Герман Горшенев – Звёздная Кровь Архераил. Книга 5. План номер ноль (страница 15)

Всю местную географию наёмница мне сбросила мыслеобразом, поэтому я всё знал, как сам там был. Подруга в этом круге бродила немало, и на любые вопросы у нас находились синхронные ответы. Собственно, допрос долго не продолжался, и экзамен мы сдали, но было видно, что из появления невосходящих, которые потом чуть не прибили главного гадёныша, организаторы сделали выводы, и теперь всех, кто примыкал к армии, проверяли более тщательно, а не просто мазнув по полусотне человек лёгким движением. Из этого и мы сделали выводы, что рикс жив.

Всё так и было. Молодой предводитель был помят, но бодр и задорен. Вся мордочка после нашего посещения была в шрамах. Отсутствовала часть мочки уха. Половина лица ещё скрывалась под бинтами, но в глазах по-прежнему светилась целеустремленность и решительность. Окружающие красочно описывали несгибаемого и бесстрашного предводителя, а данная информация находилась в свободном и широком доступе. Все до самого последнего «салабона» в армии знали, что на их обожаемого вождя напали неизвестные невосходящие. Именно невосходящие, и это ключевое. Они обманули проверяющих, протащили сильные амулеты, ранили рикса ночью, а потом, использовав ещё один амулет, пытались добить. Амулеты с рунами, которые могут активировать простые люди, – дело обычное, а по силе они иногда превосходят мощь развитых восходящих. Как протащили? Человеческий фактор. Жертв было много, но серебряное тело начальника выдержало, хотя ран было предостаточно. Скоро получим пополнение, снова двинем и за всё отомстим, компенсировав неудобства богатой добычей. Наш молодой глава народа – молодец, а новичков по-прежнему ждём, но просто так бродить по лагерю им уже не дадут. Сами понимаете.

Сидели в глубоком раздумье. Мы-то знали истинный расклад сил и тоже были в загадках. Длань пыталась рассуждать:

– Скотина живучая. Я понимаю, что можно после огня и осколков выжить, но как он жив остался после того, как ты в средоточие ткнул? – бурчала наёмница.

– Представления не имею. И почему полрожи в шрамах, а основная рана в груди должна быть? На ноги после такого не поднимаются, – скорее в мироздание бурчал я, полностью подражая интонации своей супруги.

Наёмница задумалась, а потом просияла лицом, как будто вспомнила что-то простое, но которое всё время забывается.

– Он сам себя порезал. По ранам и кровотечению вижу. Когда мы его убивали, то тряпки не там и не так, кровь совсем по-другому должна сочиться. После твоего налёта шатер до самого потолка был забрызган, а это новое тело, и чтобы замести следы регенерации, сам себе надрезы сделал или кто-то из верных помог.

– Зачем? Если тело новое, смысл портить?

– А как ты объяснишь, что на тебе ни царапины, когда весь шатёр в кровище? Сказать, что у тебя двойник был? Он восходящий, и двойника не может быть в принципе. В риксе слава, имя от наблюдателя, руны. Подделать невозможно.

– Я не понимаю, – искренне удивился ходу мыслей супруги.

– Это не раны, это шрамление. Если у него нет клонов, то всегда можно найти похожего по размеру и росту двойника, но полностью идеального совпадения не будет. А вот если правильно изуродовать, то можно сделать абсолютно идеально. Нанести шрамы, подрезать губу, свернуть нос, оторвать кусочек уха. С одной стороны, уникально, с другой, это можно точно воспроизвести и на новых телах. Думаю, мелкий рикс теперь предполагает, что ему тела придётся менять почаще, а клон-центра у него не имеется. Находить каждый раз двойников очень непросто. Если полрожи заделать шрамами, заживить рунами и на сохранение под сонный настой трав, то можно заранее подобрать двойников и отрезать им что надо. Это будет легче, чем искать с идентичным лицом.

– Поэтому он и общается, не подходя близко! – просиял уже я.

– Точно! А ещё местные не станут присматриваться к остальному, если шрамы на месте. Им в голову не придёт, что шрамы не уникальны, и их легче подделать, чем нормального двойника искать.

– А есть те, кто в курсе и знает об этом? – спросил я наёмницу.

– Конечно есть. Это ближайшее окружение. Кто-то ловит, режет, консервирует, дохлых риксов после наших визитов прикапывает.

– А как же слава? – задал я очередной глупый вопрос, после которого Длань погрузилась в долгие размышления.

