Герман Горшенев – Великий библиотекарь (страница 4)
Нападавшие прекрасно знали возможности Суворовых и решили дождаться темноты, когда мы в полной мере не сможем использовать возможности своего оружия. Двести-триста метров — это не дистанция для автомата и чудовищная пропасть для множества рун и всех без исключения стрел и палок. Со стороны камней на нас осторожно поглядывали, на секунду высовывая рожи в совершенно непредсказуемых местах, исключая возможность прицеливания. Была, конечно, пара любителей поглазеть подольше, но Реверс, как наш главный снайпер, успевал подарить по точному попаданию между глаз и теперь на нас поглядывали мельком и искоса.
Думаю, по тем же самым причинам никто по опушке леса не шастал, а если и наблюдали, то из глубины подлеска. «Ночи ждут», — сообщил Агей, на что оставалось только согласно кивнуть. В темноте мы нормально стрелять издалека не сможем утратим большую часть своего преимущества. Всё очевидно. У многих были Руны ночного зрения, но не у всех, и работают они далеко не всегда прямо очень хорошо. Я слышал историю про одно горное поселение, которое решили атаковать ночью. Вначале осаждавшие дождались темноты и бросились в атаку, а защитники активировали Руны ночного зрения приготовились засыпать стрелами и заклинаниями негодяев, но те просто убежали и вернулись уже во второй половине ночи, когда у большинства защитников Руны ушли на перезарядку. Оставалось несколько уникумов, у которых ночное зрение было навыком, но их было немного и в и тоге обороняющихся добили, потому что своё ночное зрение нападавшие включили перед второй атакой.
Лучах Игг-древа показался силуэт летящей огромной птицы. Она неслась на приличной скорости, почти над самыми верхушками деревьев, и показавшись нам буквально пару раз.
— Свои! Сейчас им червя всунут! — крикнул один из парней, внимательно смотревший в сторону приближающегося летящего животного.
Птица летела специально, почти прижимаясь брюхом к верхушкам крон, чтобы остаться незамеченной, для наших преследователей, и пару раз слегка приподнялась, чтобы сообщить нам о своём прибытии. А затем промелькнула над нашей группой и проскользнула над первой группой преследователей. «Крылорез — содержит Звёздную Кровь», — увидел я пояснения в интерфейсе восхождения. На головы негодяев, свистя и рассекая воздух, стали падать знакомые иглы. Народ заорал, вжался в землю, вспыхнули рунные защиты и над головами показались деревянные или вытащенные из Рун щиты, а порой просто тряпки, которыми пытались прикрыться от падающих игл. Птица сделала разворот и пошла к лесу, где за нами шла вторая, более многочисленная группа.
Вспыхнуло штук пятнадцать огненных всполохов, разгорающихся и соединившихся в одно горящее озеро. Из огня, очень эффектно, завивая оставляемой турбулентностью воздуха языки пламени, ушла в сторону знакомая птица, с ещё более знакомой наездницей. Следующий заход был с использованием несколько иного, явно самопального боеприпаса, но изготовленного по весьма знакомым принципам. Вниз полетело четыре цилиндра, каждый из которых раскрылся на штук двадцать небольших шариков, которые взорвались над головами ждущих очередную партию игл людей из первого отряда. Грохнуло на высоте метров трёх, и по всей территории, где пытались укрыться негодяи, вздыбились выбиваемые осколками фонтанчики пыли, а редкие кустики устроили настоящий листопад из оторванной поражающими элементами зелени.
В Единстве народ либо очень защищённый, когда достигает высоких уровней на сильной бронзе или даже на серебре, либо совсем иначе. Бронзовый Восходящий наверняка переживёт попадание осколков и даже выскочит из объятого пламенем леса, но противоосколочной брони здесь не носят и почти все доспехи отлично пробивались подобными средствами поражения. Если человек не был защищён атрибутами Восхождения, то местных поделок явно недостаточно.
Это была моя рыба, а птица, та самая, которую мы хапнули, когда шли к островам Харай. Я много говорил со Склизкой о воздушных боях, преодолении систем ПВО и о том, как быть невидимым в чистом небе. Рассказывал, как не провалиться в воздушную яму и о том, что делать, когда на хвост сели твари Грани, выполнявшие роль истребителей у чудовищ изнанки. Мы об этом говорили задолго до нашего морского путешествия, даже не предполагая, что у нас появиться ездовая птица. Склизкой просто было интересно послушать, а я люблю об этом рассказывать. Никто не предполагал, что пригодиться.
Среди Восходящих появляются крепкие ребята, которых не берут копья, стрелы, удары палками по голове, и даже очередь из Суворова, но для большинства множественные осколочные ранения, поразившие руки, ноги, глаза и пробивающие брюшину, даже через лёгкие доспехи, являются весомым аргументом.
