Георгий Вед – Павел Гард и амулет тьмы (страница 7)
– Вот же, растяпа! – ругал себя Пашка, собирая монеты.
Между делом он ловко нашёл в щели порога связанные чёрной ниткой пёрышки. Сжав их в кулаке, Пашка мысленно превратил «подброс» в маленький невесомый шарик и, найдя астральный адрес автора деяния, легонько дунул тёплым дыханием. Немного качнувшись, невесомый шарик поплыл прямо к своему создателю через входную дверь. Дело было сделано и больше его здесь уже ничего не держало.
– Ну вот, собрал вроде все. Побегу. Удачи тебе. Прости, если, что не так, – наигранно произнёс Пашка, делая вид, что опаздывает.
– Ты тоже меня прости! – мысли в голове у Лены путались, и она ровным счётом не имела ни малейшего понятия о том, как нужно себя вести в подобной ситуации, – Я позвоню тебе…, ну, в смысле сообщу, как доехала…
– Не надо! Не трать деньги. Я и так всё узнаю, если нужно будет, – ответил Пашка, подходя к лестнице.
– Ну да! Ты же…
Договорить то, что хотела, Лена не успела, за соседней дверью послышался пронзительный вскрик женщины, переходящий в хрип и натужный кашель.
– Ой! Это соседка! – всполошилась Лена, – Видимо пять приступ начался!
– Может помочь чем? – поинтересовался Пашка, хотя имел полное представление о том, что там сейчас происходит.
– Да нет, у меня ключи есть! У неё астма! Ну, давай, пока,… а то мне надо тут… – Лена побежала домой за ключами.
– Пока! – произнёс Пашка, уже скорее сам себе, так как Лена его уже не слышала.
Пробежавшись вниз по лестнице бегом, Пашка оказался на улице. Дождь закончился, и стало свежо и прохладно, и зима была уже не за горами.
Ехать домой на автобусе не хотелось, да и спешить было некуда. Так что лучшим решением было прогуляться, любуясь осенним пейзажем, а заодно поразмышлять и поискать ответы на возникшие вопросы, коих теперь было не мало. Мысли уже просто метались в голове Пашки, и с этим нужно было что-то срочно делать. Избавиться от лишнего, остальное разложить по полочкам и систематизировать.
Менять судьбы людей – это самая не благодарная работа на свете. Но разве это может сделать каждый? Нет, это далеко не так. Эта работа для избранных. Даже скорее – служение. Осталось дело за малым, узнать, кому или чему он служит теперь.
Пашке невольно вспомнились глаза девушки, которую он случайно толкнул на остановке. Странным было то, что он увидел её в самый последний момент. А вот в этом, пожалуй, стоило бы разобраться, и вспомнить все события до мелочей.
Он снял астральную информацию с прошлого события, и оказалось, что на девушке стояло заклинание незначительности. Вопросов стало ещё больше, чем было. Почему это сильное заклинание не подействовало на него? Как он смог его пробить, не прилагая к этому никаких усилий?
Зато теперь стало понятно, что именно её так удивило! Судя по всему у неё сегодня тоже не самый удачный день. А вот перебить чужое заклинание можно лишь в том случае если твоя сила больше. Значительно больше.
Что-то в облике девушки запало Пашке в душу и не хотело отпускать. Может это от долгого одиночества? Нет. Он что-то прочитал в её глазах. Какую-то добрую и нежную грусть, или такое же как у него одиночество. А ведь это всё так похоже на него самого, и к тому же она…
Где-то, совсем рядом с ним раздался резкий визг тормозов, и звук клаксона. Большой грузовик на всей скорости летел прямо на Пашку. Оказалось, что в этот самый момент он переходил дорогу и даже не удосужился посмотреть по сторонам.
Большие испуганные глаза водителя и крепкие руки, вцепившиеся в рулевое колесо, сильнее всего запечатлелись в памяти словно фотография.
Пашка невольно зажмурился, выставив перед собой руки, машинально пытаясь поставить магическую защиту от всех бед и напастей.
Яростный грохот мотора пронёсся прямо в его голове, обдав приторным запахом горелого масла и солярки. Затем всё разом стихло. Еле слышно открылась дверь кабины грузовика и тут же, посыпались трёхэтажные ругательства. Так умеют ругаться только водители грузовиков и только по особо важным случаям.
Боли не было. Страха тоже.
«Лёгкая смерть» – подумал Пашка.
Он пошевелил руками – вроде на месте, пальцы сжимаются. Открыв глаза и обернувшись, Пашка застал весьма необычную картину. Водитель фуры, ползал на четвереньках, заглядывая под машину. Выбравшись оттуда, он посмотрел в сторону стоявшего посреди дороги Пашки, затем почесал в затылке, явно чего-то здесь не понимая. Был человек, и нет.
«Он же меня не видит! – промелькнуло в голове у Пашки – Я живой!»
Приглядевшись к остановившимся прохожим, а потом к самому себе, он внезапно осознал, что мир стал чёрно-белым, а значит, он каким-то образом перешёл на второй уровень бытия. Выходит, что тогда с бабушкой он общался таким же образом, вот только тогда он точно сам никуда не переходил. Видимо это сделала она за него каким-то образом. Всё это конечно здорово, но как потом вернуться обратно? Хотя кто его будет теперь искать?
– Кому нужно тот найдёт! – раздался голос бабушки за спиной.
Пашка обернулся и увидел как, из светящегося портала, чем-то напоминающего деревянную деревенскую дверь, вышла бабушка Евдокия. Она, аккуратно притворила за собой не высокую дверь и внимательно посмотрела на внука. На этот раз она была одета в старинный льняной сарафан с вышитыми петухами, а на голове был повязан белый в горошек платок.
Пашка подошёл к ней улыбаясь словно ребёнок. В этот самый момент он всецело осознал, что не остался один на всём белом свете. И сегодня утром ему ничего не привиделось. Он не сошёл с ума, и случилось с ним то, о чём он ещё вчера даже не смел мечтать.
– Так значит всё это, правда! – вырвалось у Пашки само собой, – Всё это возможно. Но как ты это делаешь?
– На самом деле всё это проще пареной репы, – бабушка поправила платок на своей голове, – Представь себе, то место, куда тебе нужно попасть. Хорошо представь. Ну, или человека себе вообрази, с которым хочешь встретиться. Нужно очень сильно этого хотеть, а затем просто сделать шаг навстречу.
– Куда уж проще говорить, – возразил Пашка и, обернувшись, посмотрел на стоящий грузовик, – Эта машина проехала сквозь меня.
Водитель, нервно жестикулируя, что-то рассказывал прохожим. Одни относились к нему с пониманием, другие же наоборот решили, что он пьян и такого не может просто быть на белом свете.
– Не ёрничай! – приказной тон Евдокии, и раньше плодотворно влиял на успехи внука, – Делай что говорю! Все так начинают! А всякие тонкости приходят потом. Просто сделай это!
– День сегодня выдался не простой, – сдался Пашка, устало вздохнув, – Столько всего на меня свалилось разом. Голова кругом идёт от всего этого. Ничего не понимаю.
– Пойдём домой, – бабушка сменила тон, – Там и поговорим не спеша. Чего тут торчать посреди улицы?
Пашка закрыл глаза и представил свою квартиру. Она показалась душной и даже мрачной, но сосредоточиться должным образом не получалось, сказывалось нервозное состояние и элементарное отсутствие опыта.
– Просто мысленно соверши любое, привычное действие, когда входишь в квартиру, – посоветовала Евдокия и добавила, – Я и сама когда-то начинала обучаться так же.
Пашка закрыл глаза и мысленно перешагнул порог своей квартиры, одновременно включая свет в коридоре, и бросая ключи на стул. Где-то в груди у него екнуло, захватив дыхание. Внезапно возникшее голубоватое свечение вокруг него погасло, а ключи гулко забрякали по деревянному стулу.
Открыв глаза, Пашка ахнул от восторга, озираясь по сторонам. На всякий случай он потрогал руками стену коридора, затем спинку стола возле входной двери. Всё было настоящим.
– Вот это номер! Получилось! – вырвалось у Пашки.
Он действительно стоял у себя дома, вот только выглядело всё немного не привычно, в чёрно-белом цвете.
Нужно сколько-то времени, что бы к такому привыкнуть и воспринимать как должное. Первый раз сегодня утром его мозг воспринял это как дурной сон, теперь же возникло всего лишь ощущение дежавю и только. Третьего раза не миновать для полноты ощущений. Может потом тогда и возникнет полноценное чувство реальности происходящего.
Из комнаты Пашки, вразвалочку и смешно топая лапотками, вышел старичок, ростом буквально полметра с лохматой шевелюрой и бородкой. Он мельком глянул на Пашку, и не довольно пробормотал себе под нос:
– Ходють тут всякие! Разбрасывают всё! А мне ходи, потом убирай за ними!
– Это же домовой! – не скрывая восторга и удивления, выпалил Пашка, показывая пальцем.
– Вона как! Увидал-таки! – продолжил ворчать домовой, – Эново как тебя угораздило! Помер, что ли?
– Да живой он Фома, живой! – раздался голос бабушки откуда-то с кухни, – Не доставай парня, тебе же дешевле будет! Ту лучше приглядись к нему сперва.
Фома недоверчиво оглядел Пашку сверху вниз, взгляд его разом изменился и подобрел, седая бородка расплылась в улыбке. Разведя свои маленькие ручки в стороны, и услужливо кланяясь, домовой продолжил уже ласковым голосом:
– Милости просим, хозяин! Милости просим! Не беспокойтесь, я всё приберу! Никаких происшествий в ваше отсутствие не приключилось. Дом в полном порядке. Соседушка мой только захаживал. Егорушка. Да. Вот. Мы с ним поболтали о том, о сём…
– Да ты не слушай его Павлик! Он болтает иногда много, а иногда много молчит. Ты иди лучше чайку попей с дорожки, – предложила бабушка, – Да и поговорить нам с тобой следует неотложно.