Гейл Хилл – Три очка к счастью (страница 10)

И все поговорить со мной хотят. Ещё же Арсений. Кажется, я скоро буду по списку принимать. Хотя, признаюсь честно, такая перспектива мне не нравится. Ссорить друзей не хотелось. Да и самой мучиться муками выбора – такое себе.

Присела на трибуны, просматривая контент, который отфоткала и отсняла. Кружочки уже давно были в телеге, осталось только чуть позже сделать посты со статистикой и остальными фотографиями и видео. Фото вышли удачными. Парни живые, эмоции яркие: улыбки, злость, ненависть. Сжатые челюсти, кулаки, мокрые лица и майки, прыжки, обводки, перехваты. Баскетбол и эмоции.

На место рядом кто-то сел. Не нужно было смотреть, чтобы понять, кто это был. Карасев. От него пахло тем самым древесным одеколоном, от аромата которого по телу тут же начали гулять мурашки. Он просто сел, даже не заговорил, а я уже поплыла.

Мозг, ау, ты где?

– Морковка, как тебе игра? – спросил Арсений, положив свою ладонь сверху на мою.

– Красиво и эмоционально, мне понравилось. Я впервые смотрела не с трибун, отсюда ещё захватывающе, – стряхнула ладонь Карасёва, потому что ощущения брали верх. Он просто касался, а у меня внутри все переворачивалось, кожа горела, хотелось больше, ближе, чаще.

– Прекрасно, скинешь потом мне фото?

Кивнула, не желая говорить. Черт, мозг отключился просто на раз-два. Почему он так действовал? Я влюбилась? Серьезно? В него? В бабника? А-а-а, как много вопросов.

– Что по поводу свидания? Морковка, я очень хочу с тобой провести время подобным образом, – пришлось повернуть голову в его сторону.

У него глаза блестели надеждой. Что за странное желание пойти со мной на свидание? Довольный, счастливый, в эйфории от победы, в надежде, что я соглашусь. Хотела ли я? Определенно. С ним хорошо, ощущения приятные, вот только нужно ли мне это? Одноразовые отношения, просто секс. Я так не хочу.

– Мне кажется, это…не самая лучшая идея, – только и смогла выдать я, в то время как внутренний голос ругался за мою трусость.

– С чего бы это? Мне показалось, тебе нравятся мои прикосновения, – в подтверждение своих слов Арсений снова коснулся моей руки, большим пальцем обвел кожу на тыльной стороне ладони. Снова пожар. Внутри, снаружи, даже щеки покраснели. Я чувствовала, как к ним прилила краска. – У тебя коленки дрожат, Морковка. Щеки красные, взгляд отводишь. Я же вижу, тебе приятно, как и мне.

Он прав. Чертовски прав, а я сопротивляюсь. Самой себе, своим желаниям, каким-то идиотским принципам. А все почему? А потому что страшно довериться не тому. Страшно влюбиться, отдать свое сердце, а потом получить вместо него камень.

– Я боюсь, – призналась я, но не до конца. Правда его обидит, я уверена.

– Меня? – удивился Карасев, усмехнувшись.

– Ты меня используешь, а потом бросишь. Я не хочу так. Как бы мне не было приятно и не хотелось твоих прикосновений, я не могу позволить себе, чтобы ты стал тем мужчиной, которому я смогу довериться полностью, – по мере того, как я говорила, взгляд Арсения сменялся. От озорного и довольного к расстроенному, поникшему. – Прости меня, я, правда, не уверена, что у меня получится не думать об этом.

– Клеймо бабника на всю жизнь? – горько усмехнулся Арсений. Было видно, я его задела. Сильно задела.

– Если хочешь, можем назвать это таким образом.

– Если бы я хотел тебя использовать, я бы сделал это ещё в машине, когда ты сидела там вся такая мокрая, сексуальная и беззащитная, но я не тронул тебя. – сквозь стиснутые зубы цедил Арсений таким жёстким и грубым тоном, что мне стало не по себе. – Я не тронул тебя и на улице, и в вашей кухне, хотя у меня крыша поехала от тебя в тех коротких шортах. Потому что ты мне понравилась, зацепила. Я хочу иначе, Морковка. Дай мне шанс.

Шанс… Шанс на что? Что он имел в виду под иначе? Неужели хотел попробовать со встречаться по-настоящему?

– Одно свидание. Только одно, – сдалась я.

– Спасибо, – сильнее сжал мою ладонь. – Я докажу, что могу быть другим.

Меня даже позабавила интонация, с которой он произнес последнюю фразу. Самоуверенность так и перла. Посмотрим, сможет ли он. Пусть сначала держит себя в руках. Я расслабленно выдохнула.

Вот только Карасев был бы не собой, если бы после не поступил так, как он поступил. Руками обхватил мой затылок, притянул к себе и поцеловал. А я, как дура, давай ему отвечать. Губы шире раскрыла, сама языком в его рот протолкнулась, потому что не могла сдерживаться, когда Арсений меня целовал. Это было что-то невероятное, у меня все чувства обострялись, я становилась оголённым проводом, прикосновения к которому грозило смерть. И правда, смерть моей чести и моего достоинства, потому что нельзя так целовать.

