Гэв Торп – Лютер: Первый из падших (страница 40)
Подул теплый ветер, и я открыл глаза. Я обнаружил себя в коридоре неподалеку от своей комнаты. Красные глаза на долю секунды блеснули в тени вокруг стен, а затем я снова остался один. Ошеломленный, я вернулся в комнату, упал на кровать и уснул без сновидений.
Калибан погиб, но все же он жив. Он здесь, в этом месте. В ваших сердцах.
Видение исчезло, и Лютер оказался один. Как он и подозревал, его рассказу не придали значения; Азраил ушел. Послышались звуки — потрескивание пламени, удар клинка о клинок, звон оружия и крики воинов, которые, казалось, преследовали кого-то из его апокалипсических видений.
Дожидаясь момента, когда видение окончательно рассеется или когда его вновь поглотит поток мыслей в стазисе, Лютер осматривал камеру. Он видел только тени, которые отбрасывали мерцающие факелы в канделябрах, но больше ничего: ни темных силуэтов, ни пристальных красных глаз во тьме…
Дверь все еще была открыта.
Лютера не погрузили в стазис.
До него донесся запах дыма. Глубоко вдохнув, он убедил себя, что все происходит наяву, что это не плод его больного рассудка. С осознанием этого пришла и уверенность: это действительно звуки сражения. На Скалу напали, и тюремщики Лютера забыли про своего пленника.
Дверь открыта.
Ясность мыслей вернулась к Лютеру; бывший Великий Магистр размял болезненно ослабевшие конечности.
Дверь оставил незапертой Азраил, или ее открыл кто-то еще?
Он сделал осторожный шаг, затем еще и еще.
Благодарности
Выражаем огромную благодарность тем, кто поддержал перевод этой книги: