Георгий Виноградов – Русский школьный фольклор. От «вызываний Пиковой дамы» до семейных рассказов (страница 104)
Альбом 4 — песенник Ирины В., 14 лет, 1986 г., Ленинград.
Альбом 5 — песенник Ксении Ю., 16 лет, 1987 г., Ленинград.
Песенник начинается со слова «Цитаты», под которыми (№ 79 — 105) подразумеваются типичные альбомные посвящения, оформленные различными рисунками (имена и иллюстрации к стихам, см. № 99).
141. «Зависть» — одно из самых часто встречающихся в песенниках стихотворений.
163. Реликт того времени, когда стихи писались в чужой альбом «на память».
173. А. С. Пушкин. «Я вас любил...» Характерна замена «как» на «так» в последней строке.
174. Несколько различных текстов соединены в одно поздравительное стихотворение.
190. Популярная туристская песня 1960-х гг., бытует в различных вариантах.
191. Почти не измененное стихотворение М. Ю. Лермонтова «Нищий».
212. Песня из репертуара А. Пугачевой.
216. Песня из репертуара А. Пугачевой.
219. Частушка. Этот жанр отчасти приспособился к письменному бытованию.
Альбомы детской колонии
Альбом принадлежит к той еще мало изученной области словесности, которая носит название «письменный фольклор». Альбомы воспитанников подростковой колонии имеют те же особенности, что и альбомы школьниц, т. е. обладают довольно устойчивым жанровым составом («жестокие» романсы, популярные песни, афоризмы, тексты «для писем», подписи для фотографий, стихотворные пожелания, стихотворения различного происхождения) и узкоспециальными альбомными текстами (тексты зачинов и финалов, подписи к «секретам» и т. п.).
Наблюдения показывают, что в альбомах воспитанников колонии 50-х годов ведущим жанром была песня (или романс). Доля афористических текстов здесь невысока. В альбомах 90-х годов ситуация несколько иная: количество песен сокращается, тогда как афоризмов становится гораздо больше. По этой причине современный альбом больше напоминает личный дневник. Однако это только иллюзия, поскольку основной набор мотивов все-таки остается неизменным.
Исследователи альбомной культуры отмечают, что в основе существования альбома лежит диалог между «хозяином» / «хозяйкой» и окружением, то есть теми, кто вписывает в альбом тексты (пожелания, стихи и др.). В современном альбоме доля чужих текстов не высока, тем не менее диалог присутствует. Он складывается из многоголосия самих текстов без участия физических лиц. Все вышесказанное относится прежде всего к девичьему альбому. Иначе дело обстоит с тетрадями воспитанников колоний.
В ситуации вынужденной изоляции тематика текстов претерпевает изменения, хотя при этом основными предметами остаются любовь и дружба. Большинство текстов альбома заключенного — «от первого лица», что придает альбому сходство с личным дневником. Это особенно характерно для альбомов с большим количеством афоризмов. Однако при этом набор мотивов остается относительно постоянным. Следовательно, мы можем говорить, что «Я» в альбоме — это «Я», условно говоря, лирического героя, а не владельца альбома. Кроме того, альбомное «время» неоднородно, то есть ситуация заключения может переживаться как настоящее («Привет из мест, где нет невест»), как прошедшее («Поздней осенней порой // Падали листья, шуршали. // Я возвращался домой, //Где меня так долго ждали...») и даже как неизбежное будущее:
Это свойственно не только альбомам последнего десятилетия, но и тем, что составлены в конце 50-х годов (альбомы воспитанников Пушкинской колонии 1956 — 1957 гг. из коллекции В. С. Бахтина).
Поэтому одной из функций альбома является накопление им некоего коллективного опыта, который в каждом конкретном случае может переживаться как индивидуальный. Другая функция альбома декларируется в текстах: «Здесь нет особой красоты, пусть это будет только памятью», или:
Судя по текстам, цель альбома — запечатлеть все, что было в «зоне». Однако в альбомах-совершенно отсутствуют какие-либо конкретные описания тюремного быта. Тюрьма дана как нечто обобщенное:
Или:
В альбомах нет указаний на местоположение колонии и особенности ее существования. Редким исключением является текст № 38 настоящей публикации. Это говорит о том, что альбом не фиксирует индивидуальные впечатления, а является хранилищем письменного фольклора подростков[120].
В данном издании представлены тексты двух альбомов, составленных воспитанниками трудовой колонии для подростков г. Перми в конце 80-х — начале 90-х годов.
Альбом 1: составитель неизвестен; содержит 50 текстов, незаполненными остались 8 листов (на двух последних — адреса). Это типичный альбом. В нем представлены практически все основные альбомные жанры.
Альбом 2: составитель Батров Валерий Рашитович, 1975 года рождения, начало срока: 2 ноября 1992 года, конец срока: 2 января 1996 года. Альбом содержит 63 текста, незаполненными осталось более половины листов. Кроме того, в блокноте можно найти адреса Верховного суда РСФСР, Комитета по контролю за Прокуратурой и решением суда, а также редакции журнала «Человек и закон». В этом альбоме широко представлены тексты афористического характера. Отсутствие песен может быть объяснено тем, что оформление альбома еще только начиналось.
В текстах сохранена «авторская» орфография и пунктуация. Откорректировано лишь деление текстов на стихотворные строки.
М. В. Калашникова
Альбом 1