Я сама села на его колени. Захотелось ощутить тепло тела и сильные руки, сжимающие мою талию, плечи. Арсений то целовал меня нежно, то терзал, покусывая губы, а потом зализывая раны новой порцией поцелуев. Это было сродни какому-то эротическому сну, в котором я была главной героиней. Его губы переместились на шею, несколько малюсеньких поцелуев, и все, я улетела куда-то в бездну наслаждения.

Не знаю, сколько мы бы целовались, если бы я не ощутила под собой, как стало твердо и неуютно.

– Господи, у тебя…

– Стояк, да, и что? – самодовольный взгляд и эта грязная ухмылка.

– Это же… – я хотела сказать противно, но вовремя одумалась. – Отпусти, я слезу!

Тут же убрал руки, и я вскочила с него. Карасев рассмеялся. Не вижу ничего смешного, мне неловко и неуютно от таких ощущений.

– Это естественно, потому что я тебя хочу, – не стесняясь своего вида, а вид был очень даже заметный, он встал с места на трибуне.

В спортивных штанах можно было разглядеть все, и я медленно опустила взгляд на явный силуэт мужского достоинства. И правда, достоинство. Не то чтобы я разбиралась, нет, но Женька говорила, что хорошо, когда пятнадцать и больше. Не знаю, обманывал ли меня глазомер, но там явно было 15+. Я сглотнула, представив, как он орудует своей шпагой. Стало так жарко, что я оттянула ворот платья, пытаясь остудить свой пыл. Откуда у меня такие пошлые мысли?

– Нравится вид? – взял меня за руку, помогая спуститься вниз. Сверлил взглядом, словно пытался уличить в том, что я пялилась.

– Что?

– Ты смотришь на мой пах, Морковка, – Карасев закатил глаза. – И краснеешь. Нравится? Что представила?

– О боги, ничего! – я закрыла лицо руками, лишь бы не смотреть в его сторону.

– Так я и поверил.

Что за тон такой, словно я та самая школьница, которую он на правах преподавателя, за что-то отчитывал. Ощущала я себя именно так. Божечки, я схожу с ума.

– О, вот ты где, – уже второй раз меня спасает Эдгар, появляясь вовремя. С мокрыми волосами и счастливой улыбкой, в рубашке и брюках. Красивый. – Ну что, как смотришь на то, чтобы погулять?

– Она уже гуляет со мной, – Карасев по-собственнически прижал меня к себе за талию. Я поежилась. Только не надо ревности, пожалуйста.

– Я ни с кем не гуляю ещё, – выбралась из лап Арсения. – Можем пройтись втроём.

– И встречаться мы тоже будем втроём, – недовольно пробурчал мне в ухо Арсений.

Я стукнула его кулаком в плечо, желая прибить на месте. Какое встречаться, ещё и втроем!? И-ди-от.

– Ладно, я все равно устал. Да и к тому же, свидание у нас завтра, можешь пока прогуляться с Эдгаром, – снова эта самодовольная ухмылка, сильная хватка на талии и губы на щеке.

А потом шепотом, горячим дыханием касаясь шеи:

– Веди себя хорошо, Морковка, а то накажу.

И ушел. Просто ушел. А у меня внутри такой пожар разгорелся, что можно было хоть сейчас пожарников вызывать. Ещё и Эдгар смотрел расстроенно и непонятно, его явно не устраивали наши с Арсением отношения и это напоминание о свидании, которым он специально похвастался. Что за ребячество? Какая-то глупая ревность, я никому и ничего не обещала.

М-да, попала я в ситуацию. Один красавчик нравится мне, двум красавчикам нравлюсь я. Шведской семьи у нас быть не может, кто-то явно третий лишний. Но кто? Это мне и предстояло выяснить.

Глава 6. Ревность

Я совсем не ревновал. Нет. Мне просто не нравилось, что девушка, которая нравится мне, нравится ещё и другу. Мы с Эдгаром никогда не ссорились из-за девушек, но не в этот раз. Он признался мне вчера после того как погулял с Морковкой, что она ему понравилась, и он хочет с ней встречаться..

Вот только этого хотел и я. Какого черта? Надеюсь, они не целовались. Морковку так просто переманить на свою сторону, тем более, она знает, что Эд не бабник. Это мгновенно прибавляет ему несколько очков форы, отнимая их у меня.

Я люблю друга, но если придется с ним драться за Морковку, я не посмотрю на нашу дружбу. Она моя. И точка. И вообще, у нас сегодня должно было быть свидание.

Честно говоря, мне было сложно придумать, куда мы пойдем. Я хотел ее удивить. Ресторан не то, прогулка по парку тоже. Она, вроде как, творческий человек, и ей нравится все такое, поэтому мой выбор пал на гончарную мастерскую. К тому же, это ещё и очень сексуально. У нас будет совместный мастер-класс, где мы вместе будем лепить горшок или вазу. Прикасаться к друг другу, чего я жаждал уже почти сутки.

Надел белую рубашку и брюки, сверху пальто. Господи, не помню, когда надевал его в последний раз. Вечно на спортивном стиле, просто и удобно. В этом неуютно, но надо быть красивым, чтобы впечатлить Морковку. Я обещал заехать за ней в шесть, поэтому уже летел на крыльях любви, представляя себе в деталях свидание.