Герда Минаева – Гитаристка. На пути к мечте (страница 2)

В его голове всплыли воспоминания: «маленький мальчик с мечтательным взглядом, беззаботно смеется, просит сыграть. Мужчина берет гитару в руки, и та оживает, послушно выдавая мелодию, создавая атмосферу волшебства…» Как будто, на него снова обращен тот же взгляд…

– Хочешь, научу тебя играть на ней? – неожиданно для себя произнес он, показывая жестом на инструмент.

Карина не ожидала такого вопроса, и застыла, не зная, что сказать, немного погодя, чуть неуверенно проговорила:

– Конечно, хочу, а можно? – внутри неё разгорались смешанные чувства, внезапная надежда граничила с тихим страхом, крадущимся украдкой. Это все правда? Но мысли о мечте и жгучее желание были настолько яркими, что разжигая интерес, не давали развиться этому страху.

– Ну, что ж, тогда приходи завтра, – сказал гитарист, его голос звучал серьезно, уничтожив последнюю толику сомнения, и Карина согласно кивнула.

– Хорошо, я приду! – ее сердце уже бешено стучало, стремясь вырваться из груди. Эта мимолетная случайная встреча оказалась вовсе не случайной, и означала начало чего-то особенного.

***

Внутри мастерской было достаточно просторно. По стенам, словно в галерее, были развешаны струнные инструменты разных видов и конструкций: гитары, скрипки, виолончели. В одном из углов горделиво возвышался контрабас, создавая атмосферу уважения к искусству. У противоположной от входа стены находился прилавок, а прямо за ним – дверь в подсобное помещение.

Мужчина сидел на диване сбоку от входной двери и наслаждался чашкой чая. Увидев вошедшую девочку, одобрительно кивнул. Он был абсолютно уверен, что она, придёт, и ждал этого момента.

– Ну, что ж, ты пришла, входи, – пригласил её незнакомец, – значит, я в тебе не ошибся! – его дружелюбная улыбка располагала к общению.

Обычно Карина легко считывала людей, их эмоции были у неё как на ладони, но только не в этот раз. Взгляд мужчины был абсолютно непроницаемым, и это сбивало ее с толку. Однако любопытство взяло верх, и что-то подсказывало, что этому странному человеку можно доверять. Девочка решительно сделала шаг вперёд.

– Сегодня я просто познакомлю тебя с гитарой. Попробуем сыграть пару аккордов. Готова? – спросил он с лёгким вызовом.

Карина кивнула.

– Вначале сложно всем, поэтому до конца доходят единицы.

– Я упорная и буду очень стараться! – её слова звучали настолько убедительно, что учитель одобрительно хмыкнул.

– Ну что ж, смотри… – мужчина начал объяснять, из чего состоит гитара, как и откуда берется звук, и на что он влияет. Он подробно рассказывал то, что нужно знать начинающему гитаристу.

Карина слушала внимательно, стараясь не упустить ни одного слова.

– А теперь возьми в руки гитару. Левую руку ставим так, – произнес он, помогая ей правильно расставлять пальцы на грифе. – А правую руку вот так. Поначалу может быть неудобно, но потом руки привыкнут и будут сами принимать нужные позиции…

Девочка чувствовала напряжение в пальцах, но отступать не собиралась. Едва её руки касались струн, внутри все замирало от счастья, смешанного со страхами: «А что если у меня не получится?» К концу занятия пальцы у неё сильно заболели, покраснели и покрылись мозолями.

– На сегодня мы закончим, перенапрягаться ни в коем случае нельзя, – участливо проговорил гитарист.

– Но я не устала, – упрямилась девочка.

– Упрямство – это хорошо, но не сейчас. Завтра продолжим! – произнес учитель бескомпромиссным тоном, и она не стала спорить.

Так Карина начала осваивать игру на гитаре, стараясь уделять этому занятию как можно больше времени. Даже школьные домашние задания она выполняла на переменах, чтобы потом не терять ни минуты. О том, что она играет на гитаре, знала только старшая сестра, которая, хоть и была не слишком серьезной, но всегда поддерживала её и ни за что не выдала бы ее родителям.

Сначала Карине было трудно, и гитара не слушалась, издавая лишь неразборчивые звуки. Девочка приходила в отчаяние, стирая пальцы до крови, но не сдавалась. Стиснув зубы, она продолжала пробовать снова и снова, стараясь не показывать своих негативных эмоций.

«Ты сильная, ты справишься!» – говорила она себе. – «Все через это прошли, значит, и ты сможешь». Её упорству могли позавидовать многие, и даже её наставник, Евгений Гордеев, был поражен стойкостью маленькой ученицы.

Со временем у неё стало получаться всё лучше, пальцы привыкли к инструменту и перестали болеть. С каждым новым занятием гитара всё больше покорялась юному дарованию. И уже через некоторое время Карина играла не хуже виртуоза. Играя на гитаре, чувствовала, что готова свернуть горы, а её глаза искрились счастьем. Она уже не могла представить свою жизнь без музыки.

