Георгий Вирен – Птица Ночь (страница 18)

и злокозненным врагом? Может, выкрали из шкафа ночью все его одежды (и такое тут случалось), не оставив ничего? Наконец, быть может, просто он давно уже низложен, и судьбу его решает в дальней комнате Совет? Так сидел он, а за стенкой, словно буйный зверь, метался, распираемый желаньем, благородный Римовалс. Наконец не вынес муки, обратился к шлемоносцу: «Отопри-ка, братец, быстро личный Бабушкин сортир». (В это время Одеватель уже выбежал с хитоном: оказалось, выбирали, чтоб почище был хитон). Встал тут Бабушка Великий и за стену к Римовалсу он прошёл, быстрее вихря, слыша возгласы его. Обратился он к герою: «Дело мы начнём согласьем. Не положено по чину, но не буду возражать. Эй, вы, слуги-шлемоносцы, отоприте быстро двери, чтоб не мучился напрасно наш прославленный герой. А потом, в согласье дружном, мы рассудим наши споры…» И сказал начальник стражи: «Засорился ваш сортир».

ДЕЙСТВИЕ СЛЕДУЮЩЕЕ

Столица. Кабинет Бабушки в Квартире. Бабушка и Римовалс сидят против друг друга на торцах стола, обильно уставленного фруктами, зеленью и напитками. Время действия – за неделю до возвращения Комиссии в Столицу.

Бабушка: Угощайся, друг мой.

Римовалс: Да-да, конечно (рассеянно берёт что-то, кладёт обратно на стол)

Бабушка: Ты чем-то расстроен?

Римовалс: Нездоровится… Годы, наверное…

Бабушка: А я их вроде не чувствую. Всё дела, дела, некогда болеть.

Римовалс: Мне бы твоё здоровье.

Бабушка: Как говорится, береги это самое смолоду. А ты, помнится, не очень-то…

Римовалс: Что было – то было.

Бабушка: Ну ты слишком не расклеивайся, держи себя в руках.

Римовалс: Стараюсь…

Бабушка: Женщин, вот, не обходи. Говорят, что молодит.

Римовалс: Ах, где вы, где вы, женщины моей молодости!..

Бабушка: Не говори, ещё встречаются весьма и весьма…

Римовалс: Не знаю, не знаю…

Бабушка: Ну вот, хотя бы эта… новенькая… Анири, что ли?

Римовалс: Видел. Не в моём вкусе.

Бабушка: Ну ты скрытник! А кто шептался с ней вчера в комнатёнке за Бетелевым залом?

Римовалс: Вот уж сразу и шептался – ничего в этом доме не скроешь! Просто познакомились, поболтали…

Затемнение. Свет выхватывает другую часть сцены, где мы видим это свидание Римовалса и Анири.

Римовалс: Знаю, знаю, всё знаю, больше тебя знаю, и про твоего ребёнка, и про Ясава, и про всю эту историю… (Пауза) Тебе не кажется, что ты здорово влипла?

Анири: Да почему же?

Римовалс: Ты что – не видишь, что у нас происходит?

Анири: Что?

Римовалс: Овечка. Валсидалв и сто его сторонников убиты, архив Дома Дружбы сожжён, Семейные Советы отменены, завтра будет объявлена война… А ты…

Анири: По-моему, нормальная жизнь…

Римовалс (улыбаясь): Чувствуется наше, семейное воспитание… (Резко) Хватит притворяться! Может, ты ещё скажешь, что веришь в эту байку насчёт прощения твоего родителя?