Георгий Зотов – Минус ангел (страница 2)

…Воздержавшись от ответа, существо в зеленых лосинах по имени Локки, присев рядом с трупом, ловко открыло плоский чемоданчик. В удобных кожаных «карманах» покоились странные на первый взгляд предметы – небьющиеся пластиковые колбы, шприцы и скальпели. Достав марлевую повязку, Локки надел ее и протянул точно такую же убийце – тот быстро завязал тесемки на ушах. Вслед за этим Локки извлек из кармашка узкое лезвие скальпеля и посмотрел в угол погреба за кадуш–кой, где что-то шевелилось. Чуть-чуть помедлив, он натянул на руки плотные резиновые пе–рчатки.

– Осторожнее, – предостерег первый «голубой». – Это очень опасно.

– А то я не знаю, – задиристо повел тонкими плечами второй.

Пружинисто поднявшись на ноги, он переступил через лужу черной, начинающей густеть крови, взвешивая в руке ледяную сталь скальпеля…

Глава первая

Татуировка на спине

(воскресенье, 21 час 20 минут)

П рибой шумел негромко и ласково – волны прозрачного океана, шипя пеной, неспешно облизывали белый коралловый песок. Легкий теплый ветер покачивал верхушки кокосовых пальм, между стволами которых были натянуты шелковые гамаки. Небо пронизывал нестерпимо розовый свет, как будто кто-то размазал по нему лепестки цветов – в «прорехах» виднелись проблески умирающего красного солнца. На песке отпечатались цепочки мелких следов – прибрежные крабы вылезли из своих нор, дабы встретить наступление долгожданной ночи.

Платиновая блондинка, наблюдающая за мельтешением черных спинок на песке, отхлебнула ананасовый сок из хрустального бокала и облизнула верхнюю губу. Интересно, а за какие заслуги попадают сюда крабы? Что такого они могли сделать за свою недолгую подводную жизнь? Вытащить тонущую девушку или заткнуть панцирем течь на корабле? Впрочем, какая разница… Тут куда легче с ума сойти, нежели разобраться в подобных тонкостях – за пять тысяч лет она уже научилась это понимать.

Знакомые с кокаином чувственные ноздри вздрогнули. Блондинка была не то что глянцево-журнальной красавицей, но, по честной оценке опытного ловеласа, ее вполне можно было охарактеризовать как хорошенькую – даже симпатичную. Вздернутый носик, чуть припухлые щечки, подбородок с неглубокой ямочкой. Пожалуй, ее лицо портили лишь губы – тоненькие, как ниточки, еле заметные на бледном лице. Девушка была одета в белый хитон с голубой каймой – из легкой, но в то же время плотной ткани, скрывающей очертания тела.

Пальцы с идеальным маникюром снова сомкнулись вокруг ножки бокала. Блондинка с ненавистью посмотрела на желтую поверхность сока – ее губы уже раскрылись для емкого и краткого слова, но тут раздался противный, полуметаллический звук: «Биииииип!». Красивое лицо девушки исказилось от злости. Ну конечно, как всегда. И что, это у нас и есть идеальное общество? Знала б она об этом раньше, выбрала бы совершенно другое. Поживи здесь один-единственный месяц – сдохнешь от рафинированности. Пива бы… честное слово, переспала бы сейчас с кем угодно за бутылку (бииииииииип ) пива. Да только спи не спи, нормального пива на островах нет и никогда не будет – исключительно безалкогольное. А порядки? По сути, только что, мимолетно подумав о варианте отдаться за бутылку, она совершила мыслепрегрешение. И хотя за мыслями тут обычно никто не следил, в случае подобного проступка сотрудникам офиса тре-бовалось составить подробную записку с добровольным покаянием на имя начальства. Пошли они на бип. Ничего она составлять не будет.

Вздохнув, блондинка опять отхлебнула приличную порцию сока – примерно треть стакана. На песок мягко упал кокос с раскачивающейся неподалеку пальмы. К нему тут же устремились крабы, но девушка не обратила внимание на их шуршание. Она взглянула на изящные наручные часы, сделанные в форме лилии. Уже полдесятого вечера – с минуту на минуту в онлайне появится загадочный кавалер, невесть откуда свалившийся на ее голову. Девушка изнервничалась в ожидании его появления – слишком многое зависело сегодня от того, что она должна была услышать.

О-оу! – ойкнула «аська», и блондинка нетерпеливым движением подтащила к себе лежавший на столе голубой ноутбук. Она сразу нашла в контакт-листе того, кто ей был нужен, – ник из двух заглавных букв и цифры – RL2. «Ты на месте? Ответь», – мигнуло сообщение icq. «Да», – быстро напечатала она ответ, бегая наманикюренными пальчиками по клавиатуре. Помедлив, добавила: «Ты сделал то, что я просила?» – И экран чуть дрогнул, как бы испугавшись вопроса. «Скоро сделаю. Жди результата». Значок цветка на мониторе дернулся, словно в агонии, и сделался красным – собеседник отключился: как всегда, неожиданно. На всякий случай она подождала еще минут пятнадцать, после чего нехотя убрала руку с «мышки»: судя по всему, RL2 надолго ушел из онлайна.

Девушка встала, сбросив с себя хитон и оставшись совершенно обнаженной: наклонившись, развязала длинные ремешки на греческих сандалиях из искусственной кожи. Еле касаясь босыми ногами теплых деревянных ступенек, она сбежала вниз, направляясь к пляжу внутри лагуны. Последние отблески солнца весело играли на крепкой маленькой груди с розовыми сосками. «Жди результата» – горячими молоточками стучали в висках буквы из «аськи». Отлично. Она подождет.

