Герхарт Гауптман – Перед восходом солнца (страница 33)

Ты красного услышишь петуха

На кровле у себя: в огне и дыме

Твое гнездо утайщицы исчезнет!

(Не переставая креститься.)

Ты, кошка! Твоего дурного глаза

Я не боюсь: мечи огонь и злобу!

Там, где мой труп хотела б ты увидеть

Глазами ярко-красными, повсюду

Ты встретишь крест. Исполни приказанье:

Отдай его сейчас.

Во имя Бога,

О, женщина, безвестного тебе,

Теперь – я говорю тебе вторично  —

Оставь утехи адские свои

И помогай нам! Вот, перед собою

Ты видишь человека: это Мейстер,

Слуга Господень, свыше одаренный

Искусством – в безднах воздуха царит,

В честь Господа и в посрамленье ада!

(Не переставая обороняться, подходит с фонарем к Гейнриху.)

Довольно! Если вы возьмете тело,

Что тут лежит, какое дело мне!

Пусть он живет, живи он сколько хочет,

Пока дыханья хватит; хоть и то,

Сказать по правде, хватит не надолго.

Вы говорите: мастер он. Пожалуй,

Что в мастерстве не очень он силен.

Пускай он вам готовит их, пускай вам

Железные звучат колокола,  —

Для ваших ли ушей они – подумать,  —

В них колокольный звон звучит нескладно,

Да и в его душе. Ему известно,

Чего во всех вещах недостает:

Недостает им лучшего, и в каждой

Есть трещина. Возьмите там носилки

И унесите малого домой!

– Эй, Мейстер – как бишь там?  —

молокосос!

Вставай! Пора за дело! Всем поможешь:

Вот пастор должен проповедь держать,

Учитель должен бить детей линейкой,

Цирюльник – воду мыльную готовить.

(Гейнриха кладут на носилки, Цирюльник и Учитель поднимают его.)

Ты, блудная, постыдная жена,

Молчи и брось пути деяний адских!

Поберегите проповедь свою,

Она известна мне. Я знаю, знаю:

Все чувства – грех один. Земля – могила.

Небесный свод – покрышка гробовая.

Все звезды – дыры, солнце – как и звезды  —

Огромная дыра. Погиб бы мир

Без пасторов, и наш Отец Небесный

Для страха только в небе существует.

Хорошим прутом вас бы отстегать,

Вы стоите, бездельники, лентяи.

(Захлопывает дверь.)

О, дьявол…

Ради Бога, успокойтесь!

Оставьте вы ее, а то она

Так взбесится, что нам же будет хуже.

Пастор, Учитель и Цирюльник уходят с Гейнрихом в лес. Луна поднимается, ясная, и лесной луг окутан безмолвием.

Первая сильфа, Вторая и Третья, одна за другой, проскользают из леса и кружатся хороводом.

(Зовет шепотом.)

Шш! Сестра!

Сестра!