Герман Романов – Сумерки войны (страница 3)
Он действовал совсем иначе — просто блокировал «кольцо», и нанес два страшных удара за его пределами, захватив Старую Руссу и взяв штурмом Холм, уничтожив город вместе с блокированным там гарнизоном генерала Шерера тяжелой артиллерией. Затем нанес удар по окруженным войскам, причем действовал очень хитро — не стал штурмовать Демянск, расположенный в юго-восточной стороне «кольца», а ударил по «выступу» в северо-западной части, на местности покрытой лесами и замерзшими болотами, по которым в тыл 290-й дивизии вышли русские егеря. Наступление оказалось настолько неожиданным и мощным, что дивизия была расчленена чуть ли не на батальоны и отдельные роты, и разгромлена, ее командир генерал-лейтенант Теодор фон Вреде попал в засаду и угодил в плен. За реку Полометь отошли части только 30-й пехотной дивизии генерал-лейтенанта Курта фон Типпельскирха, и там кое-как сумели организовать оборону. Хотя занимаемая «крепостью Демянск» площадь сократилась на треть, оборона значительно «уплотнилась», и Брокдорфу удалось вывести два полка в свой резерв, понимая, что новый штурм может вскоре последовать.
Однако маршал Кулик начал создавать сильную оборону по Полисти и Ловати — форсировать сразу два водных рубежа один за другим даже для вермахта является трудно выполнимой задачей. Потому сейчас именно в этом заболоченном «междуречье» шли ожесточенные бои между прорывающимися к Холму танковыми и моторизованными дивизиями 50-го корпуса, и отчаянно отбивающимися от них русскими войсками. Попытка генерала Зейдлица нанести второй деблокирующий удар, овладев Старой Руссой, «провалилась» с большими потерями, у нее в тылу начались ожесточенные бои за город Шимск. Так что радиограмму нового командующего группой армий «Север» генерал-полковника Кюхлера, сменившего фельдмаршала Лееба, Брокдорф воспринял спокойно, хотя в ней сообщалось, что одной операцией не обойтись, и в конце мая будет нанесен решающий удар, для чего «гарнизону» нужно перейти во встречное наступление. Вернее прорыв — всем стало ясно, что удерживать Демянск бесполезно, а его снабжение по воздуху уже вызвало кризис в транспортных самолетах люфтваффе. Никто не ожидал, что советская авиация будет действовать настолько активно и большими силами, а когда в небе появились «большие крысы» вместо маленьких и знакомых И-16, то даже германские истребители стали нести в схватках с ними серьезные потери. Что же говорить о других самолетах, днем они уже не летали — их просто уничтожали, как сейчас сбили огромный планер, что взорвался огненным клубком в ночном небе…
Глава 4
Из набалдашника дульного тормоза вырвался огромный язык пламени в клубах дыма — выстрел из 107 мм пушку выглядел красочно, особенно для ее конструктора, генерал-майора Грабина. Он смотрел на свое «детище» напряженным взглядом — орудие било беглым огнем, каждые десять секунд следовал выстрел, и можно было представить, что сейчас твориться внутри рубки самоходки, даже с включенными вентиляторами и открытым люком на ее задней стенке. Испытания на скорострельность проводил сам маршал Кулик, и надо отдать должное — старый фейерверкер царской артиллерии навыков не утратил и «глаз» был, как говорят в таких случаях «верным». Попадания снарядов в разбитый до полного хлама Pz-IV следовали одно за другим, такая точность несказанно удивила и самого Василия Гавриловича. И сейчас он прекрасно понимал, что никаких «рекламаций» точно не будет — другое орудие выдержало полтысячи выстрелов, прежде чем снаряд начал «болтаться» в стволе. И одно злило — первые испытания этой пушки состоялись еще в мае прошлого года, до войны, и хотя завод начал их выпускать, но на танки КВ его не стали ставить, хотя решение было принято. И все дело в том, что для установки избрали танк с большой башней, где стояла укороченная гаубица М-10Т. А его с началом войны перестали выпускать, а изготовленные пушки оказались бесхозными. Очень жаль было потраченного времени и вложенных трудов — ведь орудие прошло все испытания, для него специально сделали унитарный выстрел, причем в гильзе с дополнительной навеской пороха. Пробиваемость брони была куда выше, чем у М-60 — тут «утер нос» своему давнему конкуренту Петрову. Она буквально потрясала — с тысячи шестисот метров 107 мм снаряд проломил 120 мм броневую плиту под углом шестьдесят градусов. Да ни один танк не устоит, если в него попадет снаряд, что покидает ствол со скоростью восемьсот метров в секунду, а это на семьдесят метров больше, чем у М-60.
