Георгий Юрский – Выстрел по видимой цели (страница 10)

— А что я? У меня даже ружья с собой не было.

— А кстати, где оно? — вмешалась Зоя.

— Где, где — в ружейке, — буркнул Валерий Михайлович.

— Сходим, посмотрим? — Никита понимал, что опытный егерь давно бы почистил ружье после выстрела, но надо было воспользоваться шансом.

— Да, еп вашу мать, — рассерженный егерь вскочил и направился к здоровому железному ящику в коридоре.

— Смотрите! — он распахнул дверь, лязгнув навесным замком и рукой пригласив смотреть на содержимое Никите с Зоей. Направленный на них взгляд был злым и вызывающим.

Внутри ящика стояли два карабина, «Тигр» и «Сайга», но гладкоствольных ружей там не было.

— И где? — спросил полицейский.

— В смысле «где»? — вскипел Валерий Михайлович и сам заглянул вовнутрь. Не поверив своим глазам, он начал ощупывать ружья. — Где же оно? — начал он бормотать, затем растерянно поднял глаза на силовиков: — Пропало.

— Ну-ну. Что за ружье было? — напирал Никита.

— ИЖ-27. Вертикалка, — Валерий Михайлович не мог поверить в реальность происходящего.

— Калибр ружья, дайте угадаю, двенадцатый? — с сарказмом продолжил полицейский.

— Дык, какой-же еще? — егерь поискал глазами стул и грузно на него уселся, переводя дыхание. Ему явно нездоровилось, и Зоя испугалась, что его хватит инсульт или инфаркт.

— Может, вам водички?

— Да, дочка, налей на кухне. Что-то нехорошо мне, — лицо Сушилина покраснело, а на лбу выступили бисеринки пота.

— Минуту, — Зоя метнулась в кухню за водой, всерьез испугавшись за подозреваемого.

Тем временем Никита достал листок с их расшифровкой хронометража охоты. «Полчаса-то у него было стрельнуть Муратова и к Станиславу выйти», — про себя отметил он, о чем и шепнул Зое. Попив воды, охотовед отдышался и пришел в чувство.

— Ребята, я не понимаю, куда оно делось. Аккурат перед охотой, ну неделю, может, тому назад, на месте было.

— А с собой вы его не брали на охоту? — полицейский почуял след, недаром сотрудники уголовного розыска после революции носили значки легавых собак.

— Не брал я его. Все меня видели. В трусы я его, что ли, спрятал! Без ружья я был! — повысил голос егерь.

— А может, в прицеп заранее бросили? Мало ли, на всякий случай? — вкрадчиво заговорил Никита.

— Дык я никогда в загон с собаками ружье не беру. Токмо нож, дорезать — если что. Собак подстрелить боюсь, они у меня цепкие, прямо на звере висят, — чуть не плача от отчаяния, оправдывался Михалыч.

— А ссор у вас с Муратовым не было? Говорят, он крутого нрава мужик был, — Никита прорабатывал все варианты развития событий.

— Да что вы такое говорите? Это же кормилец наш! Ну покричит маленько, но то же за дело. Мы же нонеча осиротели, кому мы теперь нужны? Все же тут загнется, — с отчаянием в голосе затараторил Валерий Михалыч.

Зоя смотрела на него и понимала, что, скорее всего, он не лжет. Конечно, стажа оперативной работы, да, впрочем, и жизненного опыта у девушки было недостаточно, но тут для нее было все очевидно. «Ну да, была возможность. Но где мотив?»

— Да мы вам верим. Ключи у кого от замка хранятся? — вмешалась она в допрос.

— Да вот они тут висят. Неправильно так, но, думал, тут все свои, — Валерий Михайлович махнул в отчаянии рукой и показал на гвоздь, торчащий из бревенчатой стены охотничьего домика.

— То есть, получается, любой охотник мог украсть ружье ваше. Правильно? — Подвела итог Зоя.

— Да, но зачем? У всех свои были.

— Так. Сторожа своего позовите, — Никита перевел разговор в другое русло. Он тоже не верил в виновность егеря, но пропавшее ружье сужало круг подозреваемых.

Через пять минут в коридоре раздалось мерное цоканье костылика, сочетающееся с глухим топотом протезированной ноги.

— Вызывали? — спросил сторож у Никиты.

— Присаживайтесь. Давайте еще раз пробежимся по дню убийства. Сидели в сторожке, никого не видели, никуда не выходили. Так?

— Та, конечно. Я же вам камеры показывал.

Зоя вопросительно посмотрела на Никиту, тот покивал головой.

— Да-да, изымем как вещдок.

— А вы знаете, где у Валерия Михайловича оружие хранится?

— Канешна. В сейфе в коридоре.

— Давно туда наведывались? — Никита начал поддавливать сторожа.

— Та никогда туда и не лазал. На шо оно мне? — лицо сторожа выражало такое неподдельное изумление, что полицейский махнул рукой и отпустил его.

— Зоя, сходи за видеорегистратором, а я эксперта вызову, пальчики с сейфа снять. Вдруг кто наследил.

Зоя пошла за инвалидом, стараясь не смотреть на его ногу, ощущая не то жалость, не то брезгливость. В сторожке, служившей Сереге еще и жилищем, в нос ей ударили запахи грязного тела и немытой посуды, и она с трудом сдержала позывы к тошноте. Зоя, стараясь не дышать, отсоединила видеорегистратор от всех проводов и выскочила из душного помещения.

Они больше часа дожидались приезда эксперта и все это время обсуждали дело. Подозреваемых становилось все меньше, а алиби все крепче.

— В сухом остатке, — начала подытоживать Зоя: — Станислав Тихоновецкий. Алиби 100 %.

— Степан Анисимович и Игорь Шмидт — тоже, — добавил Никита.

— Константин. 99 % алиби. Вряд ли эта… дама… врет, — Зоя не сразу подобрала слово, одновременно и оскорбительное, и вежливое.

— Виктор Перепелкин гипотетически мог украсть второе ружье, застрелить из него Муратова, а потом всем показывать свое с другим калибром, — выдвинул очередную версию Никита.

— И где он его прятал? Это же не пистолет, — покачала головой Зоя.

— Это правда. Сторож. Алиби 100 %, — продолжил мозговой штурм Никита.

— Я посмотрю на всякий случай записи с камер. Но, похоже, что да, — согласилась Зоя и крепче укуталась шарфом.

— Михалыч. Алиби нет. Но мотива нет, да и самому у себя ружье красть?..

— С другой стороны, смотри. Почистить его некогда было, вот и выкинул. Вдруг ты бы его в день убийства показать попросил?

— Так, а кто егерю мешал его сегодня утром достать и почистить? Показал бы нам, и нет вопросов, — Никита недоверчиво качал головой.

— Ерунда какая-то, — согласилась с ним девушка.

— А может, все-таки, наемный киллер-супермен? Мужик-то не простой. Надо, кстати, жену его опросить. Может, она что-то знает.

— Давай. Я договорюсь. Только она женщина больная, лучше мы к ней съездим, хорошо?

— Для бешеной собаки сто верст не крюк. Завтра и поедем, — Никита не стал упрямиться.

Вскоре прибыл эксперт и, обсыпав коричневым порошком весь шкаф, снял отпечатки пальцев. Зоя и Никита к этому моменту уже изрядно проголодались и, закончив следственные действия, рванули в город обедать.

— Давай ко мне заедем пообедать? Тут особо негде, а мать реально вкусно готовит, — чуть заискивающе спросил Никита.

— Как скажешь, — Зоя была настолько голодна, что готова на все.

Через полчаса они уже сидели в уютной столовой в частном доме родителей Никиты. Его мама, красиво стареющая женщина, подала им еду и тактично удалилась. Зоя была поражена ее манерами. Она ожидала увидеть деревенскую бабушку, докучающую им разговорами, но Никита и его семья снова разорвали все ее шаблоны. Еда была на высшем уровне, особенно после прогулки по лесу и длительного голодания. Но девушка заметила, что на столе не было мясных и молочных продуктов. Впрочем, был салат цезарь с креветками и гребешки на горячее.

— Здо́рово мама твоя готовит. Очень вкусно, — абсолютно искренне похвалила еду Зоя.

— Это правда, — не прекращая жевать, покивал головой Никита. — Хотя рождественский пост начался, поэтому только морепродукты и овощи.

— Ого. Ты тоже постишься?

Ответа не последовало, потому что у Никиты в этот момент зазвонил телефон. Он выслушал короткое сообщение, поблагодарил звонившего и начал озадаченно размышлять.