Герман Романов – Дорога к миру (страница 40)
— Понял, — Гудериан только хмыкнул, в голове тут же всплыла «информация» о будущем, которого, судя по всему услышанному, теперь точно не будет. И рейхсмаршал деловито уточнил детали:
— США с Британской империей в одной «связке», Германия, Россия и Япония в другой. Тут полный баланс соблюден — мы все действительно воевали, остальные, скажем так, «участвовали». Им и проигравшим брошена только «обглоданная кость», одна видимость власти. Это, как я понимаю, Франция, она, как и другие европейские страны, останется без своих колоний, но с «заморскими» франкоязычными территориями. Испания тоже займет место — все же на одном языке почти вся Латинская Америка болтает. Италия войдет со своими двумя королевскими династиями в рамках одной конфедерации. От Азии в «сцепке» пойдет Китай, хотя неясно, какая там будет власть — но у него место по праву. Позиции Индии даже не обсуждаются, мы сами настаивали на ее полной независимости. Так, пятерых я назвал точно, раз от тебя возражений не последовало.
— Так оно и есть — от Европы совокупно пять голосов, от Азии три, а что на счет других скажешь?
— От Африки Египет — король Фарук нашей линии крепко держится, опять же Суэцкий канал, без которого мы жить не можем. Скорее всего, и Эфиопия — она всегда была независимой, и уж вы ее «протолкнули» точно. Понятно, что из «Нового Света» для полного «уравновешивания» позиций нужны делегаты. А там только два больших государства — Мексика и Бразилия. Тут даже не обсуждается, ведь последняя — южная половина континента, говорящая к тому же на португальском языке. Хм, а десятым кто будет? И с какого континента, так лучше ставить вопрос.
— Марокко, Хайнц, именно Марокко, другой кандидатуры просто нет. Вот сам подумай, почему без местного короля никак не обойтись.
— А что думать — Танжер является международной зоной с его согласия, штаб-квартиру «Совета Мира» категорически нельзя устраивать в Нью-Йорке, это означает косвенное признание нами поражения. Так что пошел он на хрен, сколько бы там небоскребов не выделили. В Европе и Африке сами американцы уже не дадут — им такое и даром не нужно. В Латинской Америке их «задний двор» с «банановыми республиками», а оно нам надо? Так что только Марокко, тем более «международная зона» там давно, близко к Европе, и не так далеко от берегов США.
— Абсолютно точно, Хайнц — кандидатуры долго обсуждали, но только вчера выбор сделали именно в пользу Марокко. Однако решено при необходимости и укреплении позиций, увеличить количество участников с «совещательным голосом» от десяти до пятнадцати. Включили в список «пополнением» от «Нового Света» Аргентину. От Африки две наиболее крупных по населению «черных» страны, их еще создавать потребуется и доводить до нужных кондиций. От Азии еще Турция, а с нею в «сцепке» Иран.
— Это янки решили вам заранее «крылышки» немного «подрезать» — придется войска потихоньку выводить из Персии, как-то не комильфо будет выглядеть их присутствие.
— Так оно и есть, только шаха мы тоже раньше «флажками обвешали» — у него под рукою территории только формально подчиненные, а на самом деле независимые. Пусть только дернется, и поймет сразу, что не стоит этого делать. Есть Курдистан и Азербайджан, пока формально разделенный, но уже серьезный противовес, как персам, так и туркам.
— Приемлемо, — после короткой паузы подытожил Гудериан. И подумав немного, спросил с немалым интересом в голосе:
— Как на счет «разоружения и мира во всем мире»?
— Странно, но Рузвельт не только пошел на наши предложения, но и сам стал их «проталкивать», что подозрительно. Настоящие вооруженные силы только у «большой пятерки», у остальных пятнадцати в «урезанном» виде. Строгие ограничения — тоннаж кораблей не больше двух тысяч тонн, бронетехника лимитом до пятнадцати тонн, самолеты только с поршневыми моторами. Поставлять вооружение сверх этих лимитов им нельзя. Кто не будет соблюдать ограничения — на хрен с пляжа, как говорят. Новый кандидат сразу найдется, в очередь выстроятся — свято место пусто не бывает…
Глава 55
— Тяжкие переговоры, Хайнц, но своего мы, судя по всему, добились. Впрочем, как и они, просто сделали недовольную «мину». Так что стороны, так или иначе, но пришли к общему согласию. Или, по крайней мере, временно подвели промежуточные итоги и провели разграничивающие линии, что немаловажно. А вот что будет в будущем, предсказать совершенно невозможно. Но думаю, «холодная война» неизбежна, непреодолимые идеологические противоречия — два «разно-полярных» мира не могут сосуществовать рядом. Будет намного лучше, если их разделяют океаны.
— На них янки с англичанами занимают ключевые точки, Григорий, и ничего с этим мы пока поделать не можем. Против нас два самых мощных флота мира, и так легко свои позиции они не уступят.
