Георгий Савицкий – Штурмовой удар (страница 7)
Еще заход. Егор лупит реактивными снарядами по моджахедам, не давая им возможности открыть ответный огонь. Рядом ведомый атакует скрывающийся за камнями пулеметный расчет. Пара подполковника Волкова поливает длинными пушечными очередями склоны гор. Рядом ведет штурмовку второе звено «Грачей». В эфире — крики, мат, вопли.
Вспыхнул один Су-17, свалился в штопор, разматывая за собой шлейф жирного черного дыма. На каменистом склоне вспыхнул взрыв. Все… Такая у штурмовика жизнь, мгновенно обрываемая взрывом-вспышкой.
Суки! — взвыла рация.
Пара Су-17 устремилась к позициям душманов, перепахивая их пушечными очередями.
«Волк-3», «Волк-4», прикройте «соседей», — раздался в наушниках голос комэска.
Понял, выполняю!
Штурмовики Егора и Сергея неслись на бреющем над позициями душманских зениток, расстреливая их почти в упор из встроенных носовых пушек. По кабине хлестнула очередь ДШК, но самолет выдержал удар, а пулеметная установка превратилась в клубок пламени. Штурмовики взмыли вверх, победно сверкнув алыми звездами.
«Волки», «Демоны», выходим из боя.
Вас понял, — недовольным голосом отозвался Егор.
В жилах плещется адреналин, чувства обострены, как никогда, но боекомплект почти на нуле и горючее на исходе. Штурмовики разделились на две группы, чтобы как можно скорее покинуть поле боя.
Вдруг Егор увидел, как несколько очередей из ДШК поразили выходящий из атаки Су-17. Тяжелые пули прошили крыло, впились в фюзеляж, ударили по кабине. Штурмовик словно наткнулся на невидимую преграду, резко просел вниз, завалился на крыло, но потом с трудом выровнялся. За ним вился зловещий шлейф черного дыма. О том, чтобы катапультироваться над полем боя не могло быть и речи. Даже уцелей пилот в этом аду, лучше живым ему к моджахедам не попадаться.
«Волк-1», я «Волк-3», Су-17 подбили! — доложил Егор.
Вижу, Егор, вижу, — ответил ведущий. — Сопровождайте его до безопасной зоны.
Понял. Выполняю.
Пара штурмовиков рванулась на помощь своему подбитому собрату, прикрывая его своими стальными телами. Они ударили из пушек, шквальным огнем размазывая по скалам энтузиастов противовоздушной обороны.
«Стриж», я «Волк-3», прием. «Стриж», что там у тебя, ответь.
…ально. Все нормально, — пробился сквозь треск и шипение голос летчика-истребителя.
Спасители пристроились по бокам подбитого самолета.
«Стриж», я «Волк-3», доложи о повреждениях, — радировал Егор.
Зацепило двигатель, растет температура масла, машину трясет.
Ранен?
Есть немного.
Как только выйдем из этого района, катапультируйся.
Понял. Я только об этом сейчас и мечтаю, — усмехнулся пилот подбитого самолета.
Держись, мы тебя не бросим, — Егор переключился на частоту базы, чтобы вызвать поисково-спасательные вертолеты.
Самолеты уже вышли из зоны боя. Отлетел, блеснув на солнце, разбитый фонарь кабины, блеснула вспышка сработавших пиропатронов, и в облаке дыма от пороховых ускорителей катапультное кресло с пилотом выстрелило из погибающего самолета. Спустя несколько секунд в небе расцвел белый одуванчик парашюта.
Штурмовики сделали круг над местом приземления пилота, покачали на прощание крыльями и растворились в реве турбин в лазурно-синем безмятежном небе. А в этот квадрат уже спешили поисково-спасательные вертолеты под прикрытием тяжелых «Крокодилов»[5].
Едва сели, новое задание — разведывательно-ударные действия по группам моджахедов, отходящих в горы.
Пока готовили машины к новым вылетам, пилоты тут же — под крыльями своих самолетов завтракали, еду доставили прямо на стоянку. Разговоры велись о прошедшем бое.
Нормально же мы их поутюжили.
Да, неплохо вжарили.
А машины у нас — просто блеск!
Во, а ты не хотел на этом штурмовике летать.
Да ну тебя…
Пока летчики, оживленно переговариваясь и жестикулируя, обсуждали перипетии минувшего боя, Егор стоял возле своего самолета и задумчиво глядел на обшивку.
Егор, ты что там уснул, что-ли! — окликнул его Юрка Солощенко из второго звена.
Я, Соловей, дырки считаю, — наставительно подняв палец, произнес Егор, глядя на изрешеченную крупнокалиберными пулями и осколками обшивку.
И много насчитал?
Хватает… — покачал головой летчик.
В небо взмыла зеленая ракета. По машинам!
«Грачи» барражировали над местом недавнего боя, выискивая уцелевшие отряды моджахедов. Под ними транспортно-боевые Ми-8 высаживали десант, а грозные Ми-24 их прикрывали. Солнечные блики играли на лопастях их винтов, отражались от хищных и в тоже время изящных фюзеляжей. «Крокодилы» проносились на бреющем, плавно огибая склоны гор. Их вытянутые носы были наклонены к земле, угрожая жалами четырехствольных крупнокалиберных пулеметов, пилоны коротких крыльев ощетинились блоками реактивных снарядов.
