Гепард Лайри – Восход Луны (страница 71)
- Прощаю. - С улыбкой шепнула Луна.
Я решил впредь избегать столь болезненной для пони темы животных. Некоторые люди тоже нервно реагируют на упоминание теории родства их с обезьянами, хоть лично я не находил в этом ничего порочащего. Наверное, потому что и не искал. Какая разница, от кого мы произошли: от зверей, инопланетян, Бога? Главное, куда мы идем и чего достигнем.
Успокоившаяся Луна доедала капусту, то и дело поворачивая ухо на звуки моих движений.
Уменьшив огонь под кастрюлей почти сварившегося борща, поставил вариться пшеничную кашу для Луны.
- А если добавить овса? - Предложила гурманка.
- Можно.
Отнеся сумку с конфетами на диван, взял горсть овса и высыпал в кашу. Затем собрал брошенную в коридоре одежду - часть ее надо было убрать в шкаф, часть повесить сохнуть. Скучающая Луна пришла за мной в спальню.
- Скажи, что у тебя в этой комнате? - Стукнула она копытом по двери кладовки.
- Там? Да куча хлама. Я лет пять туда не заглядывал, и даже не знаю точно, что там. Хотя… Можно покопаться и узнать. - Пожал плечами.
- А почему не заглядывал? - Луна отодвинулась, пропуская меня к двери.
- Нет настроения. Все, что мне нужно, лежит в доступных местах, и лазать куда-то еще незачем.
Потянув за шнурок висящей под потолком лампы, включил свет. На крохотном пятачке перед дверью едва помещался я один, но пони ухитрилась втиснуться между мной и проемом. Подозреваю, ей хотелось быть ко мне ближе. Мне самому очень приятно чувствовать прелестную поняшку, вплотную прижавшуюся к боку, слышать ее дыхание, ощущать движения мышц, прикосновения мягкой шерстки.
- Э-эй, - я потеребил Луну за ухо. - Мы тут вдвоем не развернемся. Давай так: я что-то вытаскиваю отсюда, а ты сидишь на кровати и изучаешь.
Прежде чем выйти, Луна с явным удовольствием потерлась об меня плечом и грудью. Отмечает своим запахом, что ли?
- Лови. - Кинул ей желтую широкополую шляпу, сплетенную вроде как из соломы, но на самом деле из полосок твердого целлофана. И полез снова в глубь кладовки.
- Неудобно и несъедобно.
- Чего?! - Опешил я, быстро вылезая. - Несъедобно?
Край шляпы украсили следы зубов.
- Да. - Луна кивнула, держа головной убор на передней ноге. - Травяные шляпы хороши тем, что их можно не только носить, но и при желании съесть. Существуют особые сорта трав специально для плетения шляп. А тут… это даже не солома.
Я засмеялся, глядя, с каким серьезным видом пони рассказывает об особенностях своей культуры.
- Верно, это не солома. Я и не ожидал, что ты попробуешь шляпу.
- Знал бы ты, сколько шляп я съела в свое время, у-ух. Я соскучилась по живой траве.
- Увы, зима, трава вся будет весной.
- Да, скорее я до Эквестрии доберусь и наемся там. В крайнем случае наколдую. - Картинно облизнулась пони. Листики, подаренные хозяйкой балконного сада, Луна давно съела.
- Только тут не грызи чего попало.
Кинув на стол покусанную шляпу, перебросил Луне большой мешок.
- Раскопки и изучение предметов быта неизвестной культуры - одно из интереснейших занятий. - Сноровисто развязав узел зубами, аликорн принялась копаться в человеческой одежде.
- И о чем тебе говорят эти предметы?
- В частности, о том, что люди склонны накапливать в доме множество вещей, не заботясь о хотя бы простейшей сортировке. - С видом профессора на лекции Луна рассматривает со всех сторон какой-то серый чулок, затем пробует натянуть его на ногу.
- Добавлю еще: вещей, без которых прекрасно могут обойтись, потому что они ничего не значат в жизни.
- Чуланство вообще труднолечимая болезнь. - Примерив вязаную шапку, Луна отложила ее и вновь залезла в мешок.
- Что за болезнь? - Слушая одним ухом, я смотрел то на Луну, то на полки кладовки, выбирая, какой мешок вытащить следующим.
- Собирание бесполезных вещей в чулане. Да, некоторые пони страдают этим, похоже, как и люди.
В первом мешке ничего интересного не оказалось: чулки, носки, носовые платки, шапка. Я запихал все обратно и со вторым мешком сел к Луне на кровать.
- Вот это да! - Восторженно крикнула принцесса, достав огромную кружевную шаль ручной работы, снежно-белую, с красной вышивкой по краю. В сложном орнаменте угадывались диковинные цветы, сплетенные причудливым узором.
Взяв шаль за углы, бережно развернул, заставив Луну замереть в восхищении, с широко раскрытыми глазами. Тысячи тончайших серебряных нитей сверкали словно искры Солнечного света на первом снегу.
- Лайри, я и представить не могла бы такого чуда. - Прошептала ценительница прекрасного, с благоговейным трепетом прильнув к узорам щекой.
Эта шаль была семейной реликвией, о которой я знал лишь, что она связана прабабушкой по отцовской линии, еще до Великой Отечественной Войны, передавалась по наследству, и ее надевали на самых важных событиях.
Однако теперь хозяин этой реликвии - я, никогда не понимавший смысла «семейных ценностей». И в глазах моей принцессы я видел неугасающий восторг.
- Пригнись. - Шепнул.
Удивленно взглянув, Луна легла на кровати - я широким жестом укрыл ее спину древней шалью. Щеку тепло согрел вздох любимой. Но связать углы простым узлом означало оскорбить и вещь, и ее владелицу.
- Погоди.
Пошарив в шкафу за стопкой одежды, вытащил жестяную банку из-под чая. В ней хранились опять-таки «семейные» драгоценности: обручальные кольца, серьги, цепочки, камни, кулоны, медальоны. Что ж, наконец-то они пригодились.
Сложив шаль на груди Принцессы, заколол углы серебряной брошью с несколькими синими кристаллами. Изящно изогнутые лепестки придавали ей черты цветка тропического растения.
- Оу-ух… - Приподняв шаль на крыльях, Луна с любопытством оглядела себя.
- Ага, подожди еще.
Вдохновенно покопавшись в банке, вытянул тонкую серебряную цепочку и украсил ей шею Луны.
- Иди к зеркалу, любуйся.
Пока красавица наслаждалась своим видом у зеркала, я проверил готовность еды. Все уже сварилось, кухня наполнилась ароматами.
- Я выгляжу сногсшибательно! - Заявила с порога Луна.
Пышная грива крутой волной ниспадала на грудь, опускаясь почти до пола. Белоснежная шаль резко контрастировала с темно-синим телом Принцессы, крупные ажурные узоры подчеркивали ее грацию и стать, серебрящиеся паутинки неярко блистали при каждом движении. Брошь и цепочка идеально дополняли величественный образ аликорна, а кульминацией шедевра были играющая на губах благодарная улыбка и слегка смущенный взгляд.
- Да! - Громко выдохнув, я сел на стол. - Ты несравненна. Повернись немного.
Проход был узковат, но кобылица повернулась кругом, позволяя рассмотреть себя.
- Браво! Эта шаль очень идет тебе. - Шагнув к Луне, я приласкал ее. Взволнованно сопя, она отступила чуть в сторону:
- Спасибо. Хватит, наверное, а то всю засмотришь до дыр.
- Как это «хватит»? - С притворным удивлением я поймал ее за прядь гривы. - Я тебя кормлю, согреваю, купаю, украшаю - и имею право смотреть сколько хочу. И знаешь, что? Я дарю тебе шаль.
Я успел огорошить Луну прежде, чем она придумала весомый довод против «смотреть сколько хочу». Зато теперь доводы можно было придумывать мне.
- Даришь? Мне? Серьезно? - Пони взирала на меня с недоумением и даже как-то обиженно.
- Да, тебе. - Вдобавок подарил ей «фирменную» свою улыбку, смысл которой Луна уже знала.
- Но за что? Чем я заслужила?
- Тем, что радуешь меня своим счастливым видом.
- Лайри, иди за мной. - Произнесла пони тихим, твердым голосом. И вышла из кухни. Я осознал, что впервые за всю совместную жизнь Луна практически приказала мне.
Запрыгнув на кровать, Принцесса села прямо.
- Сними. - Тронула копытом брошь. В голосе все так же слышалась нотка несгибаемой воли, а морда хранила строгое выражение. Первый раз видя Луну в таком состоянии, я молча повиновался: расстегнул цепочку, брошь, снял и сложил шаль. Развернув крылья, аликорн тщательно проверила на них, под ними, осмотрела гриву, ноги, тело, хвост - видимо, желая убедиться, что на ней нет чуждых предметов, кроме колпачка, венчающего рог.
- Хорошо. И более ничего не дари мне. - Изрекла она равнодушным тоном, свысока глядя на меня.