Гэри Фраус – Игра со Льдом (страница 9)

– Давай, козёл, попробуй, – сказал Дерек.

И если бы не вошедший тренер, то потасовки было не миновать.

Он зашёл медленно, молча, весь уставший и понурый. Галстук ослаблен, пиджак расстегнут, руки в карманах.

Наш тренер – Винсент Гарден, был для каждого одним из главных людей в жизни, но для меня самым главным. Не получив поддержку от отца, я получил её от него. Он всегда меня стимулировал, дарил надежду, что я смогу, учил меня как правильно. Он видел потенциал, не ругал за ошибки, и просто был отличным учителем. Когда я пришёл в клуб, ему было около сорока, но сейчас он уже совсем взрослый мужчина, с легкой сединой и уставшим взглядом.

Когда он зашёл, все замолчали и уставились на него, как будто ожидая приговора.

– Да уж, не такое начало сезона я представлял, – начал он, – На тренировках вы отрабатывали всё, показывали максимум, я был прям, доволен, а сейчас что? Вы будто в первый раз вышли на лёд, впервые познакомились с шайбой, только делали, что пятились, и отдавали зону соперникам.

– Мистер Винсент, я сам не знаю, что случилось, все как будто растерялись, – сказал Джек.

– Довольно. Вы просто расслабились за этот отпуск, у вас пропал запал, но ничего. С этого дня тренировки не по два часа, а по три, без учёта времени на сборы. Два часа на льду, час на улице, будем приводить вас в порядок, – закончил он и вышел.

Внутри были смешанные чувства, будто я подвёл самого важного человека в своей жизни и ничего уже не исправить. Игра выдалась неудачной, во всех её моментах. Но уже дома перепалка продолжилась, теперь с ещё одним человеком.

– Я смотрела и даже глаза от ужаса закрывала. Это просто позор, Рэй, что ты устроил, про Дерека я вообще молчу, – недовольно сказала Эви.

– Ой, нашлась тут, эксперт, я диванных критиков не спрашивал, – ответил я.

Что она вообще в этом понимает, если её парень хоккеист, то это не значит, что она может вставлять своё я.

– Она говорит правду, Рэй. Зачем ты в драку то полез?– спросил Джек.

– Да достал он меня, клюшкой своей тыкает и тыкает, вот я и показал, что он дебил, а я молодец

Это абсолютно нормально, по—другому не показать свой характер. Ты либо делаешь то, что должен, либо показываешь, что можешь проглотить все молча.

– В итоге опозорил всю команду, решив, что должен кому то, что то доказать, смотреть было невозможно. Из за тебя за один тайм было забито две шайбы в ваши ворота, это даже смешно, – не унималась Эви.

– Ты вообще помолчи, пожалуйста, и без тебя тошно. Твоё мнение никто не спрашивал, можешь не ходить на наши игры, если что—то не нравится. Никто мне указывать не будет, что я сделал, как я сделал, особенно ты. Что ты вообще в хоккее понимаешь то, мелкая? Думаешь, если спишь с капитаном, то тебе его знания через секс переходят в мозг? – грубо ответил я.

Комната наполнилось тишиной, парни уставились на меня, Эви сжала кулаки, но после расслабилась и спокойно ответила:

– Вот как? – ее голос был безразличен, – Если не я, то кто ещё тебе это скажет, вот так, без лести, всю правду в лицо? А ты Рэй, просто придурок, если не принимаешь критику, проблема у тебя в голове – сказала Эви, встала и направилась на выход.

– Эви, Эви стой, – крикнул Джек, – Боже, Рэй, ну что ты за человек, – он резко сорвал с меня часы, – Извинишься, верну часы, козёл.

Он направился за Эви, оставив меня в полном недоумении. Я повернулся на парней, их взгляд говорил, что они поддерживают Эви.

– А что, я неправ разве? – спросил я, хотя вопрос был скорее риторическим.

– Не стоило так грубить, Рэй, она же права, ты облажался, – сказал Тео.

– Я и сам это знаю, но меня бесит, что она лезет постоянно, – я говорил честно, меня раздражает её присутствие, а уж тем более участие.

– Рэй, она девушка Джека, а значит наша подруга, пора уже привыкнуть, что она будет с нами, и будет говорить свое мнение, – сказал Кайл.

И когда парни ушли наверх, я остался один в дураках. С одной стороны она меня бесит, выскочка, и просто неприятная личность, которая разрушает нашу дружбу. Но с другой стороны, это девушка моего лучшего друга, вторая половинка, а значит должна приниматься без вопросов. Я, конечно, постараюсь к ней мягче относиться, но полностью я её не приму, уж простите.

Я просидел до вечера с парнями, обсуждая ерунду и готовя ужин. Это впервые за месяц, все остальное время мы заказывали доставки, чтобы не мучиться с готовкой. Плотно поужинав, я направился в магазин за пивом, заодно зайду к Джеку, ведь Эви сто процентов сидит у него, а мне нужны мои часы. Я постучал в дверь, и мне открыл Джек.

