Гепард Лайри – Восход Луны (страница 218)
- Знаете, каково наказание за ПРЕДАТЕЛЬСТВО?..
Лунная кобылица оскалилась, обнажив прекрасные белоснежные зубы. И я только сейчас в полной мере осознал, наяву, а не в кошмаре, насколько темной может быть эта сторона Луны...
Гвардейцы рухнули ниц, не смея поднять глаза на свою правительницу. Их била крупная дрожь, пот градом бежал по готовым разорваться от напряжения мускулам. Даже мятежный принц, преклонив колени, больше не смел высказывать ни единого признака неповиновения, и лишь мелко трясся в ожидании своей судьбы.
Внезапно в наступившей тишине раздался тихий голос одного из мятежников. Ничем не примечательный жеребец, до этого никак не проявлявший себя, все же решился обратиться к Владычице Ночи. Она обратила свой грозный взор на того, кто осмелился прервать ее монолог.
Я замер, предчувствуя катастрофу...
- Принцесса, мы осознаем тяжесть нашего проступка, всю глубину своего предательства и готовы ответить за это.
Все прекратилось также внезапно, как и началось. Мгла отступила, и свет вновь заиграл красками витражей. Леденящий даже душу холод рассеялся, и приятное тепло окутало уже изрядно закоченевшее тело. Несмотря на это, напряжение густой пеленой продолжало висеть в воздухе. Луна все так же гордо и статно возвышалась над склоненными головами. Ее взгляд был суров, но прежней жестокости в нем не было.
- Встаньте. - Коротко приказала она. Гвардейцы поспешно повиновались.
- Что скажешь, Селестия? - Спросила Луна уже намного более ровным и спокойным тоном.
- Ну что ж… - Откликнулась Солнечная принцесса. - Поскольку, все же дражайшая сестра моя жива и невредима, я предлагаю ей выбрать наказание.
Взгляд темного аликорна оттаял. Приосанившаяся Луняша зевнула, картинно прикрыв ротик.
- Хм-хм, сестра, я польщена твоим внезапным предложением. Это, право, неожиданно, позволить мне решать судьбу столь непутевого принца и его приспешников. Что же мне сделать, если я уже передумала делать их украшениями для неба?
Непутевый принц затравленно заозирался, ища возможные пути отступления, пока с ним ничего не сделали. Остальные гвардейцы в страхе переглянулись, судорожно всхрапывая.
- Придумала! - Нараспев воскликнула Луна, так что горемыка-Блюблад аж подскочил.
- И сколь же суровое наказание постановила Владычица Ночи? Надеюсь, это нечто более яркое и памятное, нежели казнь или унылое пожизненное прозябание на банановой плантации? - Поинтересовалась Селестия, многозначительно глядя на племянника и с нарочно громким треском ломая печенье, словно символ его судьбы.
- Я предлагаю разжаловать Блюблада и соучастников в рядовых, и отправить их всех служить в Лунную гвардию. На год. Быть может, за это время они научатся хотя бы грамотно держать удары.
На морде принца медленным калейдоскопом сменялись эмоции: облегчение, недоумение, изумление, перерастающее в возмущение. Конечно, для важной шишки падать с верхотуры управленчества под ноги простых граждан - больной шок. Блюблад было открыл рот, но Луна строго покачала головой, мол, захлопнись, рядовой.
- Предложение принцессы Луны поддержано единогласно! - Утвердила решение Селестия троекратным ударом ложкой по стакану.
- Также я даю нашим рядовым время до вечера - сходить домой, попрощаться с семьями, объяснить причину столь долгого грядущего отсутствия. - Добавила Луна. - Являться во дворец не обязательно - в закатный час фестралы найдут вас сами. Вы свободны.
Аликорн стрельнула роем зеленых искорок, которые в полете слиплись небольшими кучками, и на груди каждого рядового замерцал полумесяц. Трижды воссияв серебристым свечением, знаки исчезли. Исчезла также и аномальная расцветка, вернув жеребцам их родные цвета.
- Мои поздравления, рядовой Лунной гвардии. - Мило улыбнулась Селестия племяннику. - Несмотря на твой подлый поступок, тебе оказана великая честь - служить под началом Принцессы Ночи.
Взъерошенный Блюблад, окинув мрачным безнадежным взглядом присутствующих, угрюмо двинулся вслед за остальными.
- Блюблад, для тебя есть неотложное задание.
Луна произнесла это подчеркнуто-серьезно-официальным тоном, отчего у меня аж челюсти свело. А вот принц подтянулся. Наверное, подумал, что речь о чем-то важном.
- Слушаю, Ваше Лунное Величество. - Доложил он.
- Южное крыло кантерлотского дворца, второй этаж. Подсобное помещение.
Вижу, как в глазах бывшего принца проскользнула растерянность.
- Ваше Величество... но что мне там делать?
Магический полумесяц на груди рядового переливчато засиял и перед носом Блюблада появилась искра.
