Гиорги Квернадзе – Ученый в средневековье. Том 6 (страница 22)
Поднявшись с кровати, он сделал несколько шагов по камере, восстанавливая функционал тела, и лишь затем несколько раз постучал в дверь костяшками пальцев.
- Люди добрые, за банкет спасибо, вот только может отпустите меня? Зачем я вам без компромата? Хотя...
На этом слове старик задумался о своём, после чего сделал заявление невидимому собеседнику. По неизвестным причинам он считал, что его слушают, а потому без стеснения или толики безумия продолжал вести свой томный монолог.
- Я лучше здесь останусь. Хорошо кормят, кровать удобная есть. Если дадите ещё бумагу и чернила, совсем прекращу жаловаться. Снаружи черти что творится, а здесь хорошо. Спокойно, так сказать. Самое оно для такого как я!
Закончив мысль, он отчего-то глубоко вздохнул.
В какой-то мере Кольберт был прав. Наилучшим выходом было оставаться в камере и никуда не выходить, пока ситуация в империи хотя бы не стабилизировалась. К тому же не стоит забывать о митингующем народе и что немало важно, об его поиске. Было бы не очень приятно, если бы его поймали, а затем посадили в клетку к своему другу.
Также стоит отметить, что Кольберт не просто так просил бумагу и чернила. Для него письмо было чем-то вроде убийства скуки, ибо в его возрасте развлечений у обычного человека было немного. Даже та же еда могла вызвать проблемы с животом, так что уж говорить об алкоголе. Поэтому старые люди, и в особенности пожилые дворяне, занимались этим излюбленным делом.
- Ладно, а если серьёзно? Я то сразу могу заявить, что вы не солдаты Ипонгрина. По одному не судят, да методы разительно отличаются. Как минимум эти чёртовы стражники попытались бы меня заткнуть. Да какой там попытались, точно бы заставили молчать!
На все возгласы старика наконец явился тот самый человек в маске. По крайне мере Кольберт не нашёл в нём отличий от той фигуры, что внезапно вырубила его.
Сначала человек открыл окошечко в железной двери, и лишь убедившись, что заключенный не спит, соизволил открыть дверь и войти внутрь.
- Добрый день, - Начал Кольберт.
- Сейчас утро, - ответил незнакомец не менее таинственным голосом, словно бы его голова была прикрыта шлемом.
- Вы так говорите, будто я по четырём стенам могу определить ясность дня, - выразил своё недовольство старик.
- Я надеялся, что вы догадаетесь по рациону приёма пищи, что это был завтрак, - ответил
человек в чёрных одеяниях.
- Прошу прощения, ибо не хочу показаться грубым, но принесенная вами каша и свежая горбушка хлеба являются моим ежедневным рационом. Или верней сказать, именно этим мне обычно приходиться питаться на завтра, обед и ужин.
- Извините, мне это не очень интересно. Впрочем, прежде чем мы перейдём к делу, хотелось бы спросить вас про ваше здоровье. Быть может, вас что-то беспокоит?
Последнее высказывание от человека в чёрных одеяниях было весьма наигранным, но сам Кольберт не стал обращать слишком много внимания на подобную мелочь в разговоре.
- К счастью, всё в порядке. Благо кровати у вас хорошие. Это куда лучше, чем спать облокотившись об холодную стену.
- Поверю наслово.
- Раз такое дело, не соизволит ли сударь рассказать, что я потерял в этом с виду злополучном месте? Чем-то напоминает тюрьму. Нет, я то понимаю, что мой текущий статус считается государственным преступником, однако смею заверить, что ничего подлого я не совершал.
- Господин Кольберт, вы получите ответы на все ваши вопросы. Вот только увы, в данный момент я не имею права раскрывать всё вас интересующее. Например, в наших же интересах, чтобы вы не покидали эту комнату, а тем более расхаживали по коридору.
Говоря наших, человек не имел в виду свою группировку. Речь шла именно о нём самом и Кольберте. Иными словами, собеседник старика не хотел того раскрывать своего статуса, чтобы помощник министра не догадался, есть ли люди выше его по титулу.
- Хорошо. Если этим я смогу обеспечить свою безопасность, тогда прекрасно. Быть может, у вас также найдётся парочку лишних листиков и горсти чернил для меня? Чувствую, я здесь надолго застряну.
- Не волнуйтесь, мы уже заканчиваем последние приготовления к предстоящему плану. Надолго вы здесь не задержитесь. Впрочем, если это так важно, парочка листов и горсть чернил найдутся для вас.
Услышав сказанное, старик невольно поднял бровь.
- Раз такое дело, не желаете посвятить меня в ваш план? Я бы с радостью составил с вами кампанию за этим столом.
- Увы, но по некоторым причинам, я не могу раскрыть всех деталей плана.
Наигранно вздохнув, он всё-таки задал ещё один вопрос.
- Может всё же ответите, кто вы? Что-то я совсем запутался, что представляет собой ваша группировка.
Взяв паузу для большей драмы, человек в одеяниях ответил.
- Нас можно назвать объеденным союзом трёх стран, под предводительством славной империи Вавилон.
Глава 436/Полное содействие
Глава 436
От последнего заявления помощник министра экономики не хило удивился, можно даже сказать, заставил встать в ступор. Ему потребовалось по меньшей мере несколько секунд чтобы понять, о какой стране идёт речь.
- Погодите немного. Что-то я совсем запутался. Получается, вы Вавилонцы? И даже если нет, мне бы хотелось узнать наверняка, что за две страны входят в ваш союз. Смею предположить, что территориально это будут ненавистная Ипонгрином Рудия и Алгула.
На самом деле догадаться в том, какие именно страны входили в союз, была не так сложно, особенно когда центральная была названа. Да, если брать географию, Вавилон находился как раз между этими двумя странами. Также стоит отметить, что в недавнем прошлом Рудия нанесла разгромное поражение Ипонгрину, а потому решить, что она входит в союз, не было чем-то гениальным.
- Вы абсолютно правы, Господин Кольберт. Не думаю, что есть смысл это скрывать, но я и правда принадлежу империи Вавилон. Что до остального, вам должно быть интересно, какие цели преследует союз?
- Говоря по правде, даже очень. Однако судя по вашей манере речи, мне это только предстоит ещё услышать.
Кольберт догадывался, что в данный момент его вряд ли станут просвещать в детали происходящего, ибо в ином случае его собеседник начал бы именно с этой темы. В таком случае разговор нёс лишь в себе причину "успокоить старика," а также заработать его лояльность к себе.
- Крайне умно сказано. Меньшего от помощника министра экономики, и по совместительству тому, кто вёл все его тёмные дела, я не ожидал.
- С чего бы вам было взять, что я вёл чёрную бухгалтерию? Я думал везде бытует правило - не пойман, не вор, - несколько недовольно ответил старик.
- Может прямых доказательств у меня нет, однако у вас также нет доказательств того, как вы смогли держаться на своём кресле всё это время. Без неё это невозможно, ибо жизнь показала нам немало примеров того, что так жить невозможно, - преспокойно ответил человек в чёрных одеяниях.
- Что же, будем считать, что мне и моему другу удалось доказать обратное. Кстати говоря, куда делся мой компромат. Всё таки смею предположить, что взяли вы меня только из-за него, ибо чем может помочь дряхлый старик, доживающий свой век?
Хоть Кольберт несколько преувеличивал, говоря что доживает свой век, однако молодцем его назвать уже было нельзя. Да и сам он смутно представлял, что может великой державе понадобится от такого как он? Особенно если учитывать тот факт, что самому себе он предрекал ещё не более пяти лет жизни.
- Отвечая на ваш вопрос по поводу компромата - вы прекрасно догадались, что он нужен в качестве помощи для политической игры в Ипонгрине. Держать страх в народе не самый лучший вариант, однако шантажировать дворян порой бывает очень полезным. Отвечая же на другой, могу сказать, что у моего Императора есть на вас большие планы.
Кольберт не мог проронить ни слова. Конечно, услышать нечто подобное было подобно одновременно благословению ангелов и проклятию сатаны. С одной стороны он мог получить хорошую должность во главе с новым Императором, а с другой... с другой Император мог попользоваться им как марионеткой, чтобы выбросить на улицу.
- Значит у Императора Вавилона есть на меня большие планы? Что же, интересно. Интересно то, как он разыграет мою карту.
- Я и сам с удовольствием посмотрю. Пока что могу предрекать вам хороший конец. Император не такой человек, что станет кого-то предавать.
- Я с ним не знаком, а потому посмотрим.
Последние слова человека в чёрных одеяниях, можно сказать, были сказаны просто так. Не то чтобы они несли много смысла, однако этим он вновь пытался успокоить Кольберта.
- Кстати говоря, Сударь. Совсем вылетело из головы. Не могли бы вы рассказать о текущей ситуации в стране?
- Увы, не могу, но смею заверить, что скоро вы всё увидите собственными глазами.
- Раз так, то буду ждать. Ждать этого момента и того, когда вы соизволите принести мне пергамент и чернила! - С наигранным недовольством ответил он.
- Я постараюсь что-нибудь придумать. Приятного отдыха, Господин Кольберт.
- И вам того же, кем бы вы ни были, незнакомый мне человек.
На этом встреча обоих была закончена. Этот человек дал ему пищу для размышлений, однако к сожалению, а быть может и счастью, все мысли сводились к одному - нужно ждать. Должно было пройти определенное время, чтобы случилось нечто важное, и когда это случится, ему придётся выступить в качестве центровой фигуры. По крайне мере так считал Кольберт, когда писал свои мемуары в своей новообретенной комнате.