Георгий Зотов – Армагеддон Лайт (страница 42)

— Нет, не нужно, — отрезает божество. — Это сложнейшая процедура. Тот, кто вселяется в тело чтицы (если это не специально присланный из райских кущ ангел с особым кодом и артефактом управления), умирает. Организм девицы сопротивляется духовному вторжению. Я уже потерял своего главного помощника, поэтому и обратился к тебе с предложением. Когда поможешь уничтожить братьев, то получишь всё, что я обещал.

Суккуб набрала воздуха в грудь перед следующим вопросом.

— Кто ты такой?

Губы божества тронула ледяная улыбка.

— Всю свою жизнь я спрашиваю себя об этом. Я пережил слишком много ипостасей. Сначала моё существование было ужасным, мне пришлось испытать чудовищную несправедливость. Тысячи лет я ждал, когда учёные изобретут машину времени, а она так и не появилась на свет. Я всегда мечтал исправить случившееся со мной. И уже потерял надежду, но… К счастью, одна из моих способностей — распознавать ангелов в любом облике. Земля — чуждая для них территория, здесь открыто правят бал слуги Сатаны, и ангелы нуждаются в добровольных помощниках. Постепенно, шаг за шагом, я стал доверенным лицом Рая… О, конечно, узнай они, кто я такой, — по меньшей мере испытали бы культурный шок. Но силы добра наивно полагают, я давно в могиле. И вот однажды судьба свела меня в римском кабачке с неким ангелом, кажется, его звали Хальмгар. Он выпил слишком много вина, ведь ангелы не знают меру в пьянстве. Их организм не содержит фермент, расщепляющий алкоголь, и это равняет ангелов с чукчами. Выпить могут много, но косеют мгновенно… Во время попойки с ним я и узнал: существуют корректировщицы прошлого — чтицы.

Суккуб боялась даже издать вздох, она полностью растворилась в словах божества.

— Чтицы способны изменить прошлое, и много раз делали это по воле Небес, — продолжал обитатель стеклянной комнаты. — А Бог… ввиду занятости Он почти не обращает на это внимания, автоматически благословляя целые пакеты изменений. Прибывают три ангела со специальными кодами Рая, три чтицы пишут по паре строчек, — и мир незаметно обновляется. Гениальная идея. Поэтому-то мне и захотелось рискнуть. Если не прямо сейчас, то когда?! Но я не думал, что отсутствие кода вызовет такие сложности…

…Божество погрузилось в пространные рассуждения. Согласно ощущениям Лукреции, ему сейчас попросту хотелось выговориться. Слова потоком лились из синего рта, как вода из уличного фонтана, на подбородок стекали струйки крови. Хальмгар, как оказалось, спьяну выболтал божеству лишь часть правды, — остальное оно узнало потом. Когда чтица одним росчерком в книге меняет прошлое, все, кто контактировал с ней за последний час, попадают в псевдореальность, созданную её сознанием (в том числе — и ангел-курьер). Божество старалось действовать аккуратно. Оно наводило справки среди преданных ему народов, пытаясь выяснить, есть ли такой, кто способен овладеть духом чтицы, подчинить девушку и заставить её написать заветные строки? Беседовал с отверженными демонами, лесными духами и горными привидениями… Вероятно, в итоге произошла утечка. Именно поэтому из Рая, не разобравшись, срочно отправили Аваддона с секретным заданием — немедленно устранить чтицу, не дать неизвестному злоумышленнику изменить прошлое. По иронии судьбы, приказ отдал куратор Настасьи — тот самый старший ангел Хальмгар. К счастью, Аваддона совсем не посвятили в детали операции.

Иначе ангел узнал бы очень простую вещь.

Разрушить призрачную реальность — легче лёгкого. Все, кто очутился в ней по росчерку пера чтицы, должны умереть. Когда божество, Агарес, Аваддон (и, собственно, суккуб Лукреция) расстанутся с жизнью — они вернутся в захваченную французами Москву, на прежние позиции. Правда, саму Лукрецию, как искусственного демона, созданного в одной из реальностей, ждёт ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО приятный бонус… И вот за это она сделает всё, что угодно. Божество в неё верит, а уж сама Лукреция верит ещё больше.

Вряд ли божество лжёт. Это чистая правда. Она чувствует — всем сердцем.

Лукреция не считала свой поступок предательством. Демоница до мозга костей пыталась быть верной сотворившему её хозяину, но тот ничего не заметил, отмахнулся, как от мухи. Что ж, тогда суккуб послужит тому, кто по-настоящему ценит преданность.

— Откуда всё это… господин? — с лёгкой заминкой спросила Лукреция. — Способность повелевать ифритами, власть над зомби, магия, дарующая невидимость и позволяющая исчезать сквозь стены? Ты действительно бог?

Божество милостиво улыбнулось из-за стекла.

