Квернадзе – Ученый в средневековье. Том 6 (страница 27)

- Ты жалок, особенно для принца. Вместо того, чтобы принять достойную смерть, как принял её министр обороны, ты попытался убить Его Императорское Величество, Господина Зена, а теперь лежишь на полу и вижишь как резаная свинья. Не будь на мне шлема, я бы плюнул тебе в лицо и душу, - говорил эльф, приставив острие секиры к его нежной шее.

Учёный положил руки за спину и деловитым видом стал неспешна идти к принцу. Всем своим образом он показывал, что ему некуда торопиться, и текущая ситуация его ни капельки не смущает. Лишь когда его пятки вплотную оказались возле головы принца, Зен соизволил заговорить.

- По сравнению со мной ты выглядишь ничем. Об тебя даже противно ноги вытирать. Даже если бы ты пал в ниц, отрезал себе все конечности, лишил себя зрения и слуха, вряд ли бы это тебе хоть чем-нибудь помогло. Вспомни все свои прегрешения. Осознай, насколько ничтожным было твоё существование. Пойми это, пока мой палач не отрубил тебе голову.

Увы, все мысли принца были заняты лишь одним - болью. Шум толпы, слова эльфа, учёного - всё это с трудом укладывалось у него в голове. Впрочем, несмотря на горящую агонию, в нём по-прежнему было желание жить. Учёный знал это, а потому решил причинить принцу чуть больше страданий.

- Приступай, - сказал он палачу, не забыв тому дать знак рукой. Поняв, что от него хочет Император, эльф лишь злорадно улыбнулся под шлемом, ведь несмотря на возраст, в нём сохранилась чуточку того безумия, именуемого жаждой крови.

Под стоны боли эльф поднял секиру в воздух и одним движением отсёк правую руку принцу. Стоны боли вырвались из его уст, но Арчибальд не собирался на этом останавливаться. В тот же миг вокруг его ладони язычок пламени, выстреливший в рану. От напирающей боли принц чуть было не потерял сознание, но последовавшая магия света вмиг исправила это недоразумение.

- Тебе приказано страдать. Ты будешь страдать, покуда от тебя это требуется! - Хладнокровно говорил Арчибальд, словно бы вся сцена принадлежала ему одному.

Принц потихоньку начал терять голос, ибо было невероятно сложно всё это время поддерживать крик. Впрочем, удивительным образом ему удавалось держать планку всё это время.

Принцессы, пусть и до этого видели казнь, отвернули головы, поскольку проявленная жестокость была немного слишком для них. Кольберт же наоборот, даже сделал несколько шагов вперед, чтобы получше лицезреть зрелище. Толпа же неугомонно шумела, и даже выстрелы мушкетов уже не могли остановить нарастающий гул.

В следующее мгновение Арчибальд убрал секиру за спину, и схватив Зальзара за руку, сначала сломал её, а затем силой оторвал, напомнив принцу, что для боли это далеко не предел.

- Этими руками ты пытался убить моего Императора. Что же, теперь почувствуй себя без них. Скажи, правда же приятное чувство? Огоньку? - Сказал он, повторив процесс поджога и лечения магией света.

Принц Зальзар больше не мог смотреть без слёз на своего карателя и того, кто дал приказ казнить его. Вся боль, испытываемая при этом, не могла идти в сравнение с тем, что ему доводилось чувствовать раннее. Теперь, всё, о чём ему мечталось, это смерть. Да, именно она, ибо терпеть больше не было сил.

- Ты надеялся, что этими ногами будешь стоять на вершине мира. Что же, я сделаю так, что тебе больше не придётся надеяться на эту чепуху, - сказал он, топнув ногой и сломав позвоночник великомученику.

Толпа, что бушевала до этого, зашумела настолько, что пожалуй вся столица слышала, как те требовали смерти принца. На такое зрелище нельзя было смотреть без слёз.

От каких слёз? Конечно же от смеха, ведь какого это, когда народ, что несколькими минутами раннее стояли на стороне принца, а теперь требовали его смерти? Даже слово умора не подойдёт к сложившейся ситуации.

В этот миг учёный самолично подошёл к Зальзару и произнёс достаточно громко, чтобы слышали все собравшиеся на площади.

- Скажи мне, дорогой мой принц. Осознаёшь ли ты, сколько жизней ты унёс своим высокомерием? Алчностью? Скажи, осознал ли ты хоть частичку того, что пришлось перенести вдовам? А детям, что потеряли своих отцов? Ну же, скажи? Стоило ли это всего того? Разве такая война могла привести к чему-то хорошему? Знай же, что это не моя месть. Это месть от имени всех, кому ты хоть как-то причинил боль, жалкое ничтожество. Пора заканчивать спектакль, - сказав это, он посмотрел на палача.

- Больше не смей марать об него оружие.

- Да, Ваше Величество, - ответил эльф, одним ударом раздавив голову принца, словно бы он был никчёмной букашкой.