- Ты все поймешь. А эта путеводная звезда не позволит тебе заблудиться и уклониться с заданного пути. - Пояснила принцесса. - Ступай.
Откозыряв, рядовой отправился выполнять первое свое задание.
Принцесса Ночи вернулась к столу и уселась в кресло, передвинув его ближе ко мне.
- Луна, ты ужасающе прекрасна. - Поделился я впечатлениями.
Магичная грива Луны вроде как больше не нуждалась в расчесывании, но я привычным жестом поправил прядку на лбу аликорна.
- О, надеюсь, ты не испугался всего, что я тут сгоряча натворила?
- Честно? Испугался, конечно.
- А еще, дражайшая сестра, ты завораживающе замораживающая. - Высказалась Селестия. - Пирог превратился в эскимо и кофекао покрылся льдом.
Усмехнувшись, Луна кинула по красной искорке в каждую чашку, и вскоре от напитков пошел пар.
- Хм, Тия, а с каких пор этот шелупонь твой племянник?
Горестно вздыхая, аликорн виновато взглянула на нас.
- Мне горько это признавать, но… Луна, после нашего с тобой разлада у меня сильно развился комплекс родительской вины. Ведь я до сих пор корю себя за все, что вот так сложилось между нами. Отчасти этот комплекс мне даже помог в развитии страны, помог проявить любовь, участие и заботу ко всем моим пони. Но в личном пространстве я, как и прежде, вновь оказалась бессильна.
Прервавшись, Тия неторопливо схрупала печеньку.
- Все у меня наперекосяк. Не могу я быть ни хорошей сестрой, ни хорошей матерью. Блюблада я взяла под опеку совсем еще маленьким. И сейчас мне стыдно. И за него, и за себя. За то, что не уследила. Не воспитала должным образом... Избаловала. Хотела как лучше - он же ребенок. Меня забавляли его тогда еще относительно невинные шалости, потешная суетливая беготня слуг и комичное квохтание нянек. Это отвлекало от тяжелых мыслей, помогало забыться. И я позволяла слишком многое... Я свято верила, что делаю все правильно и исправляю прошлые ошибки. Что хоть немного облегчаю груз своей вины… Но время расставило все на свои места, со свойственным ему беспристрастием. И милый непослушный жеребенок вырос вот в такого обалдуя, как прежде непослушного, но еще более дерзкого и высокомерного. Все то, что было некогда умилительным в нем, изменилось, испортилось, трансформировалось в нечто непозволительное, отравленное вседозволенностью и нездоровой любовью. И с ним никакого сладу не стало окончательно.
Еще одна печенька. Я подношу Селестии ложку кофекао - и аликорн, отпив, продолжила изливать душу.
- Прозрение ко мне пришло, как вы поняли, уже достаточно поздно. Чего я только ни делала - и в Коньсфорд отправляла учиться, и в гвардию определила, на службу военную-государственную... а детинушка ну все никак не хотел уму-разуму набираться. Серчала, ругалась, наказывала... Один, достаточно серьезный проступок, наконец отрезвил окончательно, и как шоры с глаз слетели, явив во всей красе самую суть прокола моей педагогической политики. Племянник настолько вывел меня из себя, что терпение мое лопнуло: и потому я забананила его на плантации с целью перевоспитания - но результата не последовало... У меня уже крылья опустились.
Горестно всплеснув крыльями, неудавшаяся воспитательница ложится на край тарелки и печально тянет к себе очередную печеньку.
Теперь время Луне блеснуть актерским талантом: сочувственно-картинно вздохнув, она склоняется к Тие.
- Дорогая моя старшая сестра, истинно уверяю тебя, отнюдь не все способны быть хорошими родителями и воспитателями. Тебе суждена иная стезя: ты прекрасный правитель. И не изволь беспокоиться за племянника. Судя по всему, Блюблад, при всех своих очевидных недостатках, все же весьма храбр, если уж осмелился столь открыто выступить против той, кто в его глазах была свирепой и беспощадной Найтмер Мун, многократно превосходящей его в могуществе. Год изучения военного ремесла в Лунной гвардии - наилучшее средство для выколачивания дури, подтягивания дисциплины, и настоящего сурового обучения премудростям воинским. Уж за тетушкой Луной не заржавеет, не волнуйся, дорогая сестра, ошибочки прошлые повторены не будут. К тому же, если не ошибаюсь, с другой подопечной у тебя вышло вполне удачно. Хотя с Кейденс я покамест знакома лишь через отчеты и впечатления моих мышат - но и это позволяет оценить твои воспитательные труды по достоинству.
- Да, малышка Кейденс… Ее успехи радуют мое сердце, и вместе с твоими словами это подает надежду, что не все так печально. Благодарю, Луна. - Миникорн заметно повеселела и приободрилась. - А поскольку профессор Штерн одобрил нашу затею с Древом, я предлагаю не сеять семя в длинную борозду, и отправляться сей же час.
- Вылетаем в окно? - Деловито осведомилась Луна, покинув кресло и движением крыла смахивая в открытую тень увесистую банку с печеньями.