Море было теплым словно парное молоко. Впрочем, на иное она и не рассчитывала: редкие местные плюсы в том, что тут не бывает штормов или внезапного похолодания. Наслаждаясь прибоем, блондинка медленно во–шла в сверкающий океан – вода сладко обволакивала ее бедра. Последний луч солнца окрасил в багровые тона профессиональную кра–сочную татуировку на мускулистой, без грамма жира спине – дракон, держащий за горло красивого юношу с мечом. Когда лопатки двигались в такт ходьбе, челюсти дракона сжимались, как бы откусывая человеку голову. Картинку венчала надпись, выполненная готическим шрифтом: «МЕСТЬ».

Бросившись в волны, она не видела, как ник RL2 в «аське» неожиданно засветился зеленым светом и через секунду снова отключился. В до–ставленном сообщении было всего одно слово: «Сделано».

Глава вторая

Ребрендинг

(понедельник, 12 часов 27 минут)

С идя в высоком серебряном кресле под огромным панно в виде двух скрещенных крыльев, Габриэль пристально рассматривал присутствующих. В нем постепенно закипала холодная ярость. Народ за длинным столом, можно сказать, резвился: рассказывал свежие анекдоты, пил святую воду из маленьких хрустальных бутылочек и хвастался новыми электрическими машинками для модной стрижки перьев. Казалось бы, ведь прошли миллионы лет с того момента, как Го-лос изволил сотворить Вселенную: за это время ангелы могли бы и привыкнуть являться на летучки в назначенный час. Так нет же, минуло уже двадцать минут, а важное совещание никак не может начаться, потому что со–труд–нички еще не наболтались. Конечно, главного начальства с его непререкаемым авторитетом на месте нет, а Габриэля-то самого разве кто будет слушать? Наказывать и даже штрафовать ангелов последние пятьсот лет нельзя – начальство запрещает: мол, у нас светлая Небесная Канцелярия, а не мрачный Город, где режим построен на жестоком подавлении индивидуальной личности. И, дескать, какое же тогда отличие ласкового Рая от жестокого Ада, если и в Раю все начнут ходить строем, подчиняясь строгой дисциплине и четким приказам? Нужны послабления. Нет, в чем-то начальство право – они и без того уже запретили все, что только можно: легче бен Ладену приехать по туристической визе в Нью-Йорк, чем простому человеку пройти через Райские Врата. В результате народу в Небесной Канцелярии – почти никого, построенные для праведников роскошные виллы на тропических островах пустуют, а в сорокаэтажных феше–небельных небоскребах живут максимум по три-четыре человека. Сто раз говорил начальству:  надо организовывать БОЛЬШЕ ка–чественной и дорогой рекламы на Земле, чтобы люди бредили райскими кущами, мечтали попасть в Рай, делали это главной целью своей жизни. Уже в Cредние века никто не покупался на замшелые правила, которые рекламировали представители Голоса на Земле: не ук–ради, не убий, не прелюбодействуй (это в XXI-то веке, где у каждой замужней женщины минимум по два любовника), а потом, так и быть, можешь вечно летать по облакам в нижней рубашке и кушать яблочки. Проблема в том, что Голос идет на такие вещи довольно неохотно: дескать, Рай небесный сам по себе восхитительный бренд, поэтому рекламировать его ни к чему. И вообще, любая реклама призвана обманывать народ, а это против рай–ских правил. Ну-ну. Так размышлять было хорошо в эпоху Ренессанса, а в наше циничное время без рекламы далеко не уедешь. Если бы это зависело от Габриэля, то он бы давно уже нанял первоклассных специалистов со стороны и произвел ребрендинг. Вот и сейчас –начальство бездумно умотало в очередной отпуск на Землю, а все планерки и совещания неизбежным молотом свалились на его крылья. Объем дел сумасшедший; как тут ни изворачивайся – обязательно сделаешь что-то не так. Неприятно вспоминать, КАК ему досталось в прошлый раз, когда начальство в отпуск ушло, а тут Вторая мировая война внезапно разразилась… Голос ему едва крылья не оторвал после возвращения. И коллеги, и лучшие друзья потом «мочили» его на собраниях с такой радостью и упоением, что непонятно, как он вообще усидел в кресле первого заместителя. В этом вопросе лучше всего не стремиться к новизне, а вернуть назад старые традиции. Почему бы изначально не устранять таких земных лидеров, как Гитлер? Практиковалось же это открыто в библейские времена, когда на Землю чуть ли не каждый месяц посылали ангелов возмездия. А это, надо сказать, были крутые ребята: двое из них запросто уделали сразу пару огромных городов – Содом и Гоморру, да так, что камня на камне не осталось. Нет, отряд райского спецназа не расформирован – формально он существует до сих пор, и даже для проформы проводятся тренировки. Но в целом его бойцы столетиями скучают, лениво сражаясь друг с другом в шахматы на базе, и, наверное, полностью утратили свои боевые навыки. Причина проста – Голос потерял интерес к созданному им человечеству, обнаружив, что оно оказалось далеко не таким милым, как он себе первоначально представлял, конструируя Адама и Еву. Устав разруливать бесконечные войны, кровопролитные казни и увлечение золотым тельцом, Голос в итоге плюнул: «К этим ангелов возмездия хоть каждый день отправляй – толку никакого», после чего предоставил людей самим себе. Втайне он наив–но надеялся, что они образумятся и придут к нему снова. Но этого не случилось…