***

Время шло, и музыка все больше увлекала Карину, наполняя её сердце радостью и счастьем. Однако чем глубже музыка проникала в её сознание, тем сильнее она боялась, что родители узнают о ее увлечении и лишат этой радости. Некогда послушная девочка, которая никогда не обманывала, теперь рьяно защищала свою тайну. Она изменила свой стиль в одежде: яркие, модные вещи, которые раньше делали её заметной, уступили место тёмной, неприметной одежде, в которой она ничем не выделялась из толпы.

Мастерская стала для Карины убежищем, где она чувствовала себя в безопасности и могла полностью насладиться счастьем. Каждый раз, входя туда, её встречал наставник. Он угощал ее вкусным чаем с печеньем, потом они вместе разучивали новые мелодии, и жизнь казалась безоблачной. Этот человек, совершенно посторонний ей, со временем занял значительное место в её сердце. Он стал кем-то вроде отца или наставника. Хотя у Карины был родной отец, тот совсем не понимал её и жил своими идеалами, что только увеличивало пропасть между ними.

Гордеев, напротив, всегда был готов выслушать и дать советы, даже по вопросам, далеким от музыки. Но, в то же время сам он оставался загадочным. Его глаза, даже когда он улыбался, хранили в себе тайну, которую Карина очень хотела разгадать. Однажды на уроке она решилась спросить у своего учителя:

– Дядя Женя, а почему вы решили научить меня играть на гитаре?

После недолгого молчания он ответил задумчиво:

– Потому что ты напомнила мне кое-кого, у кого так же искрились глаза, когда я играл, – в его глазах мелькнула грусть, которую Карина уловила мгновенно. Гордеев, возможно, был больше не в состоянии хранить этот секрет, поэтому продолжил, – …мой сын…

– А где же он сейчас? – спросила она, осознав, что кроется за этой загадкой, и её сердце сжалось от сочувствия. Учитель задумчиво смотрел на фотографию, висевшую на стене. "Почему я её раньше не замечала?" – подумала Карина. На ней были три человека: дядя Женя, чуть моложе, чем сейчас, белокурая молодая женщина и между ними светленький мальчик лет семи. Все они стояли в обнимку и счастливо улыбались на фоне солнечной лужайки. В подтверждение её догадки он произнес:

– На небесах…

– Простите… – Карине стало неловко за бестактный вопрос, и она опустила глаза.

– Всё в порядке, – успокоил наставник. – То, что случилось, не изменить! С тех пор уже три года прошло, – Он сделал глубокий вдох. Ему вдруг захотелось сбросить этот груз, поделиться с кем-то своей болью, а Карина, несмотря на свой юный возраст, была способна выслушать и понять его чувства, – Поначалу было очень тяжело, даже не хотелось жить. Я пытался глушить горе алкоголем, но становилось только хуже. Тогда я решил сбежать от всего, что напоминало мне о семье. Я сменил адрес, номер телефона, полностью оборвал все старые связи. Переехав сюда, купил эту мастерскую, занялся ремонтом музыкальных инструментов. Пока чинил и настраивал инструменты, потихоньку играл. И, как ни странно, в эти моменты боль становилась тише! – он задумчиво замолчал.

– Ты помнишь день, когда мы познакомились? – вдруг спросил он.

– Конечно, как я могла его забыть? – в голове девочки пронеслись воспоминания о том значимом дне.

– В тот день было три года с той злополучной аварии. Я винил себя, потому что остался с ребятами праздновать наш успех. С нами были моя жена и сын. Димка немного простыл и начал капризничать. Жена решила отвезти его домой, а мне сказала остаться, ведь это был наш праздник. Я много думал о том, что было бы, если бы за рулем был я. Изменилось бы что-то? – Наставник погрузился в свои воспоминания, и на его лице появилась грусть.

– Вы не виноваты в случившемся! – четко произнесла Карина, пытаясь вернуть его в реальность. – Такова судьба, и никому не под силу её изменить. Поэтому, не занимайтесь самобичеванием, а живите так, чтобы они там, на небесах, гордились вами.

– Ты права, Карина. Сейчас я понимаю это. Мне пришлось учиться жить без них. Постепенно боль отступала, становилась тише. И в какой-то момент я даже не заметил, как музыка вытеснила печальные мысли. Я всё чаще стал играть и вспоминал семью, их лучшие моменты. Они очень любили музыку, и я играл для них… – он замолчал на мгновение, а затем продолжил: – Поэтому это место называется «Музыка жизни». Я дарю новую жизнь инструментам, а они – мне.

Карина слушала его, не перебивая.

– Твой инструмент живет вместе с тобой, он испытывает те же эмоции, что и ты: когда грустишь – он грустит; когда смеёшься – он смеётся; даже когда злишься – он тоже зол. Но стоит тебе о нём забыть, убрать в укромный угол – и он умрёт.