Георгий Савицкий – Штурмовой удар (страница 26)

Еще раз спасибо, товарищ майор. Разрешите идти?

Не за что. Идите.

Летчики направились к своей палатке. Внутри их скромной обители стояли четыре койки, рядом с ними — тумбочки, у стены большой шкаф, у другой стены — стол и несколько стульев. На койках лежало чистое постельное белье, скатанный матрац, полотенце. Вещей у всех был самый минимум. Быстро разобрали кровати, разложили вещи по тумбочкам и полкам в шкафу и пошли в душ. Потом Егор переоделся в новую полевую форму и со словами: «Ребята, у меня очень важное дело, я быстро», стремительно исчез из поля зрения своих подчиненных. Те только головами покачали.

Через несколько минут блуждания по палаточному городку Егор остановился у палатки, где жила Наташа. Он тихонечко постучал в дверь.

Войдите, — тихо сказали из-за двери.

Он вошел внутрь и увидел ту самую медсестричку, у которой он не так давно спрашивал, где можно найти Наташу.

Тихо, — шепотом сказала она. — Наташа спит. Она только что уснула.

Я на минутку, — также шепотом ответил Егор. — Я только хотел отдать ей вот это, — и он показал маленького, пушистого, мехового щенка.

Ой, какая прелесть! Поставьте, пожалуйста, его на Наташину тумбочку.

Хорошо, — он снял ботинки и шагнул вглубь палатки.

Наташа спала, разметавшись по кровати, на ее милом личике застыло выражение покоя и безмятежности. Волна прекрасных волос цвета потемневшей бронзы разлетелась по подушке, темно-рыжая прядка покоилась на щеке, гармонируя с мягкой смуглостью кожи. Она едва заметно улыбалась во сне.

Молодой человек… Молодой человек.

А, что? — очнулся Егор.

Вы так на нее смотрели…

Да, нет, я… Я пойду, наверное. Передавайте ей от меня привет.

Ровно в тринадцать-двадцать личный состав звена во главе со своим командиром в полной экипировке собрался на вертолетной площадке. Неподалеку стоял пыльный прокопченный Ми-8. Сейчас он был похож на толстого раскормленного скорпиона, приникшего к земле и высоко поднявшего свой ядовитый хвост — хвостовую балку с вертикальным оперением. Но опирался на короткие суставчатые лапы — шасси, тускло блестело остекление нижней части кабины пилотов, напоминая огромные фасеточные глаза насекомого, снизу виднелось смертельное жало курсового пулемета.

«Странные ассоциации», — подумал Егор, шагая к вертолету.

Из кабины выглянул майор Винниченко — штурман эскадрилии, с которым летчики познакомились накануне.

Эй, старлейт! Давайте на борт! — махнул он рукой.

Пилоты, чуть замешкавшись, забрались в стальное брюхо вертолета и сели на лавки вдоль бортов. Егор прошел в кабину пилотов, задев плечом бортмеханика, суетящегося у пулеметной турели возле двери.

Майор уже щелкал тумблерами, запуская двигатели, второй пилот, сидящий в правом кресле ему помогал. Штурман обернулся и посмотрел на Егора.

При облете смотрите внимательно, определяйтесь по карте и отмечайте ориентиры и какие-нибудь заметные детали рельефа.

Завыли, разгоняясь, турбины, захлопали, проворачиваясь, винты. Егор коротко кивнул в ответ и под аккомпанемент работающих двигателей вышел из кабины.

Винтокрылая машина, тяжело раскачиваясь, взлетела, взвихрив винтами пыль. Полет был долгий. Сразу после взлета к их «вертушке» пристроился рядом хищный угрюмый «Крокодил» прикрытия. Вылетать одним, особенно на такие задания, категорически запрещалось.

Летчики изучали район полета через открытую дверь грузового отсека и иллюминаторы. Присоединившийся к ним чуть позже майор Винниченко делал необходимые пояснения. Пара вертолетов парила над горами, то спускаясь глубоко в ущелья, то взмывая к вершинам. Пилоты, тем временем, отмечали на картах ориентиры, выделяли места возможных засад, прикидывали примерные маршруты. Старались учесть каждую мелочь: прилежность здесь — не просто формальность, а вопрос выживания. Истекал третий час полета, когда майор Винниченко отдал приказ возвращаться на базу.

.Офицеры с радостью выбрались из вертолета, долгий монотонный полет измотал всех.

