Герштеккер Фридрих – На Диком Западе. Том 2 (страница 83)

— Да, — сказал Эджворт, польщенный похвалой своему оружию, как всякий охотник, и перекладывая ружье поперек себе на колени, дулом к воде, — да, ружьецо хорошее, куплено оно действительно в Кентукки и сослужило мне уже не одну службу.

— Если так, то вы вряд ли захотели бы с ним расстаться? Даже если бы вам предложили другое, пороскошнее? — сказал Блэкфут, подавая ему свое ружье из дамаскированной[27] стали и с особым механизмом для предохранения курка.

— Славное ружье и это… — произнес старик, рассматривая поданое оружие. — И бьет хорошо?

— Могу обещать на пари, что попаду с шестидесяти шагов в двадцатипенсовую монетку.

— Вот как! Зачем же вы хотите расстаться с таким великолепным оружием?

— По правде говоря, и жаль мне его, но я решил так. Видите ли, это ружье досталось мне от приятеля, которого уже нет, оно будит во мне грустные воспоминания. Воспользуйтесь случаем, если хотите… большой прибавки я от вас не потребую.

— Нет, — сказал Эджворт, — я свое оружие ни за что не отдам. Вам тяжело то, что напоминает умершего, а я, напротив, именно этим и дорожу. Мое ружье принадлежал прежде моему сыну, который… Но это постороннее дело, я вам скажу только, что не расстанусь с ним ни за что.

— Так не хотите? Позвольте мне хоть рассмотреть его. Выгравировано на дуле имя мастера?

— А я право, и не заметил. Да не все ли равно, кто сделал оружие, лишь бы оно великолепно било!

— Видите ли, я знаю многих мастеров в Кентукки, и мне любопытно, не знакомое ли имя.

Он взял ружье, стал рассматривать ствол и открыл полку.

— Осторожнее! — сказал Эджворт. — Вы рассыплете порох.

— Да он у вас отсырел, я прибавлю нового.

Говоря так, он держал оружие в левой руке, сжимая в правой один из гвоздиков, данных ему Биллом.

— Какой у вас порох? — спросил Эджворт, следя за его движениями.

— Самый высший сорт! Посмотрите.

Он подал старику щепотку пороха, и тот стал растирать его на ладони. Пользуясь этим мгновением, Блэкфут запустил гвоздь и закрыл полку. Эджворт, ничего не подозревая, похвалил порох и поставил ружье на место. Миссис Эверест молча наблюдала за всей этой сценой.

— Но как вы побледнели! — заметил старик, взглядывая на нее. — Вам нездоровится, миссис Эверест?

— Это ничего, пройдет… — сказала она. — Я так испугалась перед нашим отъездом, а теперь эта сырость.

— Вам необходим отдых, — перебил Эджворт, — и мы тотчас устроим вам уголок. И не возражайте.

Он спустился на нижнюю палубу, принес оттуда большое одеяло и натянул его с помощью Блэкфута так, что образовался род шалаша, в котором молодая женщина могла расположиться на ночь без помех. Следует заметить, что внимание к женскому полу развито, как бы инстинктивно, между самыми грубыми жителями Америки. Женщина может странствовать совершенно безопасно по всем Соединенным Штатам, и всегда, в случае нужды, найдет себе покровителя в первом встречном.

Но миссис Эверест не воспользовалась тотчас же предложенным ей убежищем и осталась на палубе. Эджворт тоже не ложился, обращаясь по временам к Биллу с вопросом, что не лучше ли стать на якорь? Но тот находил это излишним и даже в данную минуту невозможным. Бросать якорь посередине реки нелепо, говорил он, потому что тут шли другие суда, а подойти ближе к берегу, значило сесть на мель.

— Бросьте лот, сами увидите, как здесь мелко, — сказал он, и Эджворт убедился в его правоте. Глубины оказывалось всего на восемь футов. Продвигаться далее к берегу было опасно. Но положение было все же незавидным, и старик расхаживал по палубе с большим беспокойством.

— Вы еще не ложились? — спросил он, поравнявшись с миссис Эверест. — Вам не спится, я понимаю это. Видите, я сам на вахте дежурю. Того и гляди, налетим на мель.

— Я боюсь не реки, — прошептала она, оглядываясь со страхом. — Нам грозит другое. Где ваше ружье?

— Тут же, у моей койки. Но что вас так встревожило?

— Осмотрите курок… не теряйте ни минуты.

— Что же могло с ним случиться?

— Этот человек держал его в руках. Я долго жила в лесах и сама привыкла к обращению с огнестрельным оружием. Он заклепал чем-то ваше ружье, я в этом уверена, и сделал это в ту минуту, когда вы рассматривали порох.

— Благодарю вас, миссис Эверест, — сказал старик, — я тотчас же осмотрю ружье и приведу его в порядок. Но не бойтесь ничего, я жалею, что Тома нет со мной, но надеюсь, что мы избежим опасности и без него. Матросы мои уроженцы Индианы и преданы мне. Спокойной ночи, миссис Эверест!

Глава XXV

Остановка

Туман все густел, и Блэкфут начинал испытывать беспокойство.

— Уверен ли ты, что найдешь остров? — говорил он Биллу. — Ветер крепчает, и нас может отнести далее, нежели нужно.

— Не бойся! — отвечал тот. — Мы заслышим еще издалека прибой волн об устроенное там заграждение, и тогда я легко уговорю этих болванов причалить именно там, где нам нужно. Теперь уже близко.

Блэкфут отошел от него и столкнулся с Эджвортом.

— Вы хотите провести ночь здесь, наверху? — спросил он. — Не лучше ли вам пойти на нижнюю палубу? В ваши лета простуда опасна.

— Не беспокойтесь, — перебил его старик, — я привык ко всякой погоде. — Но мне нужно и распорядиться. Боб Рой, зови всех на работу. Я хочу остановиться здесь.

— Здесь! — воскликнул Блэкфут. — Но зачем? Билл не находит никакой опасности.

— Может быть, но я не спокоен. Эй, ребята! Гребите к арканзасскому берегу.

— Что вы? — крикнул ему Билл со своего места у руля. — Хотите наскочить на подводные камни?

— Вовсе нет, — возразил Эджворт, — мы идем возле берега, я могу рассмотреть очертания его даже сквозь туман.

— Но я же вам говорю, что ниже по течению есть прекрасное место для причала! — воскликнул Билл.

— Может быть, — возразил опять старик хладнокровно, — но осторожность не мешает. Лучше обождать, пока туман не рассеется.

— Однако, мистер Эджворт, — перебил его Блэкфут с раздражением, — я полагаю, что мы только потеряем время таким образом. Я должен сдать товар завтра утром и хочу поэтому прибыть в Викторию на рассвете.

— Вы хотите! — повторил старик. — Мне кажется, что здесь могу «хотеть» один я. Дело идет не об одном грузе, но также о жизни всего моего экипажа и этой пассажирки. Если же вы боитесь, что груз прибудет в Викторию позднее назначенного часа, то я готов нарушить нашу сделку и возвратить вам задаток. Я найду и другого покупателя на свой товар.

Блэкфут скрипнул зубами в бешенстве, но Билл стал исполнять приказание Эджворта, торопя гребцов.

— Что же ты это? — шепнул ему Блэкфут, останавливаясь позади его. — Зачем слушаешься старого глупца? Если мы простоим здесь, то дело пропало. К утру туман рассеется, мимо нас будут сновать суда и мы, значит, трудились, до сих пор, понапрасну.

— Молчи! — ответил тоже шепотом Билл. — Разве можно вдвоем идти против всех? Надо стараться не возбуждать их подозрений, и так уже старик посматривает на тебя недоверчиво. Когда мы причалим, все пойдут спать и нам будет нетрудно перерезать канат.

Кругом стали показываться деревья. Вблизи торчала из воды толстая смоковница.

— Знаешь, — опять вполголоса сказал Блэкфут, — дело обстоит лучше, чем можно было ожидать. Я узнал место, наш остров уже недалеко, правь немного ниже, и мы сядем на мель на западной его стороне.

— Так, — сказал Билл, направляя судно прочь от смоковницы.

Но Боб Рой, держа уже наготове канат, крикнул ему:

— Лево руля! Лево руля! Что же это, хотите, чтобы весь наш труд пропал даром?

— Молчать! — ответил ему Билл, поворачивая судно в противоположную сторону, но Эджворт оттолкнул его и сам положил руль налево. Боб Рой закричал: «Берегись!», закинул из всех сил канат за смоковницу и прыгнул сам в воду.

Дело ему выпало опасное: если бы он не успел укрепить канат, то его самого увлекло бы в подводные заросли, где он нашел бы верную смерть. Но матрос рассчитал верно, канат обвился вокруг дерева, и Боб привязал его к крайнему суку. Течением дернуло лодку так сильно, что казалось, смоковница выдернута с корнем, однако она устояла, и только сам отважный матрос исчез под водой.

Но он вынырнул тотчас же, товарищи помогли ему влезть на борт, и все пришло в прежний порядок. Матросы уселись за ужин. Блэкфут старался скрыть свое раздражение, а Билл шутил как ни в чем ни бывало. Сначала на палубе было довольно шумно, благодаря отчасти и выпитому виски, но потом, мало-помалу, люди начали расходиться на ночлег и все стихло. Билл улегся у руля, а Блэкфут на носу, положив голову на свернутый конец того самого каната, которым было причалено судно, Миссис Эверест ушла под свой навес, Эджворт поместился вместе с Волчком среди тюков с товарами. Он не спал, прислушиваясь к малейшему шороху. Не сомневаясь более в том, что Билл и Блэкфут замышляют что-то недоброе, он решился сторожить всю ночь.

Несколько часов прошло в полной тишине, слышался только прибой волн о бока судна, да лягушки квакали в соседних болотах. Билл тихо подполз к своему сообщнику и прошептал:

— Не пора ли?

Блэкфут продолжал лежать неподвижно, но Билл расслышал звук трения ножа о канат. Он пополз обратно и завернулся в свое одеяло.

Эджворт видел его движение и приподнялся, но успокоился снова, когда Билл вернулся на свое место, собираясь, по-видимому, заснуть. Сон одолевал и старика, мысли его путались, воспоминания прежнего смешивались с настоящим, ему причудилось, что он на берегах Уабаша, близ могилы своего сына, осененной листвой дубов и ив, поющих свою унылую песню.