Георгий Савицкий – Огонь Сталинграда (страница 24)
Вот тогда и пригодилась рация, которая была в разведгруппе лейтенанта Ракитина. Раньше ее не использовали, чтобы не раскрыть свое местоположение. А вот теперь – в самый раз!
– Забрасывай антенну и выходи кодом. Ситуация номер три!.. Просим поддержки у своих, – приказал лейтенант Ракитин.
– Есть, командир, – коротко ответил радист, берясь за ключ Морзе. Точки-тире полетели к адресату…
Бойцы НКВД заняли круговую оборону в развалинах и стали ждать. Теперь – кто успеет первым, фельджандармерия с автоматчиками или броневики Ракитина?..
– Командир, «фрицы»!.. – шепотом доложил один из пограничников.
– Не торопись, подпусти поближе… Огонь – только по моей команде.
В ответ защелкали затворы, пограничники выбирали удобные позиции, неторопливо и основательно брали на мушки приближающихся гитлеровцев, решая за них, кому из оккупантов умирать первому. Некоторые выложили рядом гранаты – когда дистанция сократится, можно достойно «встретить» гадов! Тем более что бойцы НКВД занимали господствующее положение в обороне.
Виктор плавно повел стволом автомата за «своим» «фрицем», не торопясь выбирая свободный ход спускового крючка…
Но тут позади разведгруппы НКВД раздался оглушительный отрывистый грохот. Гитлеровцы от попаданий буквально взрывались на глазах у удивленных бойцов Госбезопасности. Но вот секундное удивление прошло, а вместо него пришло понимание и одновременно – улыбки на лицах солдат. Действительно, оглушающий грозный «голос» крупнокалиберного пулемета ДШК ни с чем не спутаешь!
Тяжелые 12,7-миллиметровые пули рвали гитлеровцев на части, при попадании смертоносный кусок свинца массой пятьдесят два грамма проделывал в груди или животе кровавую дыру, очень часто – сквозную. При попадании в голову последняя разлеталась кровавыми ошметками. Ранение в руку или ногу – и конечность попросту вырывало с мясом. Гитлеровцев скосило, словно колосья под серпом.
Тут же по уцелевшим немцам кинжальным огнем из пистолетов-пулеметов ударили и диверсанты лейтенанта Ракитина. Глухо застучали пулеметы Дегтярева с приборами бесшумной стрельбы. Виктор прицелился в гитлеровца, но увидел, как в груди оккупанта мгновенно образовалась кровавая дыра от 12,7-миллиметровой пули ДШК. Командир разведывательно-диверсионной группы перевел пистолет-пулемет на другого гитлеровца и нажал на спусковой крючок. Протрещала короткая очередь, и оккупант в серой форме упал на битый кирпич, рядом лязгнула металлом его винтовка. «Земля – стекловатой!» – припомнил донецкую поговорку «попаданец» из XXI века. Он сражался с бандеровскими фашистами в 2014 году, а теперь продолжил воевать уже с настоящими – немецкими, в Великой Отечественной войне. И намеревался делать свое ратное дело качественно и надежно – чтобы меньше гадов досталось его потомкам!
Из-за угла полуразбитого здания показалась вытянутая бронированная «морда» немецкого полугусеничного бронетранспортера. Над покатым лобовым листом пулеметчик бил длинными очередями. Но вот немецкий «гроб на колесах и на гусеницах» попал под огонь нашего ДШК. Короткие очереди советского крупнокалиберного пулемета напоминали металлорезку. В сторону отлетело левое переднее колесо и боковой капот – «он не знал, что бронирован». Разогнанные до скорости километра в секунду 52-граммовые пули проломили смотровые люки на лобовой плите броневика и приговорили экипаж к высшей мере – с немедленным исполнением. Немецкий полугусеничный броневик замер безжизненной грудой металла.
Под прикрытием огня крупнокалиберного пулемета ДШК, установленного в кузове бронированного грузовика, диверсионно-разведывательная группа отошла на свою территорию. Отход, точнее сумасшедший бег под пулеметным и минометным огнем гитлеровцев среди развалин и воронок, как ни странно, завершился удачно. Грудь ходила ходуном, легкие жгло огнем, сердце колотилось в ребра – но эвакуация к своим прошла успешно. У лейтенанта Ракитина, правда, почти отнялась и без того травмированная рука, но это всего лишь частности. Хотя в медсанбат его все же отправили. Но вот от дальнейшего перевода в госпиталь Виктор отказался. У него на этот счет были свои причины – вскоре, в середине сентября гитлеровцы должны были начать штурм Сталинграда.
Глава 8
Zum Angriff!
Ранним утром 13 сентября Сталинград вновь содрогнулся от взрывов немецких снарядов и минометных мин. Дымно-огненные фонтаны вздымались среди городской застройки в центре города, калеча и уродуя многоэтажные здания. Удару подвергся весь фронт советских войск от Мамаева кургана до Купоросного. Высоты на окраинах Сталинграда были заняты немецкими корректировщиками, город, практически весь вытянутый дугой вдоль реки, просматривался как на ладони. Гитлеровцы с немецкой четкостью корректировали огонь полевых 150-миллиметровых гаубиц и тяжелых минометов.
Люфтваффе группами до сорока самолетов бомбила районы Сталинграда, накрывая его практически сплошным «ковром» бомб. В небе завязались ожесточенные воздушные бои – краснозвездные «ястребки» отважно бросались на стервятников с черными крестами на крыльях. Завязывались головоломные схватки на виражах и вертикалях, рушились с пылающих небес горящие «Юнкерсы-88» и «Хейнкели-111», уходили в свое последнее пике ненавистные «Лаптежники».
Сосредоточенно били зенитки, небо над городом полосовали крупнокалиберные пулеметы ДШК. Но все же стервятники Вольфрама фон Рихгофена имели подавляющее численное превосходство…
Ровно в 7:00, с немецкой пунктуальностью, враг перешел в наступление на всем протяжении фронта. Отборные 295-я и 71-я пехотные дивизии 6-й Армии Паулюса, усиленные самоходками «Sturmgeschütz-III» из 244-го и 245-го батальонов штурмовых орудий, со стороны разъезда Разгуляевка и Опытной станции вышли к городским окраинам западнее центра Сталинграда – в район высоты 112.5 и Авиагородка.
На рубеже обороны в Дубовой балке, траншеях и блиндажах полевого укрепрайона гитлеровцев встретили воины 42-й Отдельной стрелковой бригады НКВД. Находясь в полуокружении, они отчаянно сопротивлялись еще четверо долгих огненных суток. И только израсходовав практически все боеприпасы, воины Госбезопасности по приказу стали отходить по простреливаемой немцами долине Царицы к берегу Волги.
С юго-запада к Ворошиловскому району Сталинграда южнее реки Царицы подходили части 4-й Танковой армии Гота в составе 24-й и 14-й танковых, 94-й пехотной и 29-й моторизированной дивизии. Гитлеровцы рассчитывали отрезать советскую 62-ю Армию Чуйкова от 64-й Армии Шумилова на участке: пригород Минина – Купоросный – недостроенный Парк культуры и отдыха на границе Кировского и Ворошиловского районов.
Впоследствии этот участок Сталинградского фронта станет ареной упорных и ожесточенных боев. Армия Шумилова будет то наступать, то откатываться на исходные рубежи, стремясь пробиться на север.
Поначалу перевес был целиком и полностью на стороне гитлеровцев – только против 269-го стрелкового полка 10-й дивизии НКВД было сосредоточено до восьми батальонов пехоты и около полусотни немецких танков. Противопоставить гитлеровцам воины Госбезопасности могли только мужество, исключительную стойкость и выучку.
Но у командования Сталинградским фронтом оставались еще значительные резервы, которыми можно было маневрировать, закрывая бреши в обороне и нанося противнику существенный урон. Одним из таких подразделений оперативного резерва была мотоманевренная группа лейтенанта Ракитина. Сейчас они находились в оперативном подчинении коменданта Сталинграда. Старший майор Госбезопасности Воронов оставил группу лейтенанта Ракитина на самый крайний случай.
Такой случай наступил на следующий день, ближе к обеду.
За целый день наступления 13 сентября 1942 года гитлеровцам так и не удалось существенно продвинуться вглубь Сталинграда, несмотря на их подавляющее численное преимущество. Раннее утро 14 сентября началось с еще более ожесточенной артподготовки и бомбежки авиацией Люфтваффе.
После этого гитлеровцы снова перешли в атаку. Крупные силы пехоты и танков штурмовали позиции защитников города, но снова натолкнулись на упорное сопротивление советских войск. За ночь командование успело сманеврировать резервами и усилило наиболее опасные направления прорыва.
Нелегко приходилось воинам Госбезопасности. На некоторых участках Сталинградского фронта именно они составили «ядро» обороняющихся сил. Основные подразделения 10-й дивизии НКВД занимали оборону западнее и юго-западнее Сталинграда, прикрыв эти направления от внезапного прорыва врага в город. Кроме того, в северной части Сталинграда находился сводный батальон. А еще 16 августа 1942 года в состав дивизии вошел 282-й стрелковый полк внутренних войск НКВД из 12-й стрелковой дивизии внутренних войск НКВД, который срочно был переброшен из Саратова. Этот свежий полк был направлен в помощь сводному батальону в северную часть Сталинграда.
С левого берега Волги 10-ю дивизию НКВД поддерживало несколько дивизионов Резерва Главного Командования. Могучие орудия по данным корректировщиков наносили мощные и точные артиллерийские удары.
Солдаты мотоманевренной группы напряженно вслушивались в тяжкие раскаты рукотворного грома. Все были в сборе, и все были наготове. В кузова броневиков погружены дополнительные цинки с патронами, ящики с гранатами. Не забыл командир запасы воды и сухпай – кто знает, сколько придется действовать в отрыве от основных сил?.. Пулеметные установки на трофейных грузовиках были расчехлены. Бойцы негромко переговаривались, курили.