«Волк-3», справа сорок три — группа, — на этот раз цель первым заметил Сергей.
Вас понял. Цель вижу, атака сходу, — ответил Егор.
«Надо было, блин, меньше „вентиляторами“ любоваться, растяпа!» — мысленно обругал он себя, переводя штурмовик в пикирование. Под крыльями висели грозди стокилограммовых осколочно-фугасных бомб, по четыре под каждым пилоном. Сброс! Серия из восьми бомб сорвалась с многозамковых балочных держателей и посыпалась на головы «духам» смертоносным дождем. За первой серией последовала вторая. Рядом отбомбился ведомый. Стокилограммовые бомбы были не такими мощными, как полутонные фугасы, но их было много и облако осколков от их взрыва смело душманов начисто. Штурмовики стремительно набирали высоту, уходя от уничтоженной цели.
Ожила рация, настроенная на командную частоту:
«Волк-3», «Волк-4», перенацеливание. Повторяю, перенацеливание. Квадрат семнадцать-двадцать четыре. Прикройте десант, «Крокодилы» не справляются.
Вас понял, выполняю перенацеливание. Иду на помощь.
Через десять минут штурмовики были над целью. Над склоном невысокой пологой горы, где засели душманы, вились тяжелые боевые вертолеты. Один из них, волоча за собой хвост дыма, поспешно уходил со снижением в сторону авиабазы. Остальные стреляли по склонам ракетами. Душманы спрятались в густых зарослях и вели по вертолетам шквальный огонь из нескольких крупнокалиберных пулеметов, им вторили несколько автоматов и ружей. Остальные поливали свинцом наших десантников.
Штурмовики обрушились, как гром среди ясного неба. Сделав холостой заход для большей точности — рядом были свои войска — они снизились почти до самой земли и почти в упор атаковали зенитные установки «духов». Моджахеды были так увлечены стрельбой по вертолетам, что пропустили атаку. А потом им стало уже все равно. Трудно спорить с судьбой, когда по тебе выпустили серию НУРСов.
Вертолеты незамедлительно атаковали лишенные зенитного прикрытия позиции душманов, вкладывая в атаку всю свою ярость и отыгрываясь за подбитого товарища. Зеленый покров был сметен с лица земли вместе с теми, кто в нем прятался. Ми-24 методично перемалывали склон в мелкий щебень. Засевшим там «духам» сегодня крупно не повезло, а завтра для них просто перестало существовать.
«Поутюжив» моджахедов, штурмовики победно покачали крыльями и взяли курс домой.
Заканчивался очередной день войны, пара Су-25 летела к себе на базу, и красно-золотистые лучи закатного солнца скользили по истерзанным пулями и осколками бортам, вспыхивали бликами на крыльях, отражались в усталых глазах пилотов.
После проведенной в горах операции наступило временное затишье. Летчики, воспользовавшись неожиданной передышкой, занимались, по образному выражению одного из них, «сном с перерывом на еду». Писали письма родным, играли в футбол, отдыхали. По вечерам ходили на танцы к связисткам Баграмского аэроузла или к сестричкам в медсанбат.
Зато многочисленный технический персонал работал, не покладая рук. Начальник Инженерно-Авиационной службы валился с ног от усталости, но был очень доволен, выторговав у командира эскадрильи священное право поставить несколько самолетов на текущий ремонт и перебрать по мере надобности остальные машины эскадрильи.
Но все хорошее очень быстро заканчивается.
На полосу авиабазы Баграм, хлопая лопастями, садились вертолеты. Из двух Ми-8 спрыгнули на бетон какие-то большие начальники. Из двух других вертолетов появились рослые десантники в бронежилетах, полной экипировке, с автоматами в руках. Начальники сели в подъехавший УАЗ и уехали по своим делам.
Что-то затевают наши отцы-командиры, — пробормотал себе под нос Егор, наблюдавший вместе с остальными летчиками эту картину.
Знать бы только, что именно, — задумчиво ответил майор Семенов.
Вскоре офицеров вызвали в штаб. Помимо подполковника Волкова там находились генерал Тер-Григорян, генерал-майор Генералов и еще несколько офицеров боевого управления из штаба 40-й Армии. Они и разъяснили ситуацию.
На пятнадцатое мая была назначена крупная наступательная операция в долине Панджшер против полевого командира Ахмад-Шаха Маасуда. Привлекались крупные соединения войск, артиллерии, планировалась массированная высадка тактических десантов. Авиации было необходимо в этих условиях подавить оборону моджахедов и поддержать с воздуха наши войска.
После недельной подготовки наступило время «Ч». Сначала взлетели истребители-бомбардировщики Су-17. В их задачу входило подавление зенитных установок и уничтожение узлов обороны. Почти сразу же был сбит один из самолетов, он упал у входа в Паджшерское ущелье, пилот сгорел в самолете.