Гера Фотич – Константа убийцы (страница 11)

— Есть! — отозвался тот.

— А звёзды вон у этого в кармане были, — командир СОБР кивнул на парня в комбинезоне, — выбросить хотел сволочь!

— Ну-ка покажи! — Андрей протянул руку и взял металлические предметы. Потрогал пальцами заточенные лучи: — Острые! Одежду легко прошьют!

— Это настоящие сурикены, — уточнил Беляев, — японцами использовались против людей, могут голову отрезать, если хорошо бросить, являются холодным оружием!

— А ты откуда знаешь про сурикены?

— По молодости увлекался карате, книжки читал самиздата.

— Ясно.

Лейтенант обернулся к личному составу и разделил их надвое. Половину взял с собой и двинулся вглубь леса, откуда привели неизвестных. Вторая половина продолжила поиск на поляне.

Антон внимательно разглядывал молодого дагестанца, старался понять, что у него в голове. Легонько толкнул в плечо Андрея, кивая на обувь задержанного.

Кондратьев понял и на всякий случай обошёл парня, встал с другой стороны, пресекая попытку к бегству.

Троих дагестанцев оставили в комнате задержанных, а молодого парня завели в оперативный кабинет.

Начальник розыска решил не мешать и, сославшись на неотложные дела, оставил напарников дальше разбираться самим.

— Присаживайся! — Антон указал доставленному на стул у стены, сам сел за стол, просмотрел документы, а затем передал их Андрею: — Сходи, пожалуйста, пусть дежурная часть проверит их по всем учётам. Может их кто-то ищет?

Андрей положил блестящие сурикены на стол, забрал паспорта и вышел из кабинета.

Дагестанец нервничал, нетерпеливо смотрел по сторонам, учащённо дышал, недовольно спросил:

— Наручники можно снять? Руки уже занемели!

— Потерпи дорогой, — усмехнулся Антон, — кто вас каратистов знает, на что вы способны!

— Какие каратисты? — возмутился парень. — Мы просто рабочие!

— А это ваш инструмент? — Антон кивнул на металлические звёздочки с заточенными лучами, ехидно продолжил: — С двадцати метров можно череп прошить! Это же холодное оружие, одна статья уже есть! Видать знали, что милиция не похвалит, как тараканы разбежались?

— Страшно стало, вот и рванули! Ваши сотрудники как инопланетяне вооруженные, все в касках. Откуда я знаю, что у них в голове? Вот и рванули врассыпную! Зачем так одеваться? Пришёл бы участковый в обычной форме, мы бы ему всё рассказали о себе!

Антону стало смешно. Он скептически осклабился. Не ответив, открыл верхний ящик стола и достал несколько листков писчей бумаги. Из папки вынул ручку и приготовился писать:

— Фамилия имя отчество, — произнёс он и наклонился над листом, исподлобья посмотрел на дагестанца.

— Магомедов Аслан Рустамович.

— Год рождения?

— Семидесятый.

Антон не торопливо занёс установочные данные в протокол и отложил ручку. Внимательно посмотрел на Аслана:

— Так что вы здесь делаете без прописки, без жилья, без работы?

— Так я же говорю, что мы на работу приехали. Живём обычно там, где работаем. Вот только недавно закончили баню строить здесь недалеко. Там и жили, а теперь Саид нашёл брошенную палатку. Пока новой работы нет — в ней живём.

— А чья это палатка?

— Откуда мы знаем? Смотрим — никого нет. Котелок есть, кружки есть, рядом ручей. В первый день ждали хозяина, но никто не пришёл. Вот и живём, пока не выгонят! Или на новый объект переселимся.

— А спортивную площадку со снарядами — не вы сделали?

— Не, не мы. Мы её давно уже приметили. Нам некогда спортом заниматься, работать надо, у меня три брата и две сестрёнки маленькие остались в деревне. Помогать надо.

Антон как бы ненароком кивнул на обувь Аслана:

— Крутые ботинки у тебя, какой размер?

Парень заулыбался:

— Мой, сорок второй! Мне тоже нравятся, удобные очень.

— А взял где? Купил?

— Брат подарил!

Антон кивнул:

— Ладно, давай пока протокол заполним, начнём с того как попал в Россию, как познакомился с друзьями, у кого в деревне работали, — Заботкин стал ровным почерком заполнять страницы...

Через некоторое время вернулся Андрей и положил перед Антоном четыре листочка заполненные машинописным текстом. В трёх кроме установочных данных ничего не значилось. Под фамилией Магомедов стояла судимость за разбой. Приговорён к лишению свободы на шесть лет.

На душе Антона потеплело. Точно гора упала с плеч. Он был готов расцеловать Кондратьева, но сдержался и только сверкнул победным взглядом на приятеля.

Казалось, Андрей тоже ощущал наличие близкой удачи. Он немного подождал, а затем предложил:

— Антон Борисович, а давайте мы вашего клиента переоденем и переобуем? Попрошу у оперативников что-нибудь подыскать!

Заботкин почувствовал, как по телу прошла приятная дрожь, от предвкушения внутренней ожидаемой радости мысли закружились в голове, согласно кивнул в ответ.

Кондратьев вышел и через несколько минут вернулся с тюком старой одежды и двумя солдатами, участвовавшими в мероприятии.

Антон закончил писать протокол, дал расписаться Магомедову и подписал его сам. Сложил в папку, не сдержался:

— Ты знаешь, Аслан, всё, что ты мне сейчас наговорил, думаю полная чушь! Уж не знаю кого вы ещё грабанули, но здесь ты приплыл это точно! Сейчас будем тебя переодевать! — затем обратился к военнослужащим: — Вы будете у нас понятыми. Мы сейчас изымем для исследования обувь и одежду Магомедова Аслана Рустамовича и оформим это протоколом!

Солдаты кивнули и уселись на стулья.

Лицо Магомедова стало красным, он переводил возмущённый настороженный взгляд с одного оперативника на другого, не зная, что сказать.

— Не волнуйся, Аслан, — успокаивал Антон, — если не подтвердится, получишь свою одежду обратно.

— А что должно подтвердиться?

— Ну, ты же не новичок, — иронично заметил Антон, — знаешь, как разбои совершаются! Будем искать кровь и ботинки твои проверим по следотеке! Поворачивайся, сниму браслеты, а то, как ты с ними будешь переодеваться?

Магомедов повернулся задом и Заботкин снял с него наручники.

Андрей протянул синие спортивные штаны и старую милицейскую рубашку:

— Давай!

— Аслан расстёгивал молнию, дрожа от злости:

— Трусы вам мои не нужны?

— Пока нет, — спокойно ответил Антон, но вполне могут потом понадобиться!

Андрей с солдатами улыбнулись.

После переодевания и составления протокола всех попросили расписаться.

Магомедова вернули в комнату задержанных.

Андрей повёз изъятую одежду и обувь экспертам.

Антон отпустил солдат и остался в кабинете один. Почувствовал усталость, но это было радостное ощущение, победа казалась близкой.

Примерно через час пожаловал начальник розыска. Его физиономия светилась как у именинника. Не сдержавшись, он начал прямо с порога: