Гера Фотич – Время доверять (страница 37)
— Узнаёте, Антон Борисович? — спросил он серьёзно.
— Узнаю, — согласился Заботкин.
— Вот, жалуется на вас…
— Я не жалуюсь… — тоненьким голоском встряла Алла.
Генерал недовольно нахмурился, после паузы продолжил:
— Пишет, что работала платным агентом, была у вас на связи, раскрывала преступления, пострадала на производстве…
Антон вспыхнул, почувствовал, как возмущение вскипевшей кровью прилило к голове, резко задышал, но сдержался. Хотел обидеться, но не мог. Ещё живы были в памяти ощущение далёкого тепла и нежности — «… я боюсь потревожить твой сон…», взгляд снова стал ласковым — видел маленькую агентессу…
— Подтверждаете? — генерал обернулся к Заботкину.
— Так точно, подтверждаю, — ответил тот.
— Тогда поднимайте личное дело из архива и решайте проблему. За консультацией обращайтесь в отдел «А». Вопрос ясен?
— Так точно, товарищ генерал, — Заботкин встал, кивнул Алле, чтобы тоже шла на выход.
В приёмной никого не оказалось. Антон остановился посреди пустого помещения, не зная, что делать, обернулся. Алла подошла вплотную. Глядя в глаза, протянула руку, тронула его за плечо, затем коснулась щеки. Тихо произнесла:
— Ты помнишь? Помнишь, как нам было хорошо? Концерт группы «Кино», а потом гостиница. Помнишь новоселье…
Антон молчал. Он помнил, но всё это казалось ему из другой жизни, точно происходило не с ним. Снова в душу стала просачиваться обида. Возник образ «исусика» Ванечки — садиста. Сердце защемило.
Неожиданно почувствовал на поясе вибрацию. Достал пейджер и посмотрел на экран — разведке сообщали: «на Туристской улице появился объект».
Эта новость отодвинула происходящее здесь. Он быстро взял со стола секретаря телефон и набрал номер Шапкина, доложил.
Волнение мгновенно передалось шефу:
— Мы срочно выезжаем, — Сергей Моисеевич учащённо дышал, — установили, что среди владельцев клуба числится какой-то Хабаров. Может, он и есть! Предположительно, бандиты решили, что после взрыва он появится — и не ошиблись!
Разговор будет серьёзный! Освободишься — давай к нам!
Антон положил трубку, секунду сомневался, затем решил:
— Ты где остановилась?
— У Нины, как раньше…
— Раньше ты жила в общежитии, в институте училась, о море мечтала! — хмуро заметил Антон, достал ручку и блокнот. — Давай телефон. Мне сейчас некогда, вечером перезвоню.
Записал номер. Посмотрел на Аллу — та вспыхнула, лицо раскраснелось, помолодело.
Глаза — такие знакомые. Только пучки морщинок в уголках век, лицо обветрено, шея в пупырышках. Что-то далёкое и нежное пронзило сердце Заботкина:
— Я могу тебя очень ждать, Долго-долго и верно-верно…
Он улыбнулся и, наклонившись, осторожно поцеловал Аллу в щёку. Ощутил запах незнакомых духов. Быстро вышел в коридор, торопясь к машине.
Подъехал к месту сбора. Остановился со стороны соседнего дома. Увидел несколько сотрудников, перекрывающих квартал: одни прикидывались бездельниками — пили пиво на лавочке, другие, в красных безрукавках, возились с канализационным люком. Спросил, где Шапкин, и непринуждённо направился к начальнику.
— Пока тишина, — сообщил тот, — пейджер у тебя? Ничего новенького? Успел связаться с оперативным управлением. Они тоже выставились.
Вот бригадир, познакомься.
Антон протянул руку невзрачному мужчине в серой куртке.
— Михаил, — представился тот.
— Антон. Надеюсь, теперь-то не упустим, — обрадовался Заботкин, — раз профессионалы взялись за дело.
Шапкин улыбнулся — усы горделиво растопырились:
— Мы с Мишаней давно встречаемся, ещё в Сосновой поляне брали банду Мискарёва по кличке Бройлер, бывшего старшего лейтенанта внутренних войск. Слышал?
Ответить Антон не успел.
— Неожиданно почувствовал вибрацию пейджера и посмотрел на экран. Там высветилось: «Внимание! Мерседес на подъезде».
— Всем внимание, — Шапкин говорил тихо в скрытую радиостанцию, не поворачивая головы, объект подъезжает. Оставаться на местах, пусть работает ОПУ. Наше дело — блокада.
Михаил отошел в сторону, стал что-то бубнить в скрытый микрофон своим. Затем вернулся, тихо заметил:
— Идёт. Одежда вся чёрная: куртка, джинсы, кроссовки. Направляется к себе во двор, осторожничает — проверяется.
Неожиданно снова сработал пейджер. Антон посмотрел на экран, мгновенно вспотел, дёрнул Шапкина, зашептал:
— Отход три минуты! Сейчас начнётся! Пошли ближе!
Сергей Моисеевич чуть пригнулся, готовясь к броску, но вовремя вспомнил — выпрямился:
— Делаем вид, что гуляем!
Не торопясь, втроём двинулись к нужному корпусу. Надо было только обойти угол дома, и они могли увидеть подъезд, где проживал объект. Прошли под балконами и направились через кусты. Вышли на детскую площадку перед домом.
На скамейке сидела сотрудница, качала пустую коляску. Скосила взгляд на начальника, но виду не подала. Приподнялась, стала поправлять несуществующего ребёнка. Развернулась, чтобы удобней наблюдать.
В десяти метрах от песочницы шёл парень в чёрном. В левой руке держал барсетку, на пальце правой крутил ключи от машины, оглядывался по сторонам. Навстречу ему по тротуару двигалась пожилая пара. Антон присмотрелся — вроде не грим. Михаил присел на край песочницы, что-то бубнил своим. Шапкин взял Антона под руку, начал искусственно улыбаться. Повёл вперёд, сквозь зубы цедил:
— Видишь, парень у соседнего подъезда, второй у помойки с мусорным баком чего-то ждут…
Объект обернулся, ничего подозрительного не заметил. Пара прошла мимо, и тут же раздался хлопок откуда-то сверху. Точно кто-то шлёпнул в ладони, а затем ещё раз. Парень в чёрной одежде вскинул вверх руки. Ключи полетели в сторону, и он начал падать назад. Пожилая пара обернулась, женщина вскрикнула.
— Где? Где? — Шапкин присел, сунул руку за пазуху, стал оглядываться.
— Это сверху, где-то впереди — крикнул Антон.
Увидел, как чёрный ствол мелькнул в чердачном окне, блеснуло стекло, — пошли быстрее!
Видя, как начальник устремился к зданию, сотрудники подбежали к распластанному парню.
Шапкин забыл о рации, обернулся, крикнул:
— Двое вызывают «скорую» и криминалистов с собакой, остальным окружить дом. Никого не выпускать!
Вместе с Антоном вбежали в подъезд. Лифт не работал — где-то наверху гремел дверьми. Быстро на девятый этаж. Когда добрались, увидели, что мусорное ведро не даёт закрываться створкам. Лаз на чердак без замка. Антон вскочил на лестницу, но дверцу не поднять — прижата сверху.
— Всем распределиться по парадным, не дать выйти, — командовал Шапкин по рации, но уже как-то не очень уверенно, — кто останется — контролируйте крышу!
Дом был длинный, несколько раз изгибался.
Шапкин втолкнул ногой ведро в лифт, зашел сам и затянул Антона. Пока спускались — перевёл дух, успел закурить:
— Не нравится мне всё это. Как юнцы бегаем. Надо что-то придумать, так работать нельзя.
Рядом с сотрудниками, охранявшими убитого, стоял Михаил.
— Ну как он? — спросил Антон.
— Как обычно, — ответил тот, — специалист работал: один в голову, один в сердце.
Повернулся к Шапкину, начал канючить:
— Сергей Моисеевич, только нас здесь не было! Начальство по головке не погладит, если узнает, что из-под меня объект шлёпнули и никого не задержали. Напишем, что мои сотрудники довели до дому и снялись — передали вам.