Гера Фотич – Время доверять (страница 40)
Увидев чёрный ком на асфальте почти там, где когда-то лежали подростки, он уже понял, в чём дело. Выскочил из салона, на ходу вынимая пистолет с целью перехватить иномарку. Но та оставалась на месте:
— Уголовный розыск! Выйти из машины! потребовал Антон, и мужчина безропотно подчинился. Встал, как велели, предъявил паспорт. Казалось, он недоумевал.
Антон обшлёпал ладонями одежду качка и ничего подозрительного не обнаружил. Забрал ключи от машины, потребовал сесть внутрь. Мужчина повиновался.
В это время из дверей парадной вышел его товарищ. Проходя мимо лежащего попа, наклонился, будто что-то рассматривал. А затем сплюнул и направился к машине. Заботкин представился, скомандовал:
— Руки на капот!
И когда мужчина выполнил команду, тщательно досмотрел его. Достал портмоне, вынул оттуда незнакомый паспорт, похоже — украинский.
Вспомнил — девочка тоже была с Украины. Приказал сесть в машину.
— Вы откуда?
— Из Харькова, — ответил мужчина.
Антон переписал данные обоих задержанных себе в блокнот.
Вокруг попа стали собираться граждане. На углу дома висел телефон-автомат. Антон крикнул, чтобы кто-нибудь позвонил в скорую и милицию.
Через полчаса приехали коллеги из отделения. Антон помахал им рукой. Узнал только водителя.
Оперативник и участковый были незнакомы. Сообщил, что случайно проезжал мимо. Вкратце рассказал, что видел. Передал документы и ключи от машины, оставил свой номер телефона. Прибыла скорая помощь. Посчитав свою работу выполненной, Заботкин поехал в управление.
Шапкин и Гордеев внимательно выслушали рассказ, переписали установочные данные.
— Теперь у нас есть ещё два члена «Стрелы», Николай потер руки. — Пойду заполнять на них задание. Хорошо бы убийцу к нам в ИВС забрать, да как следует попресовать.
Шапкин был менее оптимистичен:
— Думаешь, они дураки? Всё заранее подготовили. Давай, Заботкин, езжай в свой район, держи нас в курсе.
Когда Антон приехал в районную прокуратуру, следователь уже выписывал постановление о задержании предполагаемого преступника.
— А чего только на одного? — удивился Заботкин.
— Да второй — водила. На машине шабашит. Говорит — клиент попросил за попом съездить квартиру освятить. Порядочный мужик — армейский майор, — следователь порылся в документах на столе, — Золотухин Виктор, Академия тыла и транспорта. Сам знаешь, им тоже денег не платят, как и нам.
У Антона перехватило дух — опять эта академия:
— И где он сейчас?
— Не знаю, он показания дал, я его уже отпустил. Дело ясное. Убийца — отец девочки, которая десять лет назад случайно в секту попала к этому попу Лурье. Вот он и отомстил: привёз на то место, откуда девочка прыгнула, и сбросил служителя. Есть три свидетеля из соседних домов, которые видели из окон.
— А преступник признаётся?
Следователь усмехнулся:
— Кто ж признается! Говорит, что поп сам прыгнул — совесть замучила. Помолился, перекрестил всех, поклоны отбил, сел на ограждение и на небеса!
— Насмерть?
— Нет, в коме. Но шансов мало.
Заботкин слегка успокоился. Почувствовал надежду. «Радость наша не в том, чтобы подольше жить, а чтобы наследовать Царствие Небесное, следуйте за Христом и получите вечное спасение…». Подумал, что поп уже на полпути. На всякий случай спросил:
— Может, задержанного к нам, в изолятор Большого дома определим? Там оперативную комбинацию проведём, послушаем?
— Да ну! И так всё ясно. К вам ездить только мотаться. А здесь всё рядом.
Антон вернулся в управление, стал докладывать Шапкину.
— Знаю, что хочешь рассказать — уже посмотрели! Этот Золотухин бывший офицер проходит по торговле оружием из Прибалтики. Мастер спорта по стрельбе, инструктор. Не раз светился. Хорошо бы его тоже послушать. Выпиши задание на его домашний телефон, пусть лежит, пока не понадобится. Точек больше не дадут — будем перекидывать с одного фигуранта на другого.
