Герман Рыльский – Креахоновая крепость. Водовороты времени (страница 28)
– Возможно, – пожал плечами Гермес. – И если они не откроют ворота в ближайшие десять минут, предлагаю перенести прогулку на завтра.
– Согласна, – кивнула Яналия. Сейчас ей больше всего хотелось принять душ и переодеться. – Предлагаю не ждать десять минут и разойтись прямо сейчас.
Гай и Тиша согласно кивнули.
Компания начала подниматься из-за стола, когда в «Клевер» зашли двое мужчин в сопровождении Роджера Моррисона.
– Кажется, у меня дежавю, – пробормотал Гермес, глядя на незнакомцев.
Совсем недавно похожая парочка, пытаясь разобраться в происшествии на Корот, устроила допрос работникам цирка. Правда, на сей раз мужчины в чёрных классических костюмах и тёмных очках были не оргулами, а людьми.
Роджер Моррисон и агенты (Яналия была готова спорить, что это именно агенты СКБ, а не коммивояжёры, проповедники или ресторанные критики), стремительно пересекли зал. Патрик О’Брайанс, скучавший за барной стойкой, забеспокоился, словно увидел на пороге «Клевера» санинспекцию.
– Пожалуй, десять минут мы всё же подождём, – провозгласила Яналия и уселась обратно за стол. Друзья последовали её примеру.
– Добрый день. Чем могу помочь? – спросил О’Брайанс, когда троица приблизилась к стойке.
– Агент Смит и агент Ильин, – один из мужчин достал из кармана значок, продемонстрировав его хозяину ресторана. – Пятого августа в вашем заведении обедали двое оргулов. Вы их помните?
– Конечно, – ответил О’Брайанс. – Что-то случилось? Вроде бы они из ваших… агенты, в общем.
– Не из наших, – мужчина по фамилии Ильин нахмурился и провёл цепким взглядом по посетителям ресторана. – Сейчас мы как раз пытаемся установить их личности. Как они с вами расплачивались?
– Картой, насколько я помню. В робота-официантку встроен кассовый аппарат. Кити! – О’Брайанс, вытянув шею, окликнул свою помощницу, принимавшую заказ у Анфисы Стрикт и Альфреда Грега. – Как освободишься, иди сюда!
– Ничего не понимаю… – прошептала Тиша, округляя глаза. – Получается, те агенты вовсе… не агенты?..
– Судя по всему, – с озадаченным видом произнёс Гермес. – Либо, как вариант, левая рука не знает, что делает правая. Бюрократия…
– Какая к чёрту бюрократия! – зашипела Яналия. – Я с самого начала знала, что скачок – это серьёзно! Иначе бы оргулы сюда не нагрянули. Они, небось, из какой-нибудь подпольной организации. Террористы или фанатики. А мы им всё выложили!
Тиша охнула.
– Они мне сразу подозрительными показались, – энергично закивал Гай.
– Подождите, я попытаюсь вытянуть из этих агентов ещё что-нибудь, – сказала Яналия.
Кити всё ещё фиксировала пожелания Стрикт. Воспользовавшись паузой, Яналия поднялась со стула и произнесла:
– Я подумала, может это окажется важным… в тот день я видела этих оргулов! Они сидели вот здесь, – девушка указала на один из столов, в данный момент пустовавший.
– Вам что-нибудь ещё известно? – агент Смит тут же переключил своё внимание на юную циркачку.
– Немного, – Яналия, решившая выяснить о лжеагентах всё, что только можно, попыталась выглядеть осведомлённой. – Я сразу догадалась, что они проходимцы! Вы уже напали на их след?
– Пока мы только устанавливаем их личности, – повторил агент Смит то, что уже говорил его коллега.
– Почему вы решили, что они не те, за кого себя выдают? – подключился агент Ильин.
– Они странно выглядели… – сказала Яналия. – У одного из них, представьте себе, был голубой галстук с жёлтыми уточками! Какой нормальный агент СКБ такое наденет? Вот у вас чёрный галстук, а у вас – тёмно-синий…
Агенты переглянулись.
– Это всё? – уточнил агент Ильин.
– Возможно, на столе остались их отпечатки пальцев, – сказала Яналия, не зная, что бы ещё такого придумать.
– Очень сомнительно, что стол не протирали две недели, – Роджер Моррисон, до этого что-то вполголоса обсуждавший с Патриком О’Брайансом, недовольно покосился на Яналию.
– Пожалуй, да, – девушка пожала плечами.
– Что ж, если это всё, что вам известно… Благодарим за помощь, – агент Смит повернулся к стойке.
Тем временем освободилась Кити. Агенты принялись расспрашивать её об оргулах и обсуждать техническую возможность узнать данные карты, с которой произошла оплата.
– Ты была очень полезна, – усмехнулся Гермес, когда агенты удалились. – Уточки, отпечатки пальцев… Может, тебе тоже в агенты попробоваться?
– Может, когда-нибудь и попробуюсь, чем я хуже этих двоих?.. – отмахнулась Яналия. – Между прочим, я была права, когда говорила, что всё это очень подозрительно! Получается, кто-то охотится за информацией о скачках во времени, раз перехватил нас в космосе!