Отвернув взгляд от мёртвого тела, Зен поднял голову и посмотрел на толпу, а затем торжественно заявил:

- А теперь можно приступить к церемонии вручения императорского титула. А вот и карета главного кандидата!

Глава 443/Да, мой император

Глава 443

Стоило учёному сказать это, как вдруг на горизонте показалась карета. Неслась она на приличной скорости, но это не было причиной, по которой никто не смел встать ей на пути. Тому причиной была власть, справедливость и хладнокровие Императора Вавилона, чьё наличие он подтвердил, убив министра обороны и принца Зальзара. Практически он лишил жизни двух козлов отпущения, тем самым подарив народу то, чего он так желал.

Под общественный гул толпы вышла местная знаменитость - министр экономики. Тот самый, что ещё сегодня считался преступником страны. Теперь же он был окружен таким вниманием, каким не был окружен никогда.

Однако завидев министра экономики, у многих людей из толпы возник резонный вопрос.

- Эй, а как же принцессы? Они же наследницы! - Крикнул один из граждан Ипонгрина.

- Дело говорят. Они наследницы императорской крови! - Выкрикнул кто-то второй.

- Идиоты! Зачем нам такое правление? Своего человека надо! В министре течёт кровь простолюдина! - Возразил третий.

- Да! Долой дворян! Долой аристократию! Даёшь независимую власть! - Выразил своё мнение четвертый.

Крики только начали нарастать, и в конце концов уже было невозможно понять, кто что кричит или говорит. Учёный же никак не реагировал на ситуацию, лишь перекидывался парочкой фраз с рядом стоящим Арчибальдом, пока слуги магией воды очищали платформу от крови.

Сам министр экономики не смел вставать на платформу без приглашения Императора Вавилона. Вместо этого он подобно Зену встал возле Кольберта и о чём-то с ним общался. В этой ситуации, казалось, молчали лишь обе сестры, крепко держась за руки.

Спустя несколько минут, когда сцена была убрана, Император Вавилона таки вызвался пригласить главных людей на сцену.

- Господин министр экономики, Господин Кольберт, Принцессы близняшки, ваш выход сверкать на этой сцене, - сказал он, словно бы эти четыре человека были каким-то звёздами ток-шоу.

Вся толпа вмиг замолчала, в ожидании того, что должно произойти. Многие уже как раз успели опомниться от смерти принца, и хоть немного насытившись зрелищем, предвкушали десерт.

Первым, кто начал говорить, был сам министр экономики. Он по-прежнему выглядел истощённым, но его здоровью ничего не угрожало. В конце концов последствия тюремной камеры нельзя было решить в один миг.

Даже если бы агенты Зена решили бы его откормить перед торжественным появлением, желудок попросту не усвоил бы еду. Даже наоборот, скорее всего ему был бы причинен вред. Впрочем, благодаря магии света он мог свободно стоять на ногах, а также держать голос. Что до внешнего вида, он не слишком беспокоился о нём, ведь многие граждане с понятием отнеслись к его положению.

- Господин Император, позвольте выразить мою искреннюю благодарность, что вытащили меня из заточения этого мерзавца. Не люблю жаловаться, но тамошние места пагубно повлияли на моё здоровье. Надеюсь вы не против, что я разговариваю с вами не в лучшей форме?

- Господин Министр, не стоит. Мы же не нелюди какие-то, ведь всё прекрасно понимаем. Конечно, было бы куда приятней, окажись мы при других обстоятельствах, однако порой карты играют против нас. Ну да ладно. Вы главное скажите, какое решение приняли? Уже обдумали моё предложение?

Ни для кого не было секретом, о каком предложении шла речь. Толпа естественно догадалась, что имел в виду учёный, а потому застыла в нетерпении услышать ответ. Стоит сказать, что сказанное министром чуть было не свалило всех с ног.

- Господин Зен, я хорошо обдумал предложение. Можно сказать, я начал обдумывать его ещё тогда, когда только сел на кресло министра. Эх, кто бы мог подумать, что мне приспичит изменить заготовление решение в самый последний момент.

- Не желаете поведать почему? Думаю народу будет интересно услышать голос их лидера.

- Отчего же нет? Тут всё просто. Я проиграл эту битву, и понял, что не гожусь на роль Императора. Боюсь, правитель из меня будет лишь немногим лучше, если брать в сравнение ныне покойного принца Зальзара. Поэтому от своего лица я бы хотел порекомендовать не просто своего помощника, но близкого друга на эту роль.

Толпа по-настоящему застыла в оцепенении. Что за слова говорил министр? Неужели на старости лет он стал таким глупцом, что самолично возжелал лишить себя своего же трона? Неужели это не глупо? Впрочем, никто и не догадывался, что за план и конечную игру заготовил для себя министр. Никто, за исключением узкого круга лиц, включавшего в себя самого учёного.