Георгий Вед – День совка. Детектив поневоле (страница 32)

Я посмотрел в окно в проходе и увидел за ним знакомую стену из бетонных плит. Это могло означать только одно – поезд въезжает на вокзал города Череповца.

Надев пиджак, как положено в рукава, я подхватил спортивную сумку, дипломат и вышел из тесного купе в коридор, продвигаясь поскорее к выходу, пока там не собрались все выходящие на этой станции.

Говорят, что случится с человеком, может лишь то, что должно случиться. Пусть так и будет. В конце концов, эта жизнь мне начинает нравиться всё больше и больше, чем та моя прежняя жизнь.

Как я и предполагал, проводница не обратила на меня ни малейшего внимания, добросовестно выполняя свою работу. Спустившись из вагона по ступенькам, я направился прямиком в здание вокзала, благо оно находилось напротив остановившегося вагона.

Судьба «гопников» меня на этот раз не волновала, как и будущее пассажира потерявшего свой билет. Первым – я не судья, а второму – не ангел хранитель. Пусть каждый в этой жизни занимается своим делом. Я же буду решать свои проблемы.

Придержав закрывающуюся передо мной дверь ногой, я вошёл внутрь. Первое что я почувствовал – это резкий запах советской шпатлёвки и масляной краски. Как известно, косметический ремонт, в старые и добрые времена никогда не являлся поводом для закрытия здания вокзала на время проведения работ.

Вдоль стен стояли строительные леса заляпанные краской, а пол бы местами застелен картоном от коробок. Эко меня леший сюда занёс. Нет, чтобы на входе перед дверью поставить табличку с надписью: «Ремонт». И чего же я здесь собираюсь найти? По-моему пора мне отсюда выбираться.

Позади меня уже напирали приехавшие на поезде пассажиры, и поэтому я решил не возвращаться назад, а выйти из здания вокзала через другую дверь, которая выходила на привокзальную площадь. Скорее всего, где-то там, в дверях я и встречу водителя Костю.

Оглядываясь по сторонам и лавируя между стойками строительных лесов, я всё-таки умудрился споткнуться о край картонного листа и покачнуться в сторону, пытаясь удержать потерянное равновесие.

– Осторожно! – предупредил меня истеричный женский голос, – Щенка не затопчите!

Руки мои были заняты вещами, а где-то у себя под ногами я действительно заметил комок шерсти похожий на пятнистого щенка с повисшими рыжими ушами.

Стараясь не наступить на него, я окончательно потерял равновесие и с размаху влетел в стойку строительных лесов. Стойка, хрустнув, подвинулась, потянув за собой в сторону верхнюю перемычку поддерживающую край настила. Тот в свою очередь, потеряв опору, полетел вниз под действием силы всемирного притяжения.

Я не имею ни малейшего понятия о том, какой гений строительного монументализма водрузил на этот настил железную бочку с краской. Предположу, что таким образом ему было удобнее красить стены. Вот только она, эта самая чёртова бочка, под воздействием выше названной силы угодила мне прямиком в темечко, после чего свет в моих ясных очах тут же погас, а физической боли, как и всегда, не было.

Тело же мое пронзила исключительно боль моральная. Да, здравствует новый день, в котором я теперь просто обязан сделать для себя болезненные выводы!

Глава 18

Моё сознание пробудилось, от того, что я почувствовал знакомый с детства запах, исходящий от заводов Череповца, вот только глаза открывать я сразу не стал. Первым моим желанием было вскочить на ноги и начать действовать, но этого я предусмотрительно делать не стал, задавив его на корню. Всё что мне сейчас нужно – это запастись терпением и начать действовать методично, по пунктам как по нотам.

Исходя из унизительной боли, полученной в течение двух последних дней, я сделал для себя не утешительные выводы: интуиция – это не мой конёк, а все новые пути развития событий ведут исключительно в сторону земного ада. Возможно, в природе и существуют исключения из этих суровых правил, но это не точно.

В моей голове действительно начал созревать план, которого я собирался сегодня строго придерживаться. И что интересно, всё было действительно до гениальности просто. Гениальность, конечно же, принадлежала не мне а «Создателю». Всё что требовалось от меня – это правильно прочитать все полученные от него знаки и сложить из них единую картину моего задания.

И этот мерный стук колёс по стыкам рельс, сегодня особенно приятен, словно бы я чувствую его именно таким в последний раз, и хочу им ещё, хоть немного насладиться. А вот и знакомый толчок от того, что поезд начал тормозить. Да, я еду в купе и это здорово.

– Череповец! Просыпаемся! – командный голос проводницы прозвучал привычно вместе со стуком её кулачка в дверь купе. Не громко, но назойливо.

Точно так же привыкаешь в армии к команде дневального по утрам, в шесть часов. Время сейчас примерно то же самое. Эта проводница работает давно и ей явно приходилось не раз будить ещё и не таких лежебок как я. Вообще-то я энергичный и даже порой – чрезвычайно прорывной мужчина в самом расцвете сил, но видимо не сегодня утром потому, что мне нужно в точности повторить свой первый день. Разве что на некоторых его участках я намереваюсь расставить сегодня определённый акценты, которых ещё ни разу не ставил. Надеюсь, что когда-нибудь и я стану профессионалом в своём деле.

Поезд не спеша тронулся с места и от этого толчка я легко прикоснулся спиной к стенке купе. Да, он действительно дёргается, словно допотопный? В поездах мне приходилось в последнее время ездить часто, но всё как-то цивилизованно происходило в пути – сервис, кондиционер, комфорт во всём, и стука колёс почти не ощущаешь. Возможно, мне однажды повезёт на столько что я смогу вернуться в своё время. Вот уж чего бы мне точно не хотелось бы так это застрять здесь навсегда. На самом деле жить в прошлом достаточно не комфортно. Всё вокруг кажется не настоящим, иллюзорным.

– Граждане, пассажиры! – огласила проводница, топая по узкому коридору вагона в обратную сторону, – Не забываем сдавать постельное бельё!

Бойкая женщина. В такую-то рань «застраивать» обилеченных до Череповца пассажиров. Как же я сразу-то не догадался о том, кого же она мне напоминает. Очень похожие черты лица я видел только на одной фотографии и не придал этому никакого значения. Вот что значит – нет нужного опыта работы. А у «Создателя» хорошее чувство юмора. Зачем что-то прятать, если можно поставить это на самое видное место. Например, как билет, выписанный от руки на зеркале трельяжа. Теперь я знаю, где искать Лизу, но этот орешек, в виде проводницы, мне ещё только предстоит расколоть.

Я приоткрыл глаза и тут же захлопнул веки обратно. Эту попутчицу мне подсунули для отвода глаза. Могли просто посадить сюда любого другого человека, на которого я бы не обратил никакого внимания. Она заманчиво улыбается, глядя на меня, и я об этом точно знаю. А взгляд у неё хитрый и въедливый одновременно, словно бы мы с ней всю ночь тут чем-то интересным занимались, и она теперь строит на меня какие-то далеко идущие по её личной жизни планы.

Стоит признаться в том, что я поначалу на это купился и даже немного повёлся. Однако мне сегодня нужно в точности повторить первый день не обращая внимания на сентиментальность и прочую чепуху.

Лежу дальше с закрытыми глазами и чувствую, как она продолжает сверлить меня своим влажным взглядом. Всё так и было. Сегодня я ещё и немного актер, играющий свою же роль. А вот фантазию свою нужно сегодня умерить. По крайней мере, до поры до времени.

Как и в первый день ущипнул себя за ногу. Больно! Синяк точно останется! Я конечно не ангел и творил в молодости разное непотребное, да порой так, что с утра мало чего мог вспомнить без посторонней помощи. Надеюсь, что рано или поздно смогу восстановить в своей памяти хоть какие-то события из своей прошлой жизни в должном объёме.

– Вы же так свою станцию можете проехать, – добродушно обратилась ко мне «пышка».

Голос у неё действительно приятный и даже берёт за душу, и отрицать этого не стоит. Хотя, было бы значительно лучше, если бы на её лице не было сейчас этой блаженной улыбки.

– Уже встаю, – отозвался я, уже привыкнув к собственному голосу, и тут же, добавил, стараясь быть вежливым. – Спасибо. Разморило меня немного.

– Это не удивительно, – с сочувствием произнесла «пышка». – Вы же вчера на поезд опоздали и вас подсадили уже на следующей станции – Волховстрой. С вами был провожатый, сослуживец, весьма обходительный мужчина. Он вас на машине привёз и посадил на поезд.

– Да, да, – промямлил я, в точности как в первый раз.

Возможно, я когда-нибудь и разыщу этого заботливого «сослуживца». Просто интересно узнать о том кто он такой. Я скинул синее одеяло с белыми полосками на концах, лежащее поверх белой простыни в сторону и приподнялся с полки, спуская ноги на пол.

– Вам нездоровилось, и ваш сослуживец уложил вас спать, – продолжила свой рассказ попутчица, немного выдвинувшись из-за столика в мою сторону, – Весьма расторопный мужчина. У вас видимо вчера был тяжёлый день просто. Он ещё успокоил меня, сказав о том, что к утру, вы будете выглядеть как «огурец». Так всё и вышло.

– Да, вы правы, – охотно согласился я и, сделав небольшую паузу, добавил. – Работа у меня не простая.

– Это сразу видно, – уважительно произнесла попутчица, ещё раз оглядев меня с головы до пят.