– Ого, кого принесло, – сказал он.

– Позови Эви, пожалуйста

Он удалился, и в проёме появилась Эви.

– Что? Недостаточно меня унизил? Нашлись новые аргументы? – спросила она.

Эви скрестила руки на груди и выглядела серьёзной, а мне почему—то было смешно. Такая хрупкая, маленькая девочка, против большого лба, это нужно иметь смелость.

Я тяжело вздохнул. Да начнется позор.

– Я хотел извиниться, что был грубым и вспыльчивым. Мне сложно воспринимать критику, особенно если я человека недолюбливаю. В общем, буду держать себя в руках, и извини за фразу по поводу секса, перегнул, – я говорил искренне, ведь это правда, так.

Эви усмехнулась.

– Ого, Андерсон, ты знаешь такие слова? Я в шоке, каждый день ты меня удивляешь всё больше и больше, – с легкой улыбкой сказала Эви.

– Я многое умею, просто не показываю, зачем всем это знать, – ухмыляясь, сказал я.

Эви тяжело вздохнула, осмотрела меня с ног до головы и сказала:

– Ладно, я прощаю тебя, и надеюсь, что ты был честен со мной, – серьёзно сказала Эви.

– Я с дамами всегда честен, милая Эви.

Она улыбнулась и скрылась в комнате, затем вышел Джек с моими часами.

– Я очень надеюсь, что такого больше не будет, – сказал он и протянул часы.

– Ничего не обещаю, но буду сдержаннее.

– Да уж, ты как всегда, тебя не пробьешь, – с улыбкой сказал он и закрыл дверь.

Что правда, то правда, я сложный человек, но если надо, то подстроюсь. Конечно, это сложно, буквально переступать через себя, но иногда приходится, ради близких.

После бурного вечера за выпивкой, наступил следующий день, на пары я не пошёл, а вот на тренировку нужно.

В раздевалке все обсуждали будущий разбор полётов. Все переживали, ведь облажался буквально каждый из нас.

– Ой, чувствую Рэю и Дереку хана сегодня, – с улыбкой сказал Бил.

Бил – защитник, играет во втором звене. Он ещё тот рукожоп и часто получает от тренера, но как человек он до ужаса добрый и простой.

– А ты не умничай, получать будем все, – сказал я.

– Просто кто—то больше остальных, да, Рэй? – спросил с улыбкой Тео.

– А чего вы все меня хороните, я наказание отработаю, драться не буду, да и всё на этом, – все парни рассмеялись, а я был серьёзен, – А что смешного?

– Ты каждую игру так говоришь, а на деле все совершенно по—другому. Тебе самому не смешно? – сказал Джек, который уже был красный от смеха.

– Но в этот раз железно, я не хочу подставлять тренера

– Ну ну, посмотрим, решимый ты наш, – с улыбкой сказал Тео, затем хлопнул меня по щеке.

Я настроен серьёзно, мне надоело быть всегда виновником, пора уже исправляться. Мы вышли на лёд, где нас уже ждал тренер.

– Все в сборе? Никого не потеряли? – спросил он.

– Все на месте, тренер,– сказал Джек.

– Значит, начинаем, отрабатываем ускорение, затем броски, а пока разминка, десять кругов, поехали, – сказал он и свистнул в свисток.

Так и началась тренировка, мы отрабатывали всё четко, даже лучше чем могло быть. Все были собраны, никто не косячил, удивительно, а что с нами случилось на игре тогда?

В конце тренировки на льду, тренер нас собрал для объявления звеньев на следующую игру. Сначала были небольшие изменение, замена защитников с третьего звена на второе, но когда я не услышал своей фамилии во втором звене, я напрягся. В третьем её не было, и даже в четвертый я не попал, причем Дерек тоже.

– Вы ничего не перепутали? Меня нигде нет, – спросил я.

– Нет, все верно. За свои ошибки нужно платить, а в этом случае ты, Рэй и ты, Дерек, платите своими местами в звеньях. Добро пожаловать на скамейку запасных, – серьёзно сказал тренер, – Так, у вас пятнадцать минут, жду вас на улице.

Вся команда направилась в раздевалку, а я волочился сзади. Я был разбит, разбит до ужаса. Если Дереку неважно, где он играет, как он играет и играет ли вообще, то для меня это вопрос жизни. Я всегда мечтал играть в первом звене, но это место досталось моему лучшему другу, и я был рад за него. Я получил место во втором звене и был в нем около восьми лет, не меняясь, стоя четко на одном месте. А сейчас я в запасных, на самом дне. Но почему?

Я всегда все портил, а после приходил в норму, но сейчас я получил самое огромное наказание из всех возможных. Пока парни оживленно переодевались, обсуждая всякую чепуху, я был будто в трансе, еле перебирая руками и ногами. Все стало ватным, чужим, не моим. Я был в шоке от услышанного, и никак не мог прийти в себя. Это заметили мои парни, Тео пытался, что то узнать, но я лишь промямлил, что всё хорошо, не хочу их нагружать.