Крепышей было видно сразу. Их оказалось трое. Один выбежал из леса, полыхая словно факел, и двое устояли на ногах, когда все остальные валялись на земле и орали, после удара кассетного боеприпаса. Птица ушла в свал и скрылось за кронами деревьев, а пущенные в след Руны, ударили в листву и вспыхнули ледяным пламенем, разнося зелёные заросли. Обратил внимание, что полетевшая в удаляющуюся летунью Руна корректировала своё направление, но Склизкая наверняка ушла вниз, а не вверх, чтобы между ней и выпущенным заклинанием оказалась преграда в виде раскидистых крон деревьев.
Применявшиеся с воздуха боеприпасы оказались массивные и очень мощные, но подвесов под седлом я не заметил, а потом мысленно хлопнул себя по лбу. Криптор. Да, конечно, таскать такую тяжесть на животном смысла не было. Бомбы хранили в наручном браслете. Наверняка такую редкую и универсальную единицу снарядили по максимуму. Нет смысла таскать тонны бомб под брюхом, а в тоже время эти самые тонны бомб могут понадобиться в любую минуту. Вот как сейчас, пришлись как нельзя кстати. Хастры использовали крипторы очень часто, выдавая в экспедиции или как средство доставки конфиденциальных грузов. Большинство браслетов возвращали в земную колонию, но некоторая часть оставалась торговцам или Народу Чести, как оплата за возвращенных и спасённых из капсул колонистов.
Авиация — это всегда хорошо. В колонии Гадюки отлично делали взрывчатку из местных материалов, добывая необходимое чуть ли не просто накапывая обычной лопатой. Многие минералы здесь практически в чистом виде лежали грудами, и собрать нужную формулу не было проблемой. А если усилить руной, то можно получить эффект, не сильно уступающий стандартным боеприпасам. По крайней мере полыхнуло и грохнуло очень прилично. Дальше уже мы поменялись местами. Отпускать говнюков после такого никто не собирался, по крайней мере до того момента, пока пару раз по голове от души прикладом не стукнем.
С Восходящими всегда проблема. Ребята, пережившие удар кассетными боеприпасами, были очень непросты и постарались использовать своё преимущество, а мы своё, а именно большую дистанцию.
Свой криптор мне вручили таскать самому, разумеется, после того как глянули на содержимое, но брать ничего не стали. Я выхватил штурмовой комплекс, с которым был хорошо знаком. В колонии Гадюки почти всё оружие было именно этой модификации и так получилось, что мой личный настрел из укороченной версии Суворова был больше чем из обычной. Но сейчас я хотел использовать другие возможности. К подствольному гранатомёту щедро насыпали гранат. Четыре типа в коробках по двенадцать штук и по две коробки каждого вида. Вполне рабочий запас для приличного боя. Это были не самопальные боеприпасы, которыми пользовались в колонии Вепря, заменяя гранатой фактически дробовой ствол, а настоящие, умные, с модулем управления и коррекции. В комплект входили осколочные, кумулятивные и два вида зажигательных. Одни метали плотный термитный заряд, который горел очень сильно и долго, сродни зажигательной гранате, а другие накрывали пятно, разрываясь у цели и образуя облако огня. Быстро, но очень жарко и сразу большим пятном.
В каждой гранате имелся электронный модуль, позволявший немного корректировать траекторию, подрывать гранату как на подлете к цели, так и с замедлением, чтобы влетевшая в окно граната взорвалась посередине комнаты. Это мог сделать любой боец в самом простом шлеме, не говоря уже о специализированных, но как раз его у меня и не было, но лично мне он и не был нужен. Пока парни лупили из Суворовых, стараясь не дать сократить дистанцию, побежавшим на нас двоим восходящим, зарядил кумулятивную гранату, а Симбионт давал точки коррекции.
Ближайший Восходящий, который бежал в нашу сторону и развил приличную скорость, был одет в доспех из белёсых кусков металла, как казалось собранных по случаю и приспособленных как смогли, но зато дырок от осколков эти пластины не имели. В других местах легко было заметить явные следы попаданий, пробитий и отлично различимые кровоподтёки, вот именно поэтому я решил поступать осторожно. Здесь часто делали защиту, собирая обломки материалов, оставшихся после старинных битв, вроде останков воинов Наблюдателя или чешуи неведомых зверюг. Пробить подобную защиту часто не могли не только пули Суворова, но и крупнокалиберные комплексы, вот и я не буду. Рисковать и тратить ценный боеприпас на попытку пробить доспех точно не было смысла.