Судя по всему, у наёмницы тоже ответа не было. Я думал, а в голову лезли кучи воспоминаний. На одном очень депрессивном и небогатом орбитале появилась отчаянная банда. Отморозки особо злые, шустрые и аккуратные, их не могли поймать и даже следов нащупать. Мы находились на этом орбитале всего пару часов, и не знаю, чем закончилась история. Лично меня она не могла коснуться никаким боком, когда пьёшь в компании пяти парней и трёх девчонок из «штурмов» первой линии десантуры, со всеми модификациями имплантов и протезированием. Если у местных бандосов нет танка прорыва, то ловить им с нашей компании нечего. Я и не знал, что на орбитале бандиты свирепствуют, пока не посетил местный гальюн и не увидел огромную надпись и направленную в тебя видеокамеру, обведённую светящейся краской, чтобы видно, что это официальная камера, а не скрытые подглядки. Пенного выпили нормально, и мне было плевать, хоть с горы, но пока стоял, с интересом читал размашистые буквы: «Видеонаблюдение в очистителе ведётся исключительно в целях вашей безопасности».

Когда вернулся и рассказал об увиденном, мне пояснили, что руководство орбитала решило поставить видеокамеры везде. Вообще везде, хоть очиститель, хоть спальня жилого модуля, хоть камера для переработки отходов, и там кроме крыс никто всё равно не выживет. Точно! Видеонаблюдение! У меня, конечно, его не было, зато был симбионт, который помнит всё. Мыслеобраз и через мгновение обратно, когда я выпрыгивал из домена и сдох без применения чёрной руны, а потом очутился в капсуле, которую приготовили специально для меня созидатели.

Для наблюдателя я был новым Архераилом, руны перешли только из коллекции, звёздной крови не было, но единицы славы совпали абсолютно! Точно, меня убил Верховный, и в теле кота я появился только со своей коллекцией рун, его звёздной кровью и со своей славой, хотя оказался в другом теле. Я не обращал на это внимания и таким параметром никогда не пользовался. Просто незачем было. Если погибал с применением чёрной руны, то каждый раз наблюдатель мне назначал пятьдесят единиц славы в награду за то, что я прибил очередную мерзкую тварь Архераил, и лишал ранее накопленной. Мне незачем, поэтому я это, как обычно, пропустил мимо, но это надо риксам, кингам и прочим, кто не получит титул без славы.

Симбионт переносил коллекцию привязанных к душе рун и славу. Славу, червь его. Скинул мыслеобраз подруге и тут же получил обратный, в котором корректно спрашивали, правда ли я тупой, и что слава переходит вместе с душой. А ещё приписку. После того как Длань сама себя грохнула руной из арсенала червей, когда прикрывала отряд, наблюдатель забрал у неё всю славу, а в новом теле вознаградил наёмницу, что она сама себя прибила. Подруга была в недоумении, но после применения мерзких рун может случиться всё что угодно, а наблюдатель так орал и обливал позором, что она приняла это за заскок управляющего миром искина и просто перестала из этого делать глубокомысленные выводы, а занялась насущными делами.

Вот это прозрение! Хотел завопить, и большого стоило не перейти на повышенный тон.

– Слава! Слава переходит вместе с телом гадёныша. Вот откуда у него столько славы. У него симбионт, как у нас. Он такой, как мы. У него тоже в голове свой житель сидит. Слава не у мальчишки была, а у рикса, которого ты прибила в первый раз. Он сделал выводы, сменил тело на молодого парня, перестал таскаться с девками и начал общаться только через доверенных людей, а может быть, он давно это хотел сделать, но не мог, пока сидел в теле прежнего рикса, тупого и кровожадного. А когда появилось новое, то поменял стиль управления.

– Ты это серьёзно?

Я не мог рассказать о Златоглазке и говорящей голове не потому, что не доверял, просто иногда такие тайны могут причинить много вреда, и пусть они будут при мне, но следов применения моей чёрной руны было столько, что без подробностей вполне можно рассказать, тем более наёмница сама имела очень мощную руну с той стороны восхождения. Житель головы сформировал блок информации, и я отправил его наёмнице. Как женщины красивы, когда ругаются, но не на тебя, а просто абстрактно. Семён, получая новое тело, получал всё, что было в нём, включая славу, руны и атрибуты. Это подтверждало, что новый рикс народа Подвижных Камней никакой не новый, а тот же самый, и у него симбионт, как у нас.

– А почему тогда я его не почувствовала, когда в шатре с ним была? – удивилась Длань.

– Это нормально. Импланты придуманы не для того, чтобы орать на весь космос, а следить, тихо слушать и защищать разум носителя. Если нет необходимости, то они всегда сидят в голове и помалкивают. Если человек не хочет, чтобы его видели, то никогда не догадаешься, что у него есть система регенерации. Может, поэтому нас как восходящих не видят, пока мы не захотим.

В подтверждение слов тут же получил мыслеобраз от своего жителя головы, который был изумлён, что эта идея пришла мне только сейчас. Конечно, он этим занимался всю мою сознательную жизнь, от первых встреч на полигоне с тварями Грани, выпускаемыми для обучения, до самых страшных прорывов, которые мы закрывали. Нет лучше способа обезопасить разум и душу, чем спрятать её и сделать невидимой. «Спасибо!» – мысленно поблагодарил я своего неусыпного стража головы, и переправил эти выкладки моей подруге, чем ввёл её в некие размышления.