Гэри Райт – Дорога на запад (страница 16)

Кевин на миг закрыл глаза. Да, он кое-что знал о гномах...

- Тогда Оттар Дуб отнял руку от уха и уставился на нее так, словно не мог поверить, что это его кровь, а затем сунул руку под этот кожаный плащ, который они обычно носят, и вытащил оттуда самый страшный топор с двумя лезвиями, которые вам только приходилось видеть. Тут гном, которого прищемило навесом - некий Холм из Хойкриджа - выбрался оттуда так, что чуть не разнес в щепы весь прилавок, и голыми руками отломал от навес крайнюю планку. Чтоб мне провалиться на этом самом месте! Добрых несколько футов длиной и в три пальца толщиной, из крепкого дуба.

А Барли Гранитная Плита просто вышел на мостовую, и в руках у него было по огромному булыжнику. Вся Верхняя улица вымощена такими, размером с человеческую голову, а то и побольше. И он вытащил их из мостовой, просто потянув за верхушки! Лицо у него при том было совершенно ужасное!

Тогда вся толпа немного посторонилась и расчистила пространство, и эти три гнома вышли на берсеркера.

Но этот берсеркер вовсе на них не глядел, он смотрел вверх, словно пес на луну, и тут Барли попал ему булыжником точно в голову. Камень, словно из катапульты пущенный, попал берсеркеру точно в шею, он лязгнул зубами, как жерновами, его башка запрокинулась, и я готов поклясться, что когда он упал, то первым ударился о мостовую его шлем, а из доспехов взметнулась туча пыли, которая бывает возле мельницы в ветреную погоду.

Потом, когда эхо его падения затихло, наступила тишина, да такая, что можно было услышать, как комар пукнет. Гномы подошли к нему поближе, берсеркер лежал тихо, как дохлая рыба, и стали совещаться. Старый граф, который хвалился, что немного понимает язык гномов, клянется, что они собирались отрезать ему голову и посадить на шест, чтобы отпугивать медведей от коровника.

Рассказчик наконец замолчал, уставившись взглядом в исцарапанную столешницу и смущенно качая головой. Кевин все еще думал о гномах... О Гоуне Тихом, который теперь навеки затих. Его прозвали Тихим, потому что...

- А что дальше? - нахмурился Кевин, с трудом отгоняя воспоминания.

- Потом явилась Стража и поволокла берсеркера прочь. Сначала они очень сердились из-за всего этого и кричали, что драки на улице вполне достаточно, чтобы посадить всех под замок, но Барли Гранитная Плита очень сердито поигрывал оставшимся у него булыжником, подбрасывая и ловя, словно это был орех. А потом эти гномы просто воткнули эти камни обратно в мостовую, да так аккуратно, что ни за что не догадаешься, что они были вынуты, и укрепили навес медника лучше, чем было. Все решили, что они поступили как надо, и угостили гномов пивом. Одним словом, все остались довольны, за исключением, разумеется. Кельта Писаря. Некоторое время он злился, как никогда раньше.

Он хихикнул и выжидательно посмотрел на опустевший кувшин. Кевин немедленно помахал рукой, чтобы принесли еще эля. Возможно, услышанная им история стоила того. К тому времени за его стол присели еще несколько человек. Один из них, нескладный тощий мужчина с длинными руками, который пристроился к элю Кевина и принялся опорожнять кувшин за кувшином, словно человек, наполняющий бочку, внезапно заговорил слабым голосом:

- Этот берсеркер шел, чтобы присоединиться к разбойникам в проходах.

- Откуда ты это знаешь, Арнольд? - немедленно спросил у него рассказчик. - Вы что, шли туда вместе?

- Стражник Лакер сказал мне об этом.

- Лакер не отличит своей задницы от дырки в заборе. Он слегк тронулся с тех пор, как уцелел после ужасного нападения в Проходе.

- Но все же бандиты есть бандиты, и они засели в горах! Вейлская Стража не смогла открыть путь этой весной, хотя битва была жестокой.

Кевин поворачивался то к одному, то к другому, стараясь не упустить нить разговора о бандитах и Проходах, но все фразы казались одинаковыми, все лица - похожими одно на другое. Вот заговорил еще один мужчина, не забыв угоститься элем из кувшина.

- Они уже долго держат нож у горла нашего города. Пойти через Проход у Скалы-Замка значит пропасть ни за грош, а с прошлого года это относится и к Северному Проходу.

Еще одна рука потянулась к кувшину с элем и опустошила его наполовину. Кевин поспешил наполнить свою кружку и снова сделал знак служанке. Он что-то хотел спросить... только вот что это было?

- Как далеко до Прохода у Скалы-Замка? - спросил он.

- Около девяти миль до самой верхней точки, - ответили ему. - Девять миль или три лиги, если вам так привычней.

- Так... а как добраться до Прохода у Шка... Скалы-Замка? - снов задал вопрос Кевин, причем язык снова подвел его.