Наскоро переоделись, и пошли в столовую. В просторной палатке стояли рядами длинные столы, заставленные едой, за ними на длинных скамьях сидели люди. Егор со своими ребятами попал прямо на пересменку, персонал, закончивший дежурство, как раз обедал в столовой. В основном это были штабные офицеры, летчики и медики.

Подойдя к стойке за своей порцией, Егор увидел Наташу.

Здравствуй, — улыбнулся он ей.

Ой, здравствуй, Егор. Но мы ведь уже виделись, — она изящным жестом поправила непослушный локон.

Ничего. Ты спала, когда я заходил.

Да, мне Лена сказала, — Наташа улыбнулась. — Большое спасибо за щенка. Он такой милый и смешной! И где ты только умудрился его достать?

О, это очень долгая история! — рассмеялся летчик.

На самом деле меховой щенок был выменян на два блока сигарет «Мальборо». Сергей очень удивился, когда некурящий Егор спросил его, где можно найти такие сигареты. Сигареты отыскались у десантников, недавно «накрывших» душманский караван, и были выменяны, в свою очередь, на три летных бортпайка.

Но Егор, рассказывая эту историю, так все описывал, что Наташа привлекла своим смехом внимание доброй половины собравшихся. В конце повествования он пригласил Наташу за стол, где обедали пилоты.

Хорошо, — согласилась девушка. — Я тут с подружками, сейчас подойду.

Когда Наташа в окружении нескольких девушек подошла к летчикам, то была встречена бурей восторга и восхищения со стороны «отважных героев воздушного фронта» как витиевато выразился Гиви. Молодому и очень горячему летчику она очень понравилась, и он принялся, было, за ней ухаживать. Но Егор недвусмысленно дал понять Гиви, что ему «не светит». Неугомонный «кацо» сразу же переключился на других девушек, и сразу завоевал их симпатию.

А вы сегодня летали? — поинтересовалась Наташа у Егора.

Нет, боевые вылеты — с завтрашнего дня. Сегодня мы только на «вертушке» летали, провели облет зоны полетов.

Ой, а мне так страшно летать на вертолете. Земля рядом, все грохочет, трясется.

Ничего, у нас Егор — спец по вертолетам. Он даже однажды воздушным стрелком-бортмехаником вылетал на Ми-8.

Правда? А мне он ничего такого не рассказывал.

Да. Его даже сбили, — весело продолжал Сергей, не замечая совершенно бешеных глаз своего командира и друга. — Его потом наша поисково-спасательная служба эвакуировала.

Сергей, хватит!

Егор, тебя… правда сбивали? — Наташа побледнела.

Да, Наташа, — как можно более невозмутимо ответил Егор. — Но это было давно, и многие склонны преувеличивать некоторые события, — он уничтожающе посмотрел на своего не в меру разговорчивого ведомого. — Кроме того, все прошло, все сейчас нормально. Так, что, Солнышко, не волнуйся.

Беседа продолжалась, как ни в чем не бывало.

Послушай, Егор, ты можешь ко мне прийти сегодня вечером? — спросила Наташа, когда они вышли из столовой.

Обязательно. Заодно зачет поучу.

Какой зачет? — удивилась она.

Завтра сдаем зачет по району полетов штурману эскадрильи.

Прямо, как в институте, — Наташа улыбнулась.

Ага. Ну, до вечера.

Егор полулежал на койке, тупо уставившись на крупномасштабную карту местности. Рядом на тумбочке лежал учебник по топографии и несколько тетрадей.

Ни хрена из этого не получится, — убежденно констатировал летчик.

Гиви, сидевший за своей трехверсткой, вопросительно посмотрел на него.

Что?

Да не учится ничего. И еще эти артисты куда-то запропастились, — их ведомые умудрились куда-то уйти, и до сих пор не появились.

Некоторое время офицеры молча занимались каждый своим делом.

Послушай, Егор, — осторожно спросил Гиви. — А откуда ты знаешь эту девушку, Наташу, да?

Мы учились с ней вместе, — коротко ответил Егор.

А ты с ней… Ну, вы… — молодой грузин, стараясь быть вежливым, совсем стушевался.

Послушай, Гиви, давай больше не будем об этом, — сдержанно ответил Егор.

Ладно. Ты извини меня, я сразу не понял, что у тебя с ней все так серьезно.

Да ничего. Просто нужно расставить точки над «i».