реклама
Бургер менюБургер меню

Гепард Лайри – Восход Луны (страница 12)

18

- И как твоя рана?

- Не беспокоит.

- Хорошо. Выходим.

«Фольксваген Пассат Б4» встретил нас равнодушным взглядом фар.

- Ты привез меня в этой карете? - Аликорн обошла вокруг «универсала», прикасаясь к корпусу раскрытым крылом.

- Да, в этой машине. Можешь лечь на заднем сиденье, но прежде я тебе постелю, потому как ты с грязными ногами.

Постелил кусок старого ковра, и пока Луна устраивалась, положил скейт и ролики в багажник. Сев за руль, пристегнул ремень безопасности.

- Пока мы едем, можешь смотреть по сторонам, но меня не отвлекай.

- Хорошо, а куда едем?

- Увидишь. А если все в порядке, то и покатаешься.

Километрах в десяти от моего дома была «зона отдыха», строительство которой заглохло несколько лет назад, и с каждым годом «зона» все больше ржавела и разрушалась, превращаясь в живописные опасные развалины. Летом там тусовались байкеры и прочие любители экстремальных развлечений, зимой же никто не рисковал туда соваться из-за сугробов, льда и скрытых под ними острых кусков бетона и арматуры.

В этом году зима холодная и почти бесснежная, я рассчитывал, что удастся найти подходящее место. Во всяком случае, прошлым летом я там катался на скейте.

- Это мы сюда? - Луна сделала круглые глаза. Весь путь она задумчиво молчала, глядя на шоссе и слушая «Ночную дорогу» Визбора, много раз подряд записанную на кассету, и я не спрашивал пони о ее мыслях.

- А-агась. - Выключив музыку, я направил «Пассат» к комплексу. - Ты в темноте видишь?

- Да, ведь ночь моя стихия, я Принцесса Ночи. - Гордо сообщила Луна

- А Селестия, значит, Принцесса Дня. - Остановил машину, достал из бардачка фонарь.

- Верно. Куда ты?

- Наружу. Посиди в тепле.

Бетонное крошево скрипело под ногами. Миновав парковку, нашел комнату электриков. Ржавую дверь пришлось высадить ударом ноги. Застоявшийся воздух и мрак пронзил яркий луч фонаря. Мельком оглядевшись, заметил валяющийся в углу большой полуразложившийся собачий скелет.

«Я удивлюсь, если эта рухлядь еще работает и не рухнет от прикосновения».

Держа фонарь в зубах, открыл распределительный щит. Один из тумблеров провалился, едва повернул его. Другие поддались неохотно, и лишь переключив крайний, я наконец увидел свет в зале.

Вернувшись к машине, открыл дверь Луне - пони ловко выскользнула из салона. Скейт я положил на спину аликорна и она несла его, придерживая крыльями.

По задумке строителей, зал должен был вмещать около двух тысяч зрителей и служить простором для демонстрации мастерства крутить колеса и гнать адреналин. Но все, что было в нашем распоряжении - относительно ровный пол да несколько самодельных трамплинов, оставленных народом с осени. Свисающие из-под недокрытой крыши лампы давали достаточно света.

- Пробуй, резвись. - Усевшись на бетонную тумбу, я переобувался.

- Спасибо! - Прыгнув на доску, Луна взмахнула крыльями и укатила.

Ощупью снимая ботинки и глядя на пони, я похвалил себя за предусмотрительность: Луна лихо разгонялась на скейте с помощью крыльев. Приноровившись поворачивать легким наклоном тела, выписывала замысловатые петли.

- Это так весело! Я будто снова летаю! - Крикнула она, проносясь мимо.

- А ты взлети! - Махнул рукой на трамплин.

Аликорн остановилась в дальнем конце зала, скрытая полумраком, я видел лишь ее сияющие глаза. Помедлила, словно решаясь на прыжок в пропасть и взяла мощный разгон. Низко пригнувшаяся, с развевающейся гривой, целеустремленная, уверенная в себе до кончика рога - Принцесса Ночи была прекрасна, как никогда прежде.

- Й-и-ия-я! - Восторженно крикнула аликорн, взмыв на несколько метров. Крутанувшись, расправила крылья и широким кругом спланировала ко мне. Она сумела взмахом крыльев остановить полет, зависнуть и аккуратно приземлиться у самых моих ног.

- Лайри, я… не знаю, что и сказать! - Смеясь, Луна положила голову мне на колени.

- Не нужно слов - я вижу и чувствую, что ты счастлива. И я тоже счастлив. Ради этого я и сижу тут, а не дома на диване. Отдохни, пока я обуваюсь, затем покатаемся вместе.

- Я не могу отдыхать, у меня переизбыток сил и я должна растратиться! - Тряхнув гривой, Луна убежала искать скейт, оброненный при взлете.