– Просто не верится, что это был обман, – произнесла Тиша, покачав головой. – Кому могло такое понадобиться?
– От оргулов всегда жди беды, – сказала Яналия. – Надо у Линды с Терри спросить – что это их соотечественники здесь вынюхивали?! Гай, может ты спросишь?
Тот усмехнулся и произнёс:
– Кстати, из оргулов никого на допрос не вызывали. Может, боялись, что те их мысли прочитают?..
– Не удивлюсь, если они все заодно! – постановила Яналия. Она не упускала случая сказать какую-нибудь гадость об оргулах, а тут ещё и повод подвернулся. – Сёстры Ночет, небось, сговорились с оргулами-террористами! Поэтому их и не вызвали на допрос!
– Это вряд ли, – сказал Гермес. – Просто в момент скачка Линда и Терри были за пределами корабля, на ярмарке. У них же там шатёр!
– Они – две террористки! – гнула своё Яналия.
Ещё минут сорок друзья на полном серьёзе обсуждали, могли ли сёстры Ночет, их импресарио госпожа Мира и преподаватель истории Гор Ламий запустить на корабль лжеагентов, и зачем им это понадобилось. Гермес был твёрдо уверен, что это чушь. Тиша, не желавшая обидеть никого из друзей, периодически соглашалась то с одним, то с другим. Гай допускал вероятность, что четверо оргулов, живущих в цирке, могли сговориться, но всё-таки больше соглашался с Гермесом.
– Нам надо ещё раз поговорить с агентами, – заявила Яналия. – Мы посоветуем им допросить всех оргулов на корабле!
– А я посоветую тебе не выставлять себя дурой, – не слишком церемонясь, сказал Гермес. – Ты уже и так сделала для расследования всё, что могла – рассказала агентам про галстук с утками и посоветовала снять отпечатки пальцев со стола, который Кити протирает сто раз на дню!
Так и не придя к единому мнению, друзья в конце концов покинули паб и отправились на прогулку по Глизе 581.
Родная планета мистера Валруса встретила цирк снегопадом и метелью. Из-за непогоды ярмарку перед входом разворачивать не стали. Мадам Симона, Буфадон Гудини и ещё несколько балаганщиков поставили шатры прямо в холле.
Глизе 581 выглядела неприветливо. Из-за метели тяжеловесные здания и широкие проспекты едва просматривались, вьюга завывала так, что становилось не по себе. Каждый раз, когда «Олимп» давал представления на Глизе, Яналия тащила друзей на каток. Но в этот раз, очутившись за пределами корабля, она решила, что коньки могут подождать. Всё равно цирк покидал планету только через пять дней.
Яналия вернулась на корабль и принесла сувенир – полную пригоршню снега. По холлу, ссутулившись и засунув руки в карманы, шатался Игорь Ланде. Сегодня он остался без работы, его огненное шоу можно было показывать только на открытом воздухе. Яналия утрамбовала снег и крикнула:
– Эй, Игорь!
Ланде повернулся и получил снежком по лбу. Его лицо, неприятного землистого цвета, вытянулось, напомнив Яналии сползающую по тарелке овсяную кашу. Девушка с хохотом убежала, оставив Ланде кипеть от злости.
Швыряться снегом в одноклассников было весело, но пришло время заняться делом. Полчаса Яналия разминалась в спортзале, после получила допуск у инспектора и переоделась в своей гримёрке. Представление тем временем уже началось. И вот из скрытого динамика прозвучал голос Анфисы Стрикт: «Артистам, занятым в номере «Пробуждение Гуула»! Пятиминутная готовность!»
Яналия покинула гримёрку, миновала коридор и встала на исходную.
Все прожекторы и лампы погасли, не горели даже красные таблички с надписью «выход». Мрак осязаемо давил на глазные яблоки, как плотная шёлковая повязка из чёрной ткани. Яналия ничего не видела, но чувствовала пустоту перед собой. Это шестое чувство было свойственно любому воздушному гимнасту; Александр Молодцов называл его рудиментарной телепатией, сродни чтению подушечками пальцев. В тёмной комнате Яналия безошибочно обходила мебель и другие препятствия. Отец тренировал её ощущать пространство и расстояние, чувствовать его кожей, не полагаясь лишь на зрение. Это были тренировки в духе ниндзя: когда Яналия была маленькая, Александр завязывал ей глаза и заставлял ходить по лабиринту из ящиков и мебели. Вначале Яналия получала синяки и расшибала коленки, но потом, каким-то невероятным образом, стала ощущать препятствия на своём пути.
И вот – началось! Послышался низкий, утробный рокот. Специальное устройство заставляло пол вздрагивать, чтобы зрители на миг поверили – под ними оживает вулкан. Даже здесь, на высоте сотни метров, Яналия чувствовала подошвами вибрацию. В динамиках зазвучал глубокий, завораживающий голос Дагонариуса кон Ладо, ведущего-слина:
Голос ведущего драматически упал. Слины не только умели говорить стихами, любую фразу они могли преподнести так, что мурашки шли по коже. В исполнении слина даже рецепт пирожков с капустой звучал не хуже сонетов Шекспира.