Антон вернулся в кабинет. Сотрудники сообщили, что ему несколько раз звонила женщина.
Обрадовался — наверно, жена, хочет сообщить, что отложила переезд в Финляндию. Затаённая радость подарила надежду. Решил из кабинета пока не уходить, достал документы, начал просматривать — тянуть время.
Снова раздался звонок — это была Алла. При первых звуках её голоса навалилась грусть и разочарование. Говорить было не о чем. Как дела, какие планы? Всё так же, всё — то же. Между фразами продолжительные паузы, в одну из которых Антон расслышал звонкий голосок ребёнка. Стало интересно:
— Что у тебя там, дети в комнате?
— Да, дочка, — грустно произнесла Алла.
— Нины?
— Нет! Моя… — после паузы осторожно добавила. — И твоя…
— Шутка дурацкая, — по инерции отреагировал Антон, подумал, что есть повод разговор закончить, меня начальник вызывает, позже созвонимся.
Положил трубку. Замер. Задумался. Стал гнать от себя нехорошие мысли. Но те снова лезли в голову, заставляли вспоминать. Падение из окна когда это было? Зима. После Нового года. Алла вернулась из Эмиратов. Выговор в марте. Больница — в феврале. А когда перед этим были вместе?.. Разрабатывали маньяка Сибирякова… Плюс девять месяцев — значит сентябрь 1989 года. Получается, если не врёт — осенью было семь лет… Но Алла не может беременеть — она сама говорила, что врачи такой диагноз ей поставили в детстве! А эта её подружка — цыганка. Как её звали — Радость… Рада? В день рождения Аллы нагадала мне дочку — радость называется! Нет, нет — он прогнал от себя мысли о девочке. Видать, Алла обозлилась, раз так пошутила! Алла не может, не может иметь детей! Решил, что это её неудачная шутка — больше об этом думать не хотел…
Через пару дней Антону на пейджер были скинуты три адреса с установочными данными жильцов. Значит, Куликовы получили сразу трёх клиентов. Доложил Шапкину.
— Они что, теперь партиями будут расстреливать? — усмехнулся тот. — Проверьте, кто они такие, в какой преступной группировке состоят.
Заботкин занялся изучением объектов. Понять ничего не мог. Две женщины и мужчина. Всем за шестьдесят. Одна женщина инвалид — из дома выходит редко. Антон позвонил разведчикам — те тоже недоумевали:
— Может, мошенники? Денежную пирамиду организовали типа «МММ»?
Ещё через пару недель всё прояснилось.
Антон позвонил следователю прокуратуры Красногвардейского района:
— Как там наше дело по Лурье?
— Не очень — грустно ответил тот, арестованного из «Крестов» отпустил под подписку. Дело передали в следствие. Там, судя по всему, будут прекращать за отсутствием состава преступления.
Антон недоумевал:
— Как за отсутствием состава? Что попа не скинули с балкона?
— Получается, что нет! Езжай к ним — почитай материалы.
Антон доложил руководству и выехал в следственное управление.
Молодой парень, которому передали дело, ничего не скрывал — выложил протоколы допроса свидетелей:
— Все поменяли показания. В прокуратуре говорили, что попа сбросили. А ко мне приехали с адвокатами и сообщили, что поп сам вниз сиганул.
Антон был в растерянности. Начал читать один протокол и сразу увидел знакомый адрес свидетеля. Достал пейджер, полистал и тут же всё понял — разведка ходила за свидетелями. Вот кого «Стрела» обрабатывала! Как же мы не догадались?
Название улицы — другое, а дома — напротив! На всякий случай спросил:
— А что же оперативники — не выяснили, по какой причине показания изменены?
— Конечно, выяснили — итак ясно, свидетели с адвокатами пришли, жить хотят, да им ещё денег за это приплатили. Что им этот поп — родственник?
— А привлечь?
— Иди, найди — кто приходил, угрожал? Да свидетели об этом только шёпотом говорят. Стоят на том, что якобы адвокатов нашли по газете. Знаешь такую — «Реклама-Шанс»?
Антон вернулся, доложил. Лицо Шапкина стало алым от злости:
— Ну, дают, наглецы! Ничего святого для них нет. Знают, что за ложные показания не привлекут. Да если и докажут — преступник тю-тю!.. Дождутся они у нас! Соберём всех в кучу — получат по полной!