— Нет. Я самый обычный человек, Лукреция. Сверхспособности — лишь оттого, что Бог проклял меня за грехи… Но даже кара Божья может стать благословением. Ты вот лично не знаешь настоящего Дьявола, а жаль. Какую грандиозную пользу он извлёк из проклятия Господня! Создал целый культ, фактически Земля находится в полной его власти. То же самое — и со мной. Люцифер — повелитель падших ангелов, а я — проклятых рас. Созданных Богом ДО человечества, в тщетных попытках населить пустующую Землю. Словно ребёнок на уроках рисования! Если рисунок кажется малышу неудачным, дитя комкает бумажку и с гневом бросает её в корзину, видела такое? Падшие расы — столь же безжалостно смятые Господом листы. Ифриты, полупрозрачные существа с огненной кровью, ему не понравились, — они предпочитали селиться сугубо в бесплодных пустынях. Раса рефаимов, представители которой без конца воскресали, тоже надоела Создателю, — они были уродливы и бездумны, а мёртвые поглотили живых. Бог пытался уничтожить их, но безуспешно. Да, у него далеко не всё получается клёво. И людей он хотел утопить, однако те выжили. В итоге Господь привык к людям, они его даже забавляли — чёрные, белые, жёлтые игрушки. Впоследствии, глядя, как человечество соблазняется изобретениями Дьявола, он потерял интерес: по крайней мере, Бог Отец, с коим я имел дело… Ну а я… Согрешившее детище, я стал мировой знаменитостью. Ифриты, рефаимы, с десяток других отверженных рас признали меня своим божеством, поклонялись мне. Я закончу тем, что сказал вначале. Проклятие — это тоже дар.

Лукреция облизнула губы раздвоенным языком. В голове суккуба неслись видения: она представляла себе грядущую смерть как блаженство. О да. Её главная мечта сбудется, и она вволю насладится результатом. Демоны вечны, даже искусственные.

— Но может, всё-таки попробуем найти чтицу? — сделала она вялую попытку.

Божество за стеклом отрицательно помахало рукой. Да, оно право. Больше — никаких идиотских шуток хозяина. Теперь с ней общаются заботливо и вежливо, не шпыняют, не гонят. Воистину, перед ней стоит бог униженных и оскорблённых. Жаль, что он за стеклом.

Ей так хочется отдаться ему. Как раньше — хозяину.

— Я дважды потерпел поражение в стратегии с чтицей, — грустно признало божество. — И не желаю это повторять. Посему я специально переместил нас в мир, где нет чёрной и белой магии, и даже могущественного демона можно заколоть вилкой для салатов. Я понимаю твоё нетерпение, ты выбрала правильного хозяина. Но мы слишком долго ждали, пора заканчивать. Ты скажешь им, что нашла меня, и приведёшь сюда. А здесь будет устроена ловушка. Они попросту не представляют, как легко их уничтожить.

— Да, господин, — склонила чешуйчатую голову Лукреция. — Приказывай, я исполню.

И тогда божество начало говорить.

Глава 5

Танец стриптизёрш

(Главная пирамида Хранителя Солнца)

…Хранителю Солнца недавно стукнуло шестьдесят лет, и посему лидер Города считал себя довольно-таки искушённым в сложностях жизни. Он обожал копировать стиль одежд китайской древности и всегда облачался в тускло-золотые цвета. Фрак, брюки, сверкающая рубашка, тупоносые ботинки плюс скромная шапочка, гибрид блина и берета. Хранитель занимал Птичий Трон уже трижды: он честно избирался на этот пост, презирая обман при подсчёте голосов, фальшивые обещания и прочие недостойные его уровня мелочи. Правила едины для всех — если народ откажет ему в поддержке, то новый Хранитель торжественно зарежет старого на Камне Великой Благодарности в самом центре Солнечной Площади. Но этого варианта удавалось избежать, в последние десятилетия Хранителю капитально везло. Он славился умом и изворотливостью, а посему тщательно контролировал угрозу появления конкурентов. Увольнение в Канцелярии Солнца означало одно — казнь, ибо Хранитель знал, что народ любит изгнанников, и они могут стать популярными. Каждый год он казнил весь кабинет министров, каждые шесть месяцев — главного министра и еженедельно — председателя национальной компании, производящей автоторпеды. Нет, председатель вовсе не претендовал на должность Хранителя. Просто торпеды были ужасными.

Так поступал основатель Города. Так делал его предшественник. Так было всегда.

Врата Солнца, украшенные лучами искусственных светил, распахнулись. Вошёл слуга.

— К вам главный министр, о наш властелин, — вежливо поклонился лакей.

— Пусть зайдёт. — Хранитель Солнца побрёл к Птичьему Трону.

Вы как-то нелюбезно отреагировали на мой поклон, — обиделся слуга.

— Правда? — удивился хозяин прекрасного дворца. — Уверяю, тебе показалось.

— Нисколько, — гордо ответил лакей. И застрелился.

Главный министр вошёл, осторожно переступив (точнее, перекатившись) через растекающуюся красную лужу. Кругленький толстяк, он передвигался с помощью роликовых костылей, так как вследствие недавней казни остался без ног. Премьер-министра после утраты милости Хранителя отвели на огороды дворца и расстреляли. Тот притворился мёртвым, а потом умудрился разрыть могилу голыми руками и выбраться наружу. Ноги премьера пришлось ампутировать по причине гангрены, однако Хранитель Солнца настолько подивился живучести политика, что снова назначил его на прежний пост.