Гэрри Шоу – Египетские мифы. От пирамид и фараонов до Анубиса и «Книги мертвых» (страница 3)

Пребывая одновременно внутри и вне Нуна, Амон – верховное невидимое божество – решил сотворить мир.

Начал он кричать, когда был недвижим мир, Возносился крик его, когда не было второго подле него, Чтобы мог он породить то, что существует, и дать ему жить… Он, названный Татенен, Сокровенный бог, восходящий из бездны…

Амон совершил сугубо интеллектуальный акт творения (подумал и сказал), а потому требовалось вмешательство иного божества – Птаха, бога искусств и ремесел, небесного скульптора и воплощения творческого начала. По представлениям жрецов Птаха, мир был «порожден в его сердце»; сами боги, небо, земля, искусство, изобретения – буквально все было задумано Птахом и возникло по его слову. Птах главным образом почитался в Мемфисе и изображался в виде мужчины, туго, как мумия, обернутого тканью и стоящего на пьедестале с посохом в руках, в маленьком и скромном головном уборе и с прямой бородой (что необычно – египетские боги «предпочитали» кудрявые бороды). Его супругой считалась вспыльчивая богиня-львица Сехмет, а дополнял семейную триаду их сын Нефертум, представавший в образе ребенка с цветком водяной лилии на голове.

Бог Птах

Бог Татенен

Начиная с эпохи Рамессидов, когда сложили «Великий гимн Амону», бог Татенен («поднимающаяся земля») считался одним из воплощений Птаха, поэтому божества объединились в фигуре Птаха-Татенена – божественного скульптора и первого холма, восставшего из вод Нуна.

Как воплощение творческой стихии Птах олицетворял собой ту силу, что превращает замысел в действие, а затем – в осязаемый результат; тот процесс, что берет начало в первом проблеске вдохновения, внезапно вспыхнувшем в уме мастера, и заканчивается непосредственным созданием, например, статуи – обработкой камня, приданием ему нужной формы. Это представление отражено в тексте, который мы называем «Памятником мемфисской теологии». Согласно принятым трактовкам, в нем говорится, что мир был создан сердцем и словом Птаха – бог помыслил все сущее в сердце своем и дал имя всякой твари и вещи, тем самым вызывая ее к жизни; божественное слово воплотило божественную мысль. Таким образом бытие возникло ex nihilo – из ничего. Однако не так давно египтолог Джеймс Аллен предположил, что упомянутые сердце и слово в действительности принадлежали верховному творцу Амону, а Птах всего лишь обеспечил его созидательной энергией. Вероятно, жрецы Амона признавали, что хоть он и «изрек слово в тишине», тем самым создав образ мироздания, однако без Птаха – воплощения творческой силы – его замысел не претворился бы в жизнь.

Богиня Сехмет – ее имя означает «могучая» – изображалась как женщина с головой львицы, в длинном парике и с солнечным диском на нем. В отдельных случаях ее просто представляли как львицу. Она была супругой бога Птаха и матерью Нефертума.

Сехмет играла роль как заступницы, так и разрушительницы. Она ассоциировалась с эпидемиями чумы (их приносили на землю ее посланники), войнами и насилием; однако у нее же просили защиты от недугов. Больной мог позвать к себе жрецов Сехмет, обладающих познаниями в магии, и попросить об исцелении. Кроме того, Сехмет считалась защитницей фараона – следовала за ним во время битвы, испепеляя врагов. В одной из своих ипостасей, свирепого Ока Ра, Сехмет попыталась уничтожить род человеческий, но ее усмирили хитростью (см. ниже). Центром культа Сехмет был Мемфис.

Мысленный акт созидания сделал возможными три грани, или ипостаси, творца. Ху – это «божественное изречение», Сиа – «божественное понимание», Хека – «магия». При помощи Хека создатель замыслил мир в сердце своем, а затем силой божественного изречения воплотил замысел в жизнь. Каждую из этих трех сил олицетворяло отдельное божество, причем считалось, что Ху и Сиа родились из капель крови, упавших на землю из фаллоса бога солнца.

А вот Хека появился, «прежде чем в мире возникли два начала», поэтому иногда воспринимается как бог-творец. Изображаемый в виде мужчины, а порой – в виде ребенка, Хека зачастую носит загнутую божественную бородку. Иногда над его головой изображают заднюю часть тела льва; на некоторых рисунках Хека держит в руках змей. Он входит в число избранных божеств, что оберегают бога солнца, плывущего по небу в своей дневной ладье; однако он же охраняет Осириса в Дуате – загробном царстве.