Пока я надевал ролики, пони взлетела еще два раза - ей удалось сделать «бочку», пронестись над полом бреющим полетом и подняться на крыльях до самых ламп. В полете она не поджимала ноги, на манер птиц, а вытягивала их вперед и назад.

- Ну, ты готов? - Подкатила запыхавшаяся и довольная принцесса.

- Готов.

- Держи! - Неожиданно задрав свитер, повернулась крупом ко мне.

- За хвост? Ну да, чтоб он в руках остался?

- Не останется, он прочный. Держи, говорю. - Попятившись, Луна всучила мне хвост.

- Как скажешь. - Намотал хвост на предплечье и крепко ухватился.

- А теперь держи-и-ись! - Кобылица дико заржала, расправляя крылья.

- Эй! - Я шлепнул ее по крупу.

- М? - Неохотно обернулась, азартно сверкая глазами.

- Ты только меня в полет не отправь. Я летать не умею.

- Учту. - Снисходительно фыркнув, встала на доску.

В полет меня не отправили, но я приложил немало сил, чтобы просто оставаться на колесах, в моменты безумных трюков, выполняемых аликорном. Ее крылья, со свистом рассекающие воздух, переливались в свете ламп красивейшими оттенками синего и фиолетового. Холодный воздух обвевал лицо, я наслаждался головокружительной феерией движения, света и звука, пока не почувствовал сильную усталость. Улучив момент, выпустил хвост и откатился к стене, переводя дух.

- Лови меня-я-я! - Взлетевшая с трамплина, Луна сделала сумасшедший кульбит и прилетела ко мне на руки - под ее весом я рухнул.

- Ой, прости! - Спохватилась она, тут же вскочив. - Я совсем тебя укатала. Ты в порядке?

- С-спаси-и-ибо… - В голове медленно стихал колокольный перезвон, перед глазами все необычайно четко. Обеими руками схватил склонившуюся надо мной Луну за голову, притянул и одарил глубоким, страстным, жарким поцелуем в губы. Глаза кобылицы широко распахнулись в изумлении, ушки поднялись и вздрагивали, она стояла, затаив дыхание, пока я не отпустил ее.

- За что?.. Зачем ты сделал это? - Смущенно отвернулась, украдкой повернув ухо в мою сторону.

- Делаю тебя счастливой, за то, что ты даришь счастье мне. - Сел, сгреб Луну, прижал к груди, чувствуя ее трепет.

- Быть может, ты все же отпустишь меня? - Шепнула пони. Я молча разжал объятья, Луна отыскала скейт, уехала на другой конец зала, вернулась с ботинками в зубах.

Сменив обувь, я добрался до комнаты электриков и выключил свет в зале, ухитрившись не выломать при этом еще пару тумблеров.

***

Домой мы ехали молча - сил на разговоры не осталось, да и слова были излишни. Раздевшись и выпив по чашке горячего чая, доползли каждый до своей лежки, и боюсь, Селестии не суждено было навестить нас во сне этой ночью.

Гл. 4 - Оригами взаимоотношений

Примечание к части

«О, небо! Если он вынудит меня к соитию, я не смогу. Не смогу отказать...» - Робко посмотрела в лицо, тщетно пытаясь предугадать свою участь. Да и есть ли смысл угадывать?



Иллюстрация к главе:

https://sun1-14.userapi.com/c830709/v830709987/16652a/sMbogAlNxLs.jpg

Автор - Елена Столярова - vk.com/id200268895

Лучи Солнца с трудом пробивались сквозь нагромождение серых туч, освещая аллею. Ранним зимним утром люди нежились в теплых постелях и тишину нарушали воробьи да синицы, летающие в поисках корма. Никто не мешал беседе двоих существ. Человек, вольготно рассевшийся на заснеженной скамейке, был одет не по сезону легко: темно-синие спортивные штаны и серая майка с короткими рукавами. Слегка улыбаясь, он смотрел на стоящего напротив собеседника - белого аликорна. Погода была безветренной, но цветные грива и хвост пони развевались, охваченные чуть заметной магической аурой.

- Лайри, объясни мне, что ты делаешь с Луной и почему я уже вторую ночь не могу дотянуться до нее во сне?

- Я делаю ее настолько счастливой, что после она спит без задних ног.

- Без ног?! - Ужаснулась аликорн. - То есть как это?

- Селестия, я могу показать, но придется изменить обстановку. Вы не против?

- Меняй. - Кивнула, смерив меня хмурым взглядом с головы до пят.

Солнце быстро угасло, дома рассыпались в пыль, аллея растворилась словно мираж. Послышался хруст крошева под ногами, из серого тумана проступили очертания неприветливых развалин.