Обращенное к нему лицо в форме сломанного колуна скосило водянистый глаз в сторону, в какую указывали его пальцы.

- Сначала... по Западной дороге, - тщательно выговорил человек. - Отсюда надо идти на запад...

Маленький старик, рассказывавший про берсеркера, важно кивнул и скрестил руки на груди.

Кевин ждал, потом насмешливо поднял кружку:

- Похоже, мне предоставлена возможность все выяснить самому.

- Я просто сказал, что дорога идет в... - оправдывался мужчина с водянистыми глазами.

- Да Леви не умеет объяснить, как найти свой левый башмак! - вмешался еще кто-то. - На запад идут два пути. Один - по Западной дороге через Проход у Скалы-Замка, а второй - через Северный Проход. Но это долгий окружной путь, и к тому же в последнее время Северный Проход тоже небезопасен.

- Да, - кивнул еще кто-то, - там в горах разбойники и неизвестно еще что. Безопасных дорог больше не осталось.

- Но караван рабовладельцев преодолел Северный Проход без каких-либо неприятностей, - возразил чей-то голос.

- Да ты можешь везти хоть груз коровьих лепешек. Это ни о чем не говорит.

- И еще земля в последнее время трясется, - добавил кто-то тихим, печальным голосом. - Это дракон шевелится под горой.

- Я не знаю, есть ли этот дракон на самом деле, - говоривший потер лицо грязной рукой, - но когда земля трясется, то это не к добру, я уверен. Моя мать всегда говорила, что это предзнаменование, и я тоже так думаю. Это плохой знак.

- Попомните мои слова, - заговорил еще один мужчина. - В горах готовится кое-что похуже, чем набег шайки гнусных бандитов.

И головы людей вокруг стола согласно и торжественно закивали.

- Да, слишком много вещей происходит сегодня, которые раньше считались не более чем страшными сказками, чтобы пугать детей.

Кевин налил себе еще эля и попытался сосредоточиться. Все эти россказни о драконах и дрожащей земле заслуживали более тщательного обсуждения. Он поискал слова и наконец нашел.

- Что, например? - спросил он.

Мужчины переглянулись.

- Ну, - сказал один из них, - есть вещи, о которых лучше не упоминать.

- Клянусь ногтями и сосками Великого Пандры, Эдвард, - проворчал его сосед. - Ты труслив, как ящерица. Говорить о чем-то не означает впустить это через дверь!

Эдвард булькнул элем:

- Это одно и то же...

- Эд прав! Опасно называть вещи по именам!

- У этих вещей нет имен! Они приходят с гор!

- Это верно. Помните, что говорили те люди прошлой осенью? Ну, из того каравана, который подвергся нападению в Северном Проходе? Они не могли даже назвать тех тварей!

- Но они пытались, не правда ли? Они перечислили всех тварей из Темного мира - обратной стороны волшебства.

- Обратная сторона волшебства была разрушена во времена Хаоса. Ничего не должно было остаться, - говоривший посмотрел на человека, упоминавшего о драконе. - И никаких драконов. Ничего подобного не осталось.

Крупный мужчина проворчал:

- Я не видел одноглазых эльфов, но это не значит, что их не существует. Кроме бандитов, в Макаабских горах полным-полно разных мрачных существ, я уверен в этом.

Над столом повисла напряженная тишина. Казалось, что каждый из сидящих здесь избегал смотреть в глаза другим. Кевин тоже некоторое время хмурился над своей кружкой, затем сказал:

- Везде, где мне довелось побывать, существуют легенды о существах Темного мира - обратной стороны волшеб... волшебства.

После небольшого молчания кто-то спросил:

- Ну и?..

- Значит... - Кевину никак не удавалось привести в порядок свои мысли, чтобы выговорить то, что он собирался сказать... Да, кстати, что же он собирался сказать? - Мне просто кажется... что кое-что из этого... возможно, на самом деле существует.

История, вот что это было! История войн. Кевин никогда не любил этот предмет. Но там было одно положение, которое было бы уместно привести сейчас, вот только удалось бы его припомнить. Кевин заговорил медленно и осторожно, тщательно подбирая слова, чтобы избегать сложных пассажей, н которых он снова бы запнулся и которые помешали бы ему ясно выразить мысль.

Если существа из Темного мира - обратной стороны волшебства - действительно существовали - существа и чудовища, - то... то тогда можно предположить, что они до сих пор существуют.

Вот! Оно! То, что он хотел сказать, или, по крайней мере, нечто близкое к этому.

- Они все погибли во времена Хаоса, - раздался один голос.

- Точно! - поддержал его другой.

- Подождите! - перебил Кевин.

- Обратная сторона волшебства до сих пор существует! - утверждал кто-то еще.

- Они не могли быть все уничтожены, они просто есть.

- Бабушкины сказки!

- Бабушкины сказки, клянусь задницей!