Георгий Садовников – Продавец приключений. Спаситель Океана (страница 29)
И тут штурман славного «Искателя» остановился, хлопнул себя по лбу и закричал истошно:
— Аскольд Витальевич! Саня! Да ведь это ее я искал! Марину! Марина, оказывается, я люблю вас!
Так Петенька узнал самым последним, что любит Марину. А как повела себя стюардесса?
— Тогда, Петенька, я вас тоже люблю! — сказала Марина и потеряла сознание вновь, но теперь уже со спокойной душой.
— Уф! Значит, старался не зря, — сказал Барбар с облегчением и добавил своим обычным нахальным тоном: — А теперь вам, влюбленный, придется искать ее заново! — и прямо на глазах у преследователей нырнул со своей прекрасной добычей в чрево мамонта.
За ним последовал и длинноногий человек. За длинноногим в чрево прыгнул кот Мяука. Дождался конца представления и прыгнул. И люк, ведущий в недра необычного мамонта, захлопнулся почему-то с металлическим скрежетом. Это послужило сигналом для возобновления погони.
— Гоните его в ловушку! Кышь! Кышь! — закричал головной воин, еще издали пугая мамонта боевой дубиной.
Но громадное животное держалось невозмутимо, только разок шевельнуло ушами. До него уже было рукой подать, когда оно вдруг шумно отряхнулось всем туловищем, точно собака, вышедшая из воды, и с него к ногам поползла косматая шкура, обнажив сверкающее тело космического корабля под названием «Три хитреца».
— Это она! Комета! — закричал Петенька.
— Это летающий холм! — добавил изумленный Саня.
Чужой звездолет выпустил клубы черного дыма и начал медленно подниматься к облакам. Из его люка торчали защемленные полы пиджака. Кто-то лихорадочно дергал их, стараясь втянуть в нутро звездолета. Затем в люк неистово заколотили, и до экипажа «Искателя» долетел голос очнувшейся Марины:
— Петенька, ау! Ищи меня, ладно?
— Мы тебя найдем обязательно! — отозвался Петенька.
Звездолет «Три хитреца» качнуло раз-другой, и он унесся.
«Как хорошо, что я не успел сделать ей предложение! Так уж и быть, пусть станет счастливым мой друг», — подумал самоотверженно Саня; на душе у него было приятно и немножко грустно.
— Как видите, Барбар догадался давно, что вы, штурман, на самом-то деле ищете Марину, — сказал командир. — Но я, признаться, еще раньше это заподозрил. С самого начала. И якобы случайное появление Марины и кота меня насторожило сразу. «К чему бы? — думаю. — Э-э, да Самая Совершенная, кажется, ни при чем». Но об этом после, — спохватился командир. — А сейчас немедленно в погоню!
Экипаж «Искателя» быстро занял свои боевые места. К этому моменту чуть поодаль от звездолета собралось все племя первобытных людей. Ветер, поднятый «Искателем», шевелил густую бороду вождя.
— А мамонта мы вам простили. Шут с ним, с мамонтом, — ну съели и съели, поймаем другого, — сообщил вождь, стараясь скрыть волнение и казаться беззаботным.
Он переминался с ноги на ногу и не знал, что еще сказать подобающее историческому моменту.
— Прощайте, прапрапрадедушки и прапрапрапрабабушки, — сказал Петенька, прежде чем захлопнуть люк.
— Прощайте, прапраправнуки, — пронеслось по рядам первобытных.
Первобытные махали руками, прощаясь, глаза у них при этом были немножко грустные.
— Ноль! Старт! — произнес командир, деловито сжав челюсти, и звездолет, сорвавшись с поверхности той, еще ранней Земли, погнался за кораблем Барбара.
На этот раз ответственную вахту на носу звездолета нес сам Петенька. Пригнувшись и зорко вглядываясь из-под руки в россыпь созвездий, штурман прокладывал курс.
«Искатель» оставил за собой Марс и Юпитер, а Барбара будто и не было в помине. Наконец среди скопища звезд Петенька заметил темное пятнышко. Пятнышко начало быстро расти и превратилось в звездолет, на борту которого мерцали слова: «Три хитреца». По телу корабля сновали черные фигурки, они пытались натянуть на его корпус покрытую фосфором ткань и тем самым замаскироваться под новую звезду. Одна из фигурок увидела приближающийся «Искатель», замахала руками и вместе с товарищами, бросив ткань, исчезла внутри своего звездолета.
Барбар включил машину и пустился наутек. Но «Искатель» не отставал от чужого звездолета, и началась гонка, небывалая в истории Вселенной. Корабли носились между звезд как угорелые. Петенька, вцепившись обеими руками в обшивку «Искателя», следил за маневрами Барбара и командовал в трубку: «Вверх!.. Вниз!.. Теперь налево!..» Командир нажимал на клавиши, и звездолет петлял следом за противником точно приклеенный.
— Не лучше ли вам остановиться, а? Еще наткнетесь на звезду, — посоветовал озабоченно Петенька.
В иллюминаторе удирающего корабля возник Барбар и неприлично показал Петеньке кукиш. Петеньке стало даже неловко за него, хотя Барбар и был противником.
Но благодаря двигателю от моторной лодки, который, как вы помните, был пристроен на корме, «Искатель» имел преимущество в быстроте. К тому же команда принялась бегать от кормы к носу звездолета, прибавив ко всему еще собственную скорость. И дело дошло до того, что звездолет разогнался до такой степени, что обогнал солнечные лучи, и в кают-компании стало темно, потому что свет попросту не успевал за «Искателем». Расстояние между кораблями постепенно убывало, и тогда Барбар пустился на всякие уловки. Он прятался за планеты и, когда «Искатель» проскакивал мимо, задавал деру в обратную сторону. Но командир, развернувшись, неуклонно настигал его. И всем было ясно, что Барбар и на этот раз потерпел неудачу.
— Ведь я предупреждал! — воскликнул Петенька укоризненно.
Тогда в неприятельском корабле распахнулся верхний люк, и наружу вылез по пояс Барбар. Он поднял обыкновенную рогатку и стал целить в Петеньку.
Экипаж: «Искателя» не сразу заметил, как умолк его впередсмотрящий — настолько увлекся погоней. Даже волевой командир и тот вошел в неописуемый азарт и, хотя снаружи уже не поступало никаких сведений, еще некоторое время вел звездолет вслепую.
И никто из экипажа не знал, что был даже случай, когда «Искатель» догнал звездолет Барбара, уперся носом в его корму, долго толкал перед собой, и так они носились будто склеенные. И вокруг носа «Искателя» сияло венчиком пламя, бившее из дюз неприятельского корабля.
Вредный Барбар долго потешался над великим астронавтом. И хорошо, что гордый командир не знал этого, иначе бы ему стало больно. Потому что Барбар хватался за живот и кричал:
— Ой, не могу! Полюбуйтесь на этого самого великого астронавта!
Произнеси такое порядочный человек, было бы полбеды — ну, с кем, мол, не случается, — а то ведь громогласно поносил известный мошенник.
Потом Барбар вспомнил, что дела его все-таки неважны, и притих. Тем более, что великий астронавт нечаянно повторял каждый его маневр, и Барбар не в силах был отделаться от назойливого преследователя.
Наконец Барбар заметил астероид в форме бублика и проскочил в дыру, точно сквозь игольное ушко. «Искатель» был массивнее и поэтому уперся в стенки отверстия и забуксовал. Только теперь, почуяв неладное, экипаж «Искателя» заметил длительное молчание штурмана.
Наружу тотчас же был отправлен спасательный отряд в составе командира и Сани. Выбравшись в космос, отряд с грустью обнаружил, что вахтенный исчез. То место на носу корабля, где он еще недавно сидел, пустовало. Лишь сиротливо торчала переговорная труба. И вообще окружающая картина оказалась очень печальной. И вовсе это был не астероид, а кусок земли с триумфальной аркой, отколовшийся от неизвестной планеты. И нос «Искателя» по совершенно непонятной причине был опален. И что уж совсем огорчило отряд — это вид спокойно удиравшего противника с похищенной Мариной на борту. Момент — и звездолет Барбара скрылся в ближайшей туманности.
— Он похитил и Петеньку! — воскликнул Саня с негодованием.
— Пожалуй, исчезновение нашего штурмана выглядит гораздо таинственнее, чем вы думаете, дорогой мой юнга, — возразил командир. — По законам приключений этот злодей, наоборот, обязан разлучать жениха и невесту. И присутствие нашего жениха на одном корабле с невестой только бы противоречило логике. Вы меня понимаете, Саня?
— Но куда делся Петенька? — спросил Саня, не сдаваясь.
— В том-то и загадка, — задумчиво кивнул командир. — Путешествие, несомненно, достигло наивысшей точки: похищена невеста и неизвестно куда пропал жених. Ясно одно: пленный жених Барбару не нужен, потому что это его главный преследователь. И если жених перестанет за ним гоняться, похищение Марины потеряет для Барбара всякий интерес. Не забывайте этого, юнга, — терпеливо пояснил великий астронавт.
— Значит, теперь прибавилось работенки? — спросил Саня, приходя в необыкновенное возбуждение. — Командир, с кого начнем свои поиски? С Петеньки или Марины?
— Разумеется, с Марины, — заметил командир, — поскольку все важнейшие события закрутились вокруг нее. Рано или поздно, но мы все соберемся возле нашей стюардессы. Но вот что жаль, мой дорогой юнга: работенки-то прибавилось, да только исчезновение штурмана поставило нас в невыгодное положение. Теперь мы стали второстепенными героями, и на нашу долю пока только остались второстепенные ходы, потому что главное должен сделать сам жених.