Но война смешала все планы, и казалось, что навсегда. Однако в конце прошлого сентября ему неожиданно позвонил бывший начальник ГАУ, ставший командующим Ленинградским фронтом, маршал Кулик. И сразу огорошил рядом заданий, среди которых было злосчастное 107 мм орудие, сделанное под баллистику М-60, которое выпустили малой серией. Грабин несказанно удивился — пушку будут выпускать, но с улучшениями, которые сделал он, и с унитарным боеприпасом. Кулик ему посоветовал чуть переработать орудие, и продолжить изготавливать его мелкими партиями, для установки в будущие САУ. И вот Василий Гаврилович присутствует на полигоне под Ленинградом, где стоит новая техника, созданная на ЛКЗ — а производят на заводе исключительно КВ. И сейчас конструктор видел буквально все машины, созданные на базе «клима». Два довоенных танка — серийный с М-10Т и его экспериментальный с ЗИС-6, а рядом с ними интересная пара, но уже самоходки, и орудия те же самые, только в рубке. И целая линейка из трех танков — сам КВ выпуска сорок первого года с ЗИС-5, который делали на Челябинском заводе, его «облегченный» вариант Кировского завода, но уже с его новой длинноствольной пушкой Ф-22Т, которую он переработал под зенитный боеприпас, расточив зарядную камеру. А ведь это Василий Гаврилович предлагал сделать еще в тридцать седьмом году, но его предложение «зарубил» маршал Тухачевский. Зато в сентябре о нем вспомнил маршал Кулик, и пришлось заняться налаживанием выпуска усовершенствованных вариантов — Ф-22Т и Ф-22Б, предназначенных для вооружения танков и противотанковой артиллерии соответственно, в «буксируемом» варианте. А заодно переделывать лафеты у выпущенных ранее орудий — работы незначительные по стоимости, но эффект оказался ошеломляющий. Стало ясно, что пушки ЗИС-5 и Ф-34, которые ставили на танки, следует поменять на длинноствольные образцы, и дело в том, что немцы стали экранировать свои танки со «лба» дополнительными броневыми плитами.
Теперь эту пушку оценили по достоинству и враги, захватив их немало в прошлом году в виде трофеев. Также расточили казенник, только еще больше, да и унитарный выстрел у них получился мощнее штатного боеприпаса почти в два с половиной раза. Появились эти переделанные пушки в прошлом месяце, и несколько снарядов и разбитое орудие досталось трофеем — Василий Гаврилович был безмерно удивлен — немцы переделали Ф-22, его собственное творение, лучше, чем это сделал он сам.
Самоходка перестала стрелять, открылись верхние люки. Из одного показался маршал, в танковом комбинезоне, уселся на крыше, стащил с головы шлемофон. И так сидел несколько минут, видимо устал — возраст все же — шестой десяток командующему фронтом пошел, на десять лет старше самого Грабина. Но спустился легко, подошел к конструктору и неожиданно сграбастал в объятия — такого поступка со стороны маршала тот никак не ожидал, отношения между ними были достаточно сложные.
— Вот что я тебе скажу, Василий Гаврилович — от добра добра не ищут. Пушку твою будем на самоходки ставить, и выпускать большой партией в Челябинске. Производство танков там будет прекращено, незачем — эти машины намного убойно станут действовать на любого противника. Точность изумительная для прямой наводки, а с полутора километра для любого тяжелого танка капец будет. Даже КВ с утолщенной лобовой плитой не устоит, а там 120 мм, да под небольшим наклоном.
Маршал, разомкнул объятия, чуть отошел в сторону — от комбинезона шел резкий запах сгоревшего пороха. Устало произнес:
— Твою переделанную под унитарный патрон пушку делать будет Петров, он ее на лафет гаубицы М-30 приспособил. Так что не обижайся — одно дело ведь делаете, ему поможешь если что. А «патрон» да, великолепен — скорострельность для танка и противотанковой пушки первейшая вещь. Гильзы выпускать начали, снаряды имеются, и производство нарастим, если потребуется больше. Хороший «патрон»…
Кулик говорил по-старому, с царских времен именуя снаряд с гильзой патроном. Прищурился:
— А вот башню с твоей «гадюкой» не только на КВ ставили, но и на Т-34, тот который «МК». Только их выпускать надо, так что придется тебе все танковые заводы новыми «старыми» пушками обеспечивать. А вот на КВ новую башню ставить будем — с 85 мм пушкой, ее производство Петров наладит. Эти «климы» мы здесь, на Кировском заводе выпускать с июля начнем, нам и танки нужны, и самоходки — производство корпусов отлажено, все отработано, нет нужды что-то новое придумывать. Да и времени не будет, и выпуск КВ потому нет резона прекращать, ведь лучшее это враг хорошего…