Георгий Савицкий – Круговая оборона (страница 26)
Но была в этом и неожиданно приятная сторона: невеста на свадьбе была одета в настоящее белое подвенечное платье. Глубоко символично и то, что наряд был сшит из трофейного немецкого парашютного шелка – все же Карина служила в зенитном дивизионе. Орден Красной Звезды, врученный Петром Моргуновым, отлично смотрелся на белом подвенечном платье с глубоким декольте и открытыми плечами.
Глава 13
Новогодний военный совет
В кают-компании Тридцать пятой батареи 30 декабря 1942 года собрался военный совет. «Попаданец» из Донецка 2014 года Алексей помнил по мемуарной военной литературе другой военный совет в недрах этого «сухопутного линкора» на мысе Херсонес.
Тогда, жарким и кровавым летом 1942 года, судьба Севастополя уже была фактически решена. Командующий Черноморским флотом вице-адмирал Октябрьский приказал эвакуировать на подводных лодках и надводных кораблях командный состав и защитников Севастопольского гарнизона.
Но во многом благодаря именно «попаданцу» из воюющего Донецка 2014 года, который невероятной прихотью судьбы попал в тело командира 35-й береговой бронебашенной батареи Алексея Лещенко, и третий, самый страшный штурм Севастополя был отбит. Гитлеровская 11-я армия во главе с генерал-полковником Эрихом фон Манштейном понесла огромные потери.
Более того, благодаря сокрушительной огневой мощи и новейшим сверхдальнобойным снарядам 35-й батареи удался отчаянно смелый Евпаторийский десант. А на Керченском полуострове Крым вгрызалась в каменистую землю, но держалась на Ак-Монайских позициях Красная Армия. Керчь стала знаменитым плацдармом – «Малой Землей».
Но все же Эрих фон Манштейн не оставлял надежду сокрушить неприступный город-крепость Севастополь и получить вожделенный фельдмаршальский жезл.
Обстановка на фронтах Советского Союза оставалась угрожающей. Севастополь продолжал держаться неимоверными усилиями армии и Черноморского флота. Но все же Евпатория была потеряна, хоть 35-я батарея почти каждый день обстреливала этот важный город-порт. На севере все также в кольце Группы армии «Север» Риттера фон Лееба сражался блокадный Ленинград. Шестая армия генерал-полковника Фридриха Паулюса вела бои на подступах к Сталинграду. Советское контрнаступление раз за разом разбивалось об укрепленный немцами Ржев.
Конечно, «попаданец» из Донецка 2014 года Алексей знал, что все могло быть еще намного хуже. В той реальности, которую ему уже посчастливилось изменить, не было падения города-крепости Севастополя летом 1942 года. Не случилось стремительного прорыва Паулюса в Сталинград с захватом более чем двух третей огромного города и страшных уличных боев. Но и без того безжалостная и абсолютно нечеловеческая военная машина Вермахта была еще очень сильна.
В подземной кают-компании железобетонного массива Тридцать пятой батареи собрались вице-адмиралы Гордей Левченко – командующий Севастопольским фронтом и Филипп Октябрьский – командующий Черноморским флотом. Здесь же присутствовали зам. командующего Черноморским флотом по сухопутным войскам Петр Моргунов и командир батареи майор Алексей Лещенко – тот самый «попаданец», упрямая алмазная песчинка, попавшая в неумолимые жернова истории.
Неумолимые? Ну, это мы еще посмотрим!..
– Разведка сообщила, что тяжелый крейсер «Зейдлиц» и крейсер «Лейпциг» прорвались через Гибралтар, – хмуро сообщил вице-адмирал Левченко.
– Будут действовать на средиземноморских коммуникациях, прикрывая снабжение армии Роммеля в Африке? – высказал очевидное предположение вице-адмирал Октябрьский. – Нам-то до этого какое дело?..
– Разрешите вопрос, товарищ вице-адмирал? – взглянул Алексей на командующего Севастопольским фронтом.
– Валяй, майор, – несколько фамильярно ответил Октябрьский. – По старой морской традиции ты у нас – самый младший по званию, хоть и со Звездой Героя за уничтоженную «Дору». Так что высказывайся первым, чтобы наш авторитет командиров на тебя не давил.
Алексей отличался уникальным положением. Командир одной из двух ключевых в обороне Севастополя бронебашенных батарей, Герой Советского Союза, уничтоживший немецкую супергаубицу «Дора». Но и это еще не все: он водил дружбу с сыном Лаврентия Берия – Серго, который был конструктором радиоэлектронных систем. А также Алексей дружил с молодым, талантливым конструктором-ракетчиком Сергеем Королевым и не менее талантливым математиком Мстиславом Келдышем – будущим президентом Академии наук СССР и вдохновителем будущей советской космической программы. На 35-й бронебашенной батарее незадолго до начала Великой Отечественной войны бывал сам товарищ Сталин, и он высоко оценил выучку и техническую готовность уникального «сухопутного линкора» Севастополя. Так что к мнению Алексея прислушивались очень внимательно.
– В какой порт пришли эти немецкие крейсеры? – неожиданно для своих более высокопоставленных собеседников потребовал уточнения Алексей.
– Оба немецких крейсера пришли на Сицилию, в Италию, – кивнул Гордей Левченко, все еще не понимая, к чему клонит «всего лишь» майор береговой службы.
– Именно там сейчас базируется итальянский линкор «Джулио Чезаре»… – задумчиво произнес Алексей. – А теперь его усилили двумя немецкими крейсерами, причем одним тяжелым.
– А у нас на прибрежных коммуникациях действуют два броненосца: «Шлезвиг-Гольштейн» и «Шлезиен». Вместе с теперь уже тремя тяжелыми канонерскими лодками: «Адмирал Лютьенс», «Капитан цур-зее Линдеман» и «Капитан цур-зее Лангсдорф», – припомнил недавнюю разведсводку командующий Черноморским флотом вице-адмирал Октябрьский. – К тому же подпольщики в Николаеве недавно сообщили: немцы спустили на воду еще и четвертую канонерскую лодку.
– Как же, интересно, они ее назвали? – поинтересовался генерал-майор береговой службы Петр Моргунов.
– Наверное, найдут имя какого-нибудь очередного дохлого немецкого капитана! – пошутил Алексей.
Офицеры несколько натянуто рассмеялись.
– Ну что, какие будут соображения, товарищи командиры? – оборвал веселье Филипп Октябрьский.
– Скорее всего эта группировка вражеских кораблей по нашу душу!.. – негромко, но твердо произнес Алексей.
В кают-компании повисла гнетущая пауза.
– Поясните ваши соображения, товарищ майор береговой службы.
– На вооружении Черноморского флота состоят линкор «Парижская коммуна», два крейсера – «Ворошилов» и «Молотов». Да к тому же еще и пара легких крейсеров: гвардейский «Красный Крым» и «Красный Кавказ». А у немцев, получается, теперь, кроме двух «престарелых» броненосцев, окажутся на Черном море два крейсера, один из которых – тяжелый, класса «Адмирал Хиппер» и целый итальянский линкор «Юлий Цезарь». Ведь явно же враг собирает такую корабельную группировку, чтобы устроить классический морской бой! – с жаром ответил Алексей.
Понятное дело – этот случай почти что уникальный: когда два адмирала слушают одного майора!
– Вам бы в разведотделе флота служить… – хмыкнул вице-адмирал Левченко.
– Спасибо за лестную оценку моих скромных аналитических возможностей, товарищ вице-адмирал. Но мне лучше на своем месте, – прямо глядя в глаза, ответил Алексей.
– Но-но, не зарывайтесь, товарищ майор! Не стоит дерзить старшему по званию, – вполне резонно напомнил Октябрьский.
– Виноват, товарищ вице-адмирал.
– Но как же все-таки стоит поступить? – спросил Левченко.
– Считаю, что Филипп Сергеевич правильно делал, что берег единственный черноморский линкор и тяжелые крейсеры. Теперь, судя по всему, противник готовит генеральное морское сражение на Черноморском театре военных действий, – констатировал Алексей. – Многие упрекали вице-адмирала Октябрьского в том, что он не использовал полностью огневую мощь ввереных ему сил флота. Но осторожность и трезвый расчет все же лучше глупости и безрассудства.
– Что же тогда вы, товарищ майор, предлагаете делать нам – адмиралам?..
– Скрытно перевести «Парижанку» в Новороссийск, провести там на мощностях судоремонтных заводов глубокий ремонт и модернизацию. Вместе с черноморскими крейсерами.
– А когда же нам ждать этого самого генерального морского сражения? – поинтересовался вице-адмирал Левченко.
– Не раньше лета 1943 года, – спокойно ответил Алексей.
Сейчас он был, что называется, «в ударе». Ведь действительно, своей уникальной «памятью попаданца» он ЗНАЛ и о грядущей летом 1943-го Курской дуге, и о положении в Средиземном море, и о стремлении Манштейна во что бы то ни стало получить вожделенный фельдмаршальский жезл, покорив непокорный Севастополь. Знал Алексей и о разногласиях между гросс-адмиралами: сторонником надводных сил Эрихом Редером и «подводником» Карлом Деницем.
После того как были потоплены суперлинкор «Бисмарк» в бою в Датском проливе и «карманный линкор» фюрера «Адмирал граф Шпее» в устье реки Ла Плата, Адольф Гитлер разочаровался в действиях надводных рейдеров Кригсмарине. Причем разочаровался настолько, что приказал переоборудовать готовый более чем на 70 % тяжелый крейсер «Зейдлиц» в легкий авианосец! Только смелая идея любимца Гитлера Эриха фон Манштейна об обстрелах Севастополя не только с суши, но еще и с моря «реанимировала» достройку тяжелого крейсера класса «Адмирал Хиппер» по первоначальному проекту. Алексей ЕДИНСТВЕННЫЙ во всем огромном Советском Союзе ЗНАЛ все это наверняка. Соответственно и пользовался собственными уникальными знаниями.