Герта Крис – Дочь барона (страница 48)
Баронесса зажгла два фонарика, прошла к платяному шкафу и распахнула дверцы. Между зачехлёнными нарядами стоял Менестрель с длинным ножом в руке.
– Хотите дорого продать свою голову? – поинтересовалась Тиана.
– Вы зажгли свет, – прохрипела маска.
– А вы забыли, что меня разбудили среди ночи и я очень зла?! Выходите. Так вы ко всему ещё и государственный преступник?
Нож исчез в ножнах, а Менестрель, шагнув из шкафа, тут же упал на колени перед баронессой и заключил её ладонь в свои. Тиана вздрогнула, а маска горячо зашептала, почти без хрипа:
– Уже который раз вы спасаете мою жизнь… Такого друга поискать… Но я жалею совсем о другом…
Тиана вздохнула и с усилием, но почти ровным голосом спросила:
– О чём же?
– Я не могу поцеловать вашу руку…
– Разве друзьям целуют руки? – улыбнулась Тиана. – И мне кажется, что вы слишком долго держите эту руку. Для друга.
– Вы правы, – согласился Менестрель, но руку не выпустил. – Кто-то из древних поэтов написал: «Это касанье – крик! Вечность, смятая в миг…»
Понимая, что делает для себя только хуже, Тиана высвободила ладонь из рук Менестреля.
– Идите к камину. В этом шкафу почему-то холодно, и я боялась, что вы простудитесь…
Менестрель пододвинул баронессе стул, сел сам и спросил:
– А кто это так кричал? Я даже испугался.
– Один шут гороховый, – ответила Тиана. – И немного я. Налейте два бокала вина. Мне треть, а себе полный.
Менестрель вскочил, налил вино и подал баронессе хрустальный бокал, налитый не более чем она хотела.
– Хорошо. – Тиана посмотрела через бокал на огонь. – А теперь скажите, как вас зовут. Прозвище я уже знаю.
– А вы? В обмен.
– В обмен. Но вы первый.
– Родители называли меня Арвид.
– Арвид… – повторила Тиана. – У ваших родителей прекрасный вкус. А меня зовут Тиана.
Менестрель как-то странно вздохнул, протянул свой бокал к бокалу баронессы и под звон хрусталя почти пропел:
И не умру…
– Ну вы скажете, Арвид! – рассмеялась Тиана. – Тот, кто коснулся этой росы, живёт три дня.
– А если верить?
– Знаете, почему в предрассветную вахту любого каравана ставят самого опытного караванщика и самого глазастого из молодых? Чтобы они меньше болтали и смотрели на дорогу! Смертная роса выпадает внезапно и всегда в разных местах. И взять для учёных её не удаётся. Ни за какие деньги! Бывало, что караваны стояли на месте несколько часов, пока роса не испарится.
– Не знал… А хотите, Тиана, я пойду пилигримом через Пустошь в вашу честь?!
– Арвид, вы глупеете на глазах, – укоризненно вздохнула баронесса. – Во-первых, вам понадобится разрешение от короля, а во-вторых, мой отец считает всех пилигримов идиотами.
– Да… С королём у меня заминка выйдет. А почему у барона Арлея такое отношение к этим…
– Идиотам? И я так же отношусь к пилигримам. Представьте себе, Арвид, что вы получили разрешение короля, купили повозку… Или с караваном отправились через Пустошь. Написали моё имя на скалах той стороны, а то и убили какую-нибудь тварь в Пустоши. Но мне-то что с того?! Половина пилигримов не возвращаются, а девять из десяти счастливчиков прибывают искалеченные или больные.
– Вы хотите сказать, что король подписывает пилигримам смертный приговор?
– Ну конечно, Арвид! Но подумайте о глупых курицах, ради которых совершаются столь глупые походы! Они не понимают, что практически теряют тех, кто уходит прославлять их имена!
Маска повернулась в сторону баронессы:
– Тиана… А вы бы не хотели меня потерять? Как друга?
Она закрыла глаза, допила вино из бокала и ответила коротко:
– Нет.
– Тогда я сделаю всё, чтобы этого не произошло. И постараюсь сделать ещё больше…
Баронесса обхватила руками плечи, как будто ей стало зябко, и грустно улыбнулась:
– Слишком много невозможного… Вы, Арвид, лучше подбросьте дров в камин и расскажите мне что-нибудь. И не коситесь на окно! Никуда стражники не ушли! – И совсем тихо добавила: – Я так хочу…
– Ваше желание для меня закон, баронесса. Я только хотел спросить… Слуги говорили, что прямо на королевском приёме произошла дуэль. Вы не знаете, кто дрался?
– Насколько я поняла, король и герцог Кайрис выясняли отношения. И герцог получил рану, с виду не опасную, но… Думаю, что сейчас ему уже лучше.
– А что стало причиной дуэли?
– Понятия не имею. Наверное, этого никто и не знает. А самой дуэли я не видела.
– Как?! – удивился Арвид. – Двое мужчин дерутся на шпагах насмерть, а вам неинтересно?! Я обязательно напишу балладу об этой схватке!
– Совершенно неинтересно. Но баллада наверняка будет хорошей. А теперь, Арвид, докажите, что моё слово для вас закон.
– Слушаю и повинуюсь, баронесса! Если сравнивать простой народ Зинкара и Руаты, то различия найти почти невозможно. А вот во дворце зинкарского короля кипят жуткие страсти…
Менестрель как бы подбирал слова, а потом увлёкся, и она, слушая, улыбалась, хмурилась и недоверчиво качала головой, но не могла остаться равнодушной к рассказам. Лишь когда за окном начался рассвет и стали гаснуть звёзды, он прервался и сказал:
– Тиана… Вы из-за меня не выспитесь.
– Но я не хочу спать! – возразила она.
– Мне надо идти…
Баронесса посмотрела в окно и едва не расплакалась от злости.
– Да, – тихо произнесла она. – Конечно…
Хотя считала, что Арвид вполне мог остаться здесь, в комнате, и почти не прятаться! А еды им вполне хватает на двоих…
Он что-то подковырнул ножом в тайной двери, и она послушно открылась. «Всё против меня!» – подумала Тиана.
Арвид шагнул за зеркало и уже оттуда спросил:
– Если я не смогу уехать… Можно постучать в эту дверь, Тиана?
Баронесса вдруг бросилась в темноту, прижалась к Арвиду и сквозь всхлипывания горячо зашептала:
– Уезжай! Пожалуйста! Мне бы только знать, что ты жив! Уезжай!
А он гладил её плечи дрожащими руками и бормотал:
– Всё будет хорошо… Правда… Поверь мне…
Но она не верила.
Когда зеркало почти закрылось, она крикнула в узкую щель: