Гепард Лайри – Восход Луны (страница 249)

- Страшно. Но интересно.

Налюбовавшись многокилометровой пропастью внизу, я малость успокоился, огляделся по сторонам. Пролетавший неподалеку пегас вытаращился на меня и… столкновения с флюгером ему едва удалось избежать.

- Попробуй подлететь ко мне, своей волей. - Опираясь на балконную ограду, Луна призывно махнула ногой.

Прикрыв глаза, я попытался впустить в себя новую магию, стать частью прекрасного синего неба.

В отличие от «земли», призыв «воздуха» дался мне невероятно легко, словно летать для меня всегда было столь же естественно, как и дышать. Ясный чистый поток воздушной стихии влился в грудь, заполняя душу, разум, тело до кончиков пальцев. Я словно растворился в пространстве и утратил значительную часть веса. И это ощущалось восхитительно!

- Стоп. - Луна уперлась копытом в грудь, прикосновением этим слегка вернув меня в реальность. - Теперь отлети потихоньку назад.

В панорамном окне я заметил Селестию, спокойно и пристально наблюдающую за моими движениями.

- Прекрасно!

Спрыгнувшая с балкона Луна зависла возле меня, энергично размахивая крыльями. Я ощутил мощные завихрения энергии вокруг нее.

- Ты чувствуешь себя почти бесплотным и невесомым, верно?

Я кивнул.

- Это нормальное влияние полетной магии. Тем не менее, всегда помни, что ты материален и вес твой никуда не делся.

Аликорн ласково постукала копытом по моей голове.

- Избегай столкновений с реальностью и не пытайся пролетать сквозь стены.

- Понятно, о Учитель.

- Теперь давай за мной.

Очаровательный задний вид летящей Принцессы Ночи служил замечательным ориентиром, ощутимо помогая в освоении азов воздухоплавания. Мы выполняли нехитрые фигуры пилотажа, облетая кругом башни, петляя меж домов и скользя под арками мостов. После каждого маневра Луна оглядывалась, проверяя, все ли со мной хорошо.

На одной из башен лежал Бантик. Величаво обвив прогретый солнцем купол и раскрыв крылья громадными веерами, окками наблюдал за нами. Вся поза змея выражала уверенность и силу.

Луна на лету поманила меня крылом, как-то при этом ухитрившись не сверзиться, и мы приблизились к Бантику. Сей удав, издав протяжный басовитый свист, подтянул кольца плотнее и ласково потерся мордой о грудь Луны.

- Да-да, можешь погладить. - Луна рассмеялась, подвигаясь ближе ко мне.

Я попробовал поскрести ногтями массивную голову. По мне, с равным успехом можно было пытаться приласкать танковый ствол. На ощупь Бантик был абсолютно непробиваемый. Так и подмывало ухватить его раздвоенный черный язык, когда он ощупывал им мою ладонь.

- Он накормленный и сонный, и с нами не полетит. Просто он рад меня видеть.

Похоже, настроение питомца Луна определяла по смене цвета глаз, столь же невыразительных как и его бронированная морда.

Верно, когда мы отлетели немного в сторону, Бантик улегся, свернув крылья. Расслабляющиеся мышцы взыграли затухающей волной по всему телу.

- Ускоримся? - Предложила Луна, увидев, что я не запыхался от полетов.

Сделав круг над Кантерлотом, мы вылетели за пределы города.

Уже без страха я смотрел на расстилающийся под нами зеленый простор. И простирающийся вокруг нас простор небесный.

- Стремись схватывать все, что происходит везде. - Луна слегка пихнула меня в бок. - Небо не такое уж безопасное, тут с грозовой тучей можно столкнуться, или с пегасом. Сквозь облака, хоть они и мягкие, тоже лучше не пролетать. На облаках часто спят пегасы. Приятного мало, когда спишь, а под тобой внезапно разваливается лежка, и ты, трепыхаясь, кувыркаешься вниз, не в силах понять, падаешь во сне или наяву.

- Понятненько.

- К слову, пегасы обожают летать. Они получают удовольствие даже от простого крыломахания, поэтому часто, если никуда не летят, то неосознанно зависают на месте, работая крыльями. Сам же полет доставляет пегасам практически неописуемое наслаждение, так что молодым крылатикам приходится учиться в первую очередь не маневрам, а умению концентрировать внимание на конечной цели полета. И это уже отдельный навык. Юные жеребята часто бестолково вертятся в воздухе, и вовсе не потому, что не умеют летать. Их кружит в избытке эйфории.

- Луна, ты ж тоже крылатая, значит, должна ловить кайф от полетов.

- Я ловлю! - Кобылица жизнерадостно кувыркнулась через голову. - Простой полет для меня приятен, сильный встречный ветер - ОЧЕНЬ приятен.

- А полет в бурю?

- А в буре главное - не скопытиться от переудовольствия. - Рассмеялась аликорн. - Итак, покажи, каков ты в скорости!

Я пробовал летать по-разному: сначала просто головой вперед, затем - вытянув вперед руки, и наконец, даже не вытягиваясь, а просто стоя «в полный рост». Странно, но положение тела абсолютно не влияло на динамику моего полета и скорость перемещения. Единый с небом, я словно сам являлся небесным потоком. Последив за Луной, я убедился, что аэродинамика никуда не делась - пони вытягивала ноги для лучшей стабильности, а сопротивление воздуха заметно относило назад ее гриву и хвост, за которым тянулся быстро тающий синеватый эфирный шлейф.

Кружась и петляя, мы с Луной опустились к самой земле и резвились меж стогов сена. Аликорн величаво пролетела подо мной, словно плыла на спине по воде.

- Излови меня, обними! Закружи меня, закружи! - Рассмеялась Луна, игриво помахивая передней ногой.

Улыбнувшись, я осторожно опустился к любимой и обнял. Смеясь, она прильнула, прижалась, с особой, присущей ей чувственной нежностью.

Я поскреб меж лопаток. Крылья Луны, рефлекторно дернувшись, чуть не сложились, а сама она внезапно крепко обхватила меня за плечи.

- Не чеши! - Раздался шепот-выкрик в ухо. - Я ж летать не смогу!

И, отстранясь, Луна наградила меня сердитым взглядом.

- Не бойся, я с тобой. - Спокойно ответил я.

И она поверила. Доверилась. Вздохнув, снова обняла, легла головой на плечо.

Волевым усилием я расширил магопоток, чтоб поддержать еще и аликорна. Мне удалось - Луна стала такой же ощутимо-невесомой. Почесывая спину кобылицы и прислушиваясь к жаркому ее дыханию, я, медленно кружась, набирал высоту.

Луна, обнимающая меня, расслабилась, всхрапывая и тихо постанывая, а крылья, неподвластные ей, жили какой-то своей страстной жизнью.

Валяющийся на облаке пегас пялился на нас с искренним изумлением. Не прерывая спиночесание, я мысленно ткнул в облако пальцами и резко развел их. Облако моментально развалилось под пегасом, и тот, заверещав от неожиданности, ухнул вниз. Ибо нефиг. Вопли его не потревожили принцессу, парящую в любовной прострации. Верный рыцарь обо всем позаботился.

Снова, как и во сне, по крыльям Луны проносились искрящиеся волны сияющей магии. Зарождающиеся под пальцами, они растекались по телу, пронизывая мерцающими штрихами каждую шерстинку, затрагивая искорками света каждое перышко. Гриву Луны наполняли галактики, вспыхивая, тускнея и вихрясь неисчислимыми потоками в ритме божественного дыхания.

Едва ли небо Эквестрии видело более странную пару. Моя любимая прекрасна, и я счастлив возможностью дарить ей удовольствие.

- П-п… сильнее… - Шепот Луны был чуть ли не умоляющим. Ее била дрожь, и по виткам рога мельтешили зелено-синие искры.

Я осторожно усилил напор, зная, сколь чувствительно перевозбужденное тело, и не желая причинить Луне боль на пике наслаждения. Шквал магии захлестывал уже нас обоих, и с каждым движением мне все труднее было сохранять контроль.

Пора!

Обеими руками я провел вдоль позвоночника, высекая жгучие искры из тела аликорна, затем схватил за гриву и потянул вниз - аккуратно и сильно. Трепещущие крылья мощно распахнулись, и Луна, запрокинувшись на спину, испустила долгий отчаянный крик. Сорвавшийся с ее рога звездный торнадо едва не расшвырял нас. Я удержал Луну в объятиях, но из меня выдуло всю магию, и мы с бессознательной кобылицей рухнули с высот заоблачного оргазма.

***

[ Лайри \ Ферма «Душистые травы» ]

Небо и земля вертелись, буря реальности кидала меня словно лист. К счастью, взлетел я достаточно высоко. Снова раскрывшись навстречу стремительной воздушной стихии, успел влиться в небо и мягко опустить нас на огромный стог. Поблагодарив и отпустив воздух, я свалился рядом с Луной, придерживая ее за ноги, чтоб не скатилась.

Запах сена дурманил. Я дышал полной грудью, приходя в себя. Вот это да, амурный скайдайвинг… А ведь могли упасть и не встать.

Рядом раздался стон.

- Ч-ч-што эт-то бх... было?.. - Очухавшаяся Луна открыла глаза и кое-как вытрясла сено из ушей.

- Полетушки, почесушки. И насладушки, я так думаю.

- Ах, он так думает... и ЭТО видела вся Эквестрия?!

- Вся? Не, целиком вряд ли, только половина...

Пунцовая Луна с новым и весьма эмоциональным стоном зарылась пылающей мордой в чуть не задымившееся сено.

- Луняша, ты как? - Я ласково почесал ей ушко. Любимая вынырнула из сена и нехотя подтянула конечности.

- Ты меня до полусмерти залуняшил. Я знала, что подобное возможно во сне. Но вот чтоб наяву, да еще столь неистово. Уж-ж-жас. Я чувствую себя опустошенной.

- Но я ж ничего нового и не применял, просто чесал спинку и крылышки. Так же как и у меня дома. Тебе ведь и тогда это нравилось. А счас что, плохо?