Боги Сиа (слева) и Хека (справа) охраняют овноголовую душу солнечного бога

Итак, представим Амона в роли богатого покровителя искусств, заказавшего определенную статую, а Птаха – в роли нанятого им ваятеля. Что же – или кто же – служит материалом, с которым должен работать Амон как автор замысла и Птах как исполнитель воли творца? На что – или на кого – должны быть направлены их усилия? Всякому мастеру нужен рабочий материал – субстанция, которой он придаст особую форму и таким образом превратит абстрактное художественное видение в конкретное, осязаемое произведение искусства. В египетских мифах о творении роль такой субстанции отводилась богу Атуму (или Атуму-Ра), «изваянному в формах» мира, где пребывает все сущее.

Как Атум – Завершенный – себя он [Амон] завершил, Став одним телом с ним.

Царица Нефертари, предстоящая перед богом Атумом (слева)

Два акта созидания – замысел Амона и творческое усилие Птаха – запустили процесс физической эволюции мира и пробудили жизненную силу яйца или семени, плавающего в темных, бесконечных глубинах Нуна. Согласно гелиопольской традиции, таким семенем был бог Атум (он же Атум-Ра). В этой стадии творения он представлял собой единство всех сущностей и богов, неотделимых и неотличимых, – нечто вроде сингулярности перед Большим взрывом.

Богиня Тефнут

Бог Шу

Я был един с океаном Предвечным [Нуном] в недвижности и не мог найти себе места… изначальные [боги] еще не возникли, [но] пребывали со мною…

Атум («завершенный») был владыкой совокупности – божеством, которое олицетворяло собой и эволюцию сущего, и ее окончание. Он изображался как мангуст, скарабей, ящерица, змея, обезьяна, вооруженная луком и стрелами, священная птица Бену, но чаще всего – как человек в двойной короне Верхнего и Нижнего Египта. Иногда он предстает в виде первого холма, восставшего из вод при сотворении мира, а иногда как вечерняя ипостась бога солнца – в виде человека с головой овна.

Плавая в водах первородного хаоса, Атум (пока еще семя) обратился к бескрайнему простору Нуна:

Я качаюсь на волнах в недвижности и бездействии. Мой сын, Жизнь [здесь – бог Шу], пробудит во мне разум, оживит мое сердце…

На что Нун ответил:

Вдохни дочь свою Маат [здесь – одно из воплощений богини Тефнут] и поднеси ее к ноздрям своим, дабы пробудился твой разум. Да не будут удалены от тебя дочь твоя Маат и сын твой Шу, имя коему Жизнь… Это твой сын Шу вознесет тебя.

Их своеобразная беседа – первая от начала времен – требует пояснений. На этой стадии творения боги Шу и Тефнут, олицетворявшие собой силу жизни и вселенскую гармонию Маат (см. ниже), находятся внутри Атума как части его самого. Чтобы Атум мог отделиться от первозданных вод и начать существовать обособленно, «жизнь» берет на себя роль его разума, или сознания, и запускает его сердце, как будто возрождая Атума. Но даже с бьющимся сердцем и пробудившимся разумом Атум пребывает в забытьи, пока не вдохнет Маат / Тефнут – не вберет ее в себя как животворный воздух, который окончательно развеет его сон. Как будто перейдя из небытия в кому, а затем очнувшись, Атум обретает сознание и волю к действию, выведенный из покоя силой дыхания, разума и сердцебиения.

Маат, как самостоятельная богиня, как абстрактное понятие или даже как сущность богини Тефнут, играла ключевую роль в представлениях древних египтян о мироустройстве. В своем абстрактном значении маат символизирует равновесие хаоса и порядка, включающее в себя справедливость и правосудие. Египтяне признавали, что полностью побороть беспорядок (исефет) невозможно и делать этого не нужно, поскольку без хаоса нарушится гармония мира. Исефет была неотъемлемой частью мироздания с начала времен.

Однако же бог-творец не создавал исефет, он даже решительно отделил себя от хаоса – то есть зла, творимого людьми:

Я создал людей похожими друг на друга, я не велел им творить исефет. Это их сердца разрушают созданное мною.

Каждое живое существо, от богов до фараонов и простых смертных, должно было следить за тем, чтобы хаос (исефет) не вытеснил порядок (маат). По представлениям древних египтян, маат пронизывает все мироздание, и тех, кто нарушал его законы – пусть даже по неведению, – следовало сурово наказывать. Сами боги называли маат своим питьем и пищей. Богиня Маат изображалась с длинным пером на голове; иероглиф страусиного пера также обозначал принцип маат. Вероятно, из-за ассоциации с Тефнут богиню считали дочерью Атума(-Ра), а иногда – супругой бога Тота.

Богиня Маат

Теперь Атум властен над собственными поступками и пользуется вновь обретенной свободой, чтобы «отделить» от себя воды Нуна и сделаться «остатком» – то есть первым сгустком материи во Вселенной, который египтяне представляли в виде холма (а его, в свою очередь, олицетворял бог Татенен). Вероятно, пирамида символизирует именно этот холм. В отдельных вариантах мифа о творении священная птица Бену – воплощение Атума – садится на его вершину и издает крик – первый звук в истории мира.