— Сейчас да, а вот как будет в будущем, кто знает. И учти, даже в нынешней ситуации мы серьезно ограничили возможности противника. Вся северная часть Индийского и западная часть Тихого океана под нашим контролем. Англичане могут держать только коммуникации между Южной Африкой и Австралией, и там дальше по Тихому океану, его центральной и восточной частью. Да, отдавать Исландию с Гренландией они не собираются, датчане простились со своими колониями, но так и мы перекрыли им проход в наши арктические моря. И хорошо, что вы успели занять Азорские острова — теперь половина Атлантики наша, а это позволит сделать многое. Если англосаксы попробуют пресечь где-то наши морские коммуникации, мы немедленно напакостим в западной части Атлантики, и прервем короткие маршруты до Южной Африки, пусть мыс Горн огибают, хорошенькие пробежки получатся. А там начнем продвигаться по Африке к югу — и все, мир будет окончательно поделен на две не равные половины, и большая будет у нас. А там кто знает, как в Латинской Америке дела пойдут — американцев там сильно недолюбливают, и это еще мягко сказано. Почему бы нам исподволь не раздувать эту ненависть к вящей пользе.
Кулик замолчал, поглядывая в окно — в пригороде Берлина, где стояли весьма скромные дома для руководства рейха, по всем параметрам уступавшие усадьбам «новых русских» из его времени, было чистенько — опавшую листву давно убрали, на город надвинулась зима с ее слякотью и дождями. Это в Москве уже выпал снег и ударили первые морозцы — а тут серая и унылая погода, про такую недаром говорят, что она «мерзопакостная». Но война прекратилась, и это ощущение восприняли все немцы. Магазинчиков и лавок прибавилось, на многие товары отменили распределение — с продовольствием полный порядок. Все, что произрастало в европейских странах, выложено на прилавках — есть испанские апельсины и оливки из Италии, египетские финики не вызывают удивления, свежая выпечка разнообразных сортов, всевозможные овощи и фрукты. В спиртном вообще без ограничений — французский коньяк обыденность, не говоря о всевозможных винах — со всех уголков Европы, где только есть виноградники. В шнапсе и разнообразных местных настойках ограничений нет, на полках русская водка стоит — многие ветераны «восточного фронта» предпочитают именно ее. Табак на любой вкус — балканский, турецкий, испанский и прочий, даже из стран Ближнего Востока. Сигареты и папиросы в картонных коробках, трубочный в пачках, даже сигары встречаются, но исключительно местной выделки, не кубинские «гаваны», понятное дело. Американских сигарет вообще нет, и это означает только одно — экспорта из США не будет, началась борьба за «отечественного производителя», так сказать, политика протекционизма.
Единственное, что сразу бросается в глаза — мясной и молочной продукции недостаточно. Тут отпуск по карточкам — поголовье скота во всех странах только начали восстанавливать. Нет, многое можно купить дополнительно. Вот только цены даже в сравнении с московскими, «запредельные», и прижимистые немцы берут все скромно, даже «полкило» копченой колбасы немыслимая роскошь. Впрочем, в «елисеевском» гастрономе та же картина — сортов колбасы немало, только очереди не выстраиваются, жители 'Первопрестольной довольствуются хуже, чем берлинцы, заработки еще не ахти какие, про провинции и говорить не приходится.
А так все похоже — мир вроде наступил, люди повеселели, и это видно по лицам, с которых исчезло угрюмое выражение. Окна к зиме везде отмыты, только дороги немцы чисто подметают, и нет привычного для России мусора. Хотя с последним безобразием в городах борются — штаты дворников в каждых домах оформлены, регулярный вывоз организован. Но до германского «орднунга» далеко, тут поколение смениться должно, а то и два, и то никаких гарантий — менталитет совершенно иной. Впрочем, уже выпал снег и надежно укрыл своим белым покрывалом творящиеся вокруг безобразие. Пусть только до следующей весны, но хоть так. Тут страну нужно восстанавливать, руины разбирать, заводы и города заново отстраивать. И это при том, что положение сейчас многократно лучше, ведь не произошло тотального разорения. К тому же не восточноевропейским окраинам помогаем, а с них часть ресурсов отбираем, как раз те, что в другой ситуации на военные расходы пошли. А так все в пользу идет, да и немцы нешуточно напряглись, старательно пытаются загладить ущерб. Заводское оборудование передают, техническую помощь налаживают, нефтепереработку помогли реорганизовать, специалистов отправляют. Торговые соглашения скрупулезно выполняются — тот же американский алюминий поставками из Германии восполнен. А случись воевать, так лучше вместе с ними плечом к плечу стать — не то, что ни одна страна в мире, даже США со своими «пристяжными», сухопутную армию просто не выставят, и это хорошо понимают в Вашингтоне и Лондоне. А потому нет тех чудовищных военных расходов, которые невыносимым бременем давили советскую экономику в 1940-е — 1950-е годы, сейчас намного легче, и восстановление идет гораздо быстрее, причем отнюдь не военнопленными — их всех